Тэви Тернер – Эфемера (страница 9)

– А чтобы не тупил, – пояснил Сэм, отправляя в рот ещё немного каши. – А Ли? Куда он так жрёт? Его ж, типа, разорвёт скоро…

Я повернулся к общему столу и встретился взглядом с Рут. Та приложила выставленные указательные пальцы ко лбу, изображая козлиные рожки, и уткнулась в тарелку.

– Вот бы я из него отбивную и наколотил, – продолжал Сэмюэл. – Знаешь, так, типа…

И он продемонстрировал отрывистые удары.

– Фридриха видел? – понизил голос Сэм, кивая на соседний столик. – Как девочка, ещё и умнее других себя считает. Надо бы его…

– Вы оба будете ещё хуже наших наставников, – бросила проносящаяся мимо Рут.

Дети выходили. Видно, им поступила команда закончить обед. На своих местах остались лишь сидящие отдельно. Фридрих проводил взглядом Рут, поправил очки и что-то записал в блокнот. Он не мог не заметить, что я смотрю на него, но старательно игнорировал.

– Чего это она? – спросил Сэмюэл.

– Насчёт Фридриха, – перевёл тему я, наклоняясь над столом. – Будь готов.

– Щёлкнем? – воодушевился Сэм и поёрзал на стуле.

– Возможно. Спрячься возле кабинета наставника.

Он оскалил зубы и кивнул, прежде чем уйти.

Я взял ложку и начал есть уже холодную кашу. Разваренная пресная чечевица в плошке слиплась в один комок, и её приходилось наскребать краем ложки, точно мороженое. Вкус был настолько неярким, что казался даже отвратительным.

Фридрих продолжал изучать книгу, никуда не спешил, поэтому мне приходилось и дальше запихивать в себя обед с непринуждённым видом.

Он перелистнул страницу на планшете.

– Что читаешь? – спросил я.

– Историю двадцатого века, – нехотя ответил Фридрих.

Я отпил розовую вязкую жидкость из стакана и попытался разговорить его.

– Мне больше нравится вторая половина, – бросил я.

Он оторвался и поправил очки.

– Я думал, вам с Сэмом это не нужно.

– Да я для себя больше. Нравится, как после кризиса девяностых Республика начала развивать технологии и поглотила Нуэйву с Атлантидой.

Фридрих отложил планшет.

– Да, реванш удался, – воодушевился он. – Но зря ты не читал первую половину, всё началось ещё тогда.

– Да там сплошные предательства, – отмахнулся я. – Сначала беженцев и раненых отовсюду принимали, а после испанки всех выгнали. Хорошо хоть в войне не участвовали.

– Во Второй мы тоже не участвовали, – проговорил он.

– Да, только теперь не кормили всех, а отгоняли обратно в пекло, – бросил я. – Снова предательство.

– Это было в интересах Республики, – едва заметно улыбнулся Фридрих.

– Лучше бы поступили как в Первую, а не изолировались. Или примкнули к союзникам, тогда всё закончилось бы раньше.

Я отодвинул пустую тарелку и начал потягивать приторный напиток.

– Если бы не эти решения – не случилось бы никакого Прорыва Бьюри и технологической революции. И были бы мы, пусть и не самой бедной, но рядовой европейской страной, – сказал Фридрих.

– Эпидемии креоза тоже не было бы. Хочешь сказать, ради этого стоило предавать слабых?

Сидевшая напротив него Джоанна оторвалась от экрана и начала наблюдать за нашим спором.

– Республике слабые не нужны, – сказал он, открывая блокнот. – А что ты всё про предательство заладил, сомневаешься в правоте руководства?

– Какого, вековой давности? – усмехнулся я его серьёзности.

Он что-то записал.

– Жизнь – конечна, Республика – вечна, – продекламировал он один из реваншистских лозунгов прошлого. – А предателя предать невозможно.

Фридрих собрал вещи и встал. Пришлось придержать его рукой.

– Хорошенько подумай, – предупредил его я.

Он хохотнул, вновь надвигая на лоб очки.

– Забавно было послушать твои намёки, Конни, но дипломат из тебя никудышный, а запугать меня не сможешь. Твой потолок – выполнять приказы таких, как я. И ты будешь это делать.

Фридрих вышел. В столовой остались только мы с Джоанной. Едва я повернулся, она отвела глаза, не желая встречаться со мной взглядом, и уставилась в выключенный планшет.

– Интересно? – спросил я.

Она торопливо зажгла дисплей. Покосилась на меня.

– Я думаю ты прав, но… – Джоанна пожевала губу. – Нет, ничего.

Уже на выходе из столовой она меня окликнула.

– Конни!

В пустом помещении под ледяным светом среди металлических столов она выглядела совсем крохотной.

– Тебе будет лучше, как идёт, – сказала Джоанна.

– Лучше, чем что?

– Из-за Рут у всех будут проблемы, – ответила она, возвращаясь к учёбе.

Фридриха я увидел, едва свернул в коридор. Он стоял у входа в кабинет наставника и шептал что-то в горящий дисплей на стене.

Створки двери в комнату отдыха позади него бесшумно разъехались в стороны, выпуская за спину к ничего не подозревающему Фридриху Сэма – настоящего гиганта на его фоне.

Сэмюэл опустил руку над плечом Фридриха и погасил экран переговорного устройства.

Ардан проглотил последнее слово вместе с вырвавшимся стоном, метнулся в сторону, налетая спиной на меня.

– Вам обоим конец, ясно? – выдавил он из себя дрожащим голосом, прыгая взглядом между нами с Сэмом.

– О чём это он, Сэм? – спросил я, надвигаясь.

Сэмюэл толкнул Фридриха ко мне.

– Да вот сказал наставнику, что Шеннон типа презирает Ферму, Коду и Республику.

– Надо же, нехорошо как, – протянул я, кладя ладони на плечи Ардану. – А мы тут при чём?

Сэм размял плечи.

– Типа да, Ардан? – спросил он.

Тот вырвался и ткнул пальцем в Сэмюэла.

– Ты! Побей его! Он за одно с предательницей!

Сэм потупился.