Терри Вулф – Гений наносит ответный удар. Хидео Кодзима и эволюция METAL GEAR (страница 8)
Вот только заявление Карпентера не остановило, а подстегнуло дискутирующих на эту тему. И не помешало, по крайней мере, одному пользователю сети сделать картинку, на которой главный герой фильма, надев очки, смотрит на твит режиссера и видит признание в том, что евреи управляют миром. Как только поезд трактовки ушел – пиши пропало.
Иронично, но в ранних трактовках фильма утверждалось, что он антинацистский. Люди видят то, что подсознательно ожидают увидеть, как в тесте Роршаха. Карпентер ведь и раньше не скрывал, что кино было о яппи и рейганомике 1980‐х, и отрицал наличие двойного дна. Но некоторым это не помешало продолжить поиск «настоящего смысла».
Это может выглядеть как безобидная перепалка между сетевыми троллями и кликбейтными медиа, практически кормящимися излишней впечатлительностью и возмущениями, но есть один момент. Представьте, что автор хочет рассказать о некоем заговоре, закодировав информацию в метафорах и образах. Есть мнение, что так делал Стэнли Кубрик в картинах «2001: Космическая одиссея» (1968), «Сияние» (1980) и своем последнем фильме «С широко закрытыми глазами» (1999). Мелочи, выбивающиеся из общей картины, обычный зритель не заметит, но эти мелочи могут складываться в загадки, отсылающие к чему-то еще. Знание того, что Кубрик был одержимым гением, повернутым на деталях, превращает каждый киноляп в объект трактовки. Многие десятилетия киноманы покадрово изучают его фильмы и находят в них пугающе убедительные теории. Например, об участии Кубрика в секретных правительственных проектах и последующем раскаянии. Или о его увлечении секс-культами, в которых состоят люди, контролирующие общество. Может, это очередной пример того, как внушаемые интеллектуалы проецируют свои фантазии на произведение искусства? Были ли эти фильмы простыми товарами для потребления или действительно скрывали откровения? Интервью и инсайдерская информация стали ключевыми факторами в попытках разобраться в этих вопросах. В какой-то момент и отрицание становится подтверждением. Все возможно, когда вы имеете дело с профессиональным хитрюгой.
5
После выхода
Он хотел продвинуться по карьерной лестнице, но для этого придется выложиться на полную и превзойти самые смелые ожидания. Открыв для себя силу фансервиса и разработав тайную стратегию «Игры в стелс», Кодзима готовился играть по-крупному. О новом поколении консолей думать было рановато, еще не всю мощь он выжал из PlayStation [29]2. Разработка
КОДЗИМА НЕ МОГ ПОЗВОЛИТЬ ЗАПАДНЫМ ИГРАМ ОДЕРЖАТЬ ПОБЕДУ И НАПРАВИЛ ВСЕ СИЛЫ НА ТО, ЧТОБЫ ОТВОЕВАТЬ ОБРАТНО АУДИТОРИЮ PLAYSTATION 2.
ВРЕМЕНА СМЕНЯЮТ ДРУГ ДРУГА
Уроки всегда находятся в прошлом, и Хидео Кодзиме не терпелось чему-нибудь всех научить. В 1964 году на одноименном альбоме вышел легендарный хиппи-гимн Боба Дилана The Times They Are a‐Changin’ («Времена сменяют друг друга»). Это был поворотный момент в американской поп-культуре. Журнал Rolling Stone поставил песню на 59‐е место в списке «500 величайших песен всех времен». Она благодарила контркультуру, овладевшую умами нового общества, и призывала старшее поколение не путаться под ногами молодежи. Незадолго до выхода песни убили президента Джона Ф. Кеннеди, и это сделало трек знаковым, а тот, в свою очередь, подарил травмированной стране чувство катарсиса. Беби-бумеры, не желавшие ничего, кроме скорейшего окончания холодной войны, еще активнее начали призывать к отвержению идей национализма и милитаризма и ядерному разоружению. Хидео Кодзима родился в эту эпоху революций и рос, наблюдая за призывами к переменам. И хотя Боб Дилан не уточнил, каким принципам следует сам, ему это и не требовалось делать. Времена сменяли друг друга, а все остальное – просто мелочи.
Рассматривая свои творческие возможности в годы, последовавшие за терактами 11 сентября, Кодзима вспомнил проблемы молодости. Скоординированные теракты на территории США стали очередной поворотной точкой истории, и он задался вопросом, к чему же это приведет. В один день атаке подверглись не только два знаковых здания Нью-Йорка – башни-близнецы Всемирного торгового центра, но и Пентагон – штаб-квартира Министерства обороны США. Общественность не понимала, что происходит, напряжение росло, а жажда ответов и мести была почти физически осязаема. Вскоре НАТО применила пятую статью своего Устава, гласящую, что нападение на одного из членов альянса расценивается как нападение на всех. Это санкционировало новый уровень военного сотрудничества в мире, и теперь более десятка стран патрулировали небо США и морские торговые пути. Выглядело так, как будто весь мир внезапно оказался под угрозой и тотальный контроль во имя всеобщей безопасности стал их заботой. Скептики видели во всем этом только жажду контроля и политической власти, вызванную страхом получить ответный удар. Через несколько дней после терактов президент Джордж Буш-младший произнес в выступлении: «Все страны должны решить: либо вы с нами, либо с террористами». Очень хитро развернул обсуждение темы себе на пользу, если не сказать большего. Страшилка о терроризме послужит предлогом для новой холодной войны, потенциально вечного конфликта без четкого образа врага и с целью сдерживания угроз гегемонии США. Это ознаменовало новую эру страха, цензуры и грязного, как [30]никогда, шпионажа. Как настоящий японец, испытывающий отвращение к мировому господству США и помнящий, как это началось, Кодзима обратился к первопричинам. Имя Усамы бен Ладена всплыло в памяти всего мира, и урок сразу же стал ясен. Почему произошли теракты? Джордж Буш сказал, что все просто – террористы ненавидят свободу. Но Кодзима понимал, что все совсем не просто. Он вспомнил один из величайших фильмов в истории, темой которого стали бесчинства и зверства армии США во время войны во Вьетнаме – «Апокалипсис сегодня» (1979), сценаристом и режиссером которого стал Фрэнсис Форд Коппола. И фильм этот нес в себе очень важный урок.
Действие происходит во Вьетнаме в 1969 году. В центре повествования – оперативник американского спецназа, посланный убить дезертировавшего полковника Курца, пропавшего в глубине неприятельской территории и, судя по всему, присоединившегося к повстанцам. Главная загадка, почему и зачем один из лучших офицеров предал свою страну и начал новую жизнь на вражеской земле. Главного героя, капитана Уилларда, сопровождают на патрульном катере вглубь вьетнамских джунглей, где он становится свидетелем сюрреалистического мира, который сотворил Курц. Уиллард узнает, что другой оперативник из его отряда был послан убить Курца несколькими неделями ранее, но дезертировал и присоединился к безумцу. А оказавшийся тут фотожурналист проповедует философию полковника, поднимая еще больше вопросов о личности человека, на которого идет охота. Несмотря на подготовку Уилларда и его товарищей, их планы срываются, и каждый из них оказывается или в плену, или убит врагами-фанатиками. В месте, где оказался Уиллард, лежат горы отрубленных голов и демонстрируются жуткие военные трофеи. Вскоре он встречается со своей целью в исполнении Марлона Брандо. Курц читает Уилларду проповеди о Вьетконге и объясняет, как сильно уважает их безграничную волю к победе любой ценой. Персонаж полковника противопоставлен всему, что касается американской армии, которую мы до этого видели в фильме. Армия выглядит самонадеянной, ей, кажется, безразличен смысл своей миссии. Военные мыслят только в рамках огневой мощи и численного превосходства. Курц же осознал весь потенциал психологической войны и ужаса. Он совершенно спокоен и адекватен. Война показала Курцу, что существует кое-что посильнее армии – всепоглощающая, несокрушимая, неумолимая воля к сопротивлению. Несмотря на то что Уилларду разрешено остаться в лагере и влиться в созданный там темный мир независимости, он не попадает под чары полковника. Уиллард набирается мужества и жестоко убивает Курца с помощью мачете. Лежа на земле, окровавленный умирающий полковник произносит ставшие легендарными слова: «Ужас… ужас…»