Терри Пратчетт – Вор времени (страница 71)

– Что он творит? – спросила Сьюзен, спрятавшись за телегой.

– Они все идут к нему, – сказал Лобсанг. – У некоторых в руках оружие.

– То есть приказывать будут они, – констатировала Сьюзен.

– Ты уверена?

– Да. Этому они научились у людей. Аудиторы не привыкли к тому, чтобы им приказывали. Их нужно убеждать.

– Он рассказывает им о Первом Правиле, а значит, у него есть план. И мне кажется, он сработал… Да, точно!

– Что он сделал? Что он сделал?

– Пошли. С ним все будет в порядке.

– Отлично! – Сьюзен даже подпрыгнула от радости.

– Да, они отрубили ему голову…

Страх, гнев, зависть… Эмоции делают тебя живым – на краткий миг перед смертью. Толпа серых фигур отступала под натиском клинков. Их были миллиарды. И сражались они по-своему. Пассивно, коварно.

– Бессмысленно! – закричал Чума. – Они даже простудиться не могут!

– Ни души, чтобы проклясть, ни зада, чтобы дать пинка! – воскликнул Война, рубя в капусту окружающую его серую массу.

– Они испытывают голод, – сообщил Голод. – Только я никак не могу разобрать какой!

Они осадили коней. Серая стена зависла на расстоянии, потом снова двинулась на них.

– ОНИ СОПРОТИВЛЯЮТСЯ, – сказал Смерть. – НЕУЖЕЛИ НЕ ЧУВСТВУЕТЕ?

– Лично я чувствую только одно: мы сделали очень большую глупость, – ответил Война.

– И ОТКУДА ПОЯВЛЯЕТСЯ ЭТО ЧУВСТВО?

– По-твоему, они могут влиять на наше сознание? – спросил Чума. – Но мы Всадники! На нас нельзя повлиять!

– МЫ СТАЛИ СЛИШКОМ ПОХОЖИ НА ЛЮДЕЙ.

– Мы? На людей? Не смеши…

– ПОСМОТРИ НА МЕЧ В СВОЕЙ РУКЕ, – посоветовал Смерть. – НИЧЕГО НЕ ЗАМЕЧАЕШЬ?

– Меч. Очень такой мечеподобный. А что?

– ПОГЛЯДИ НА ЛАДОНЬ. ПЯТЬ ПАЛЬЦЕВ. РУКА ЧЕЛОВЕКА. ЛЮДИ ПРИДАЛИ ТЕБЕ ТАКОЙ ОБЛИК, А ЭТО СПОСОБ ПРОНИКНУТЬ ВНУТРЬ. ПРИСЛУШАЙТЕСЬ! РАЗВЕ ВЫ НЕ ЧУВСТВУЕТЕ СЕБЯ ТАКИМИ КРОШЕЧНЫМИ В ЭТОЙ БОЛЬШОЙ ВСЕЛЕННОЙ? ВОТ В ЧЕМ СМЫСЛ ИХ ПЕСНИ. ВСЕЛЕННАЯ БОЛЬШАЯ, ВЫ МАЛЕНЬКИЕ, А ВОКРУГ НИЧЕГО, КРОМЕ ХОЛОДА ПРОСТРАНСТВ. ВЫ ТАК ОДИНОКИ…

Трое Всадников явно забеспокоились, занервничали.

– Это исходит от них? – спросил Война.

– ДА. ЭТО СТРАХ И НЕНАВИСТЬ, КОТОРЫЕ МАТЕРИЯ ПРЕДНАЗНАЧИЛА ДЛЯ ЖИЗНИ. А ОНИ НОСИТЕЛИ ЭТОЙ НЕНАВИСТИ.

– Тогда мы бессильны, – развел руками Чума. – Их слишком много!

– ТАК ДУМАЕШЬ ТЫ? ИЛИ ВСЕ ЖЕ ОНИ? – резко осведомился Смерть.

– Они все ближе и ближе, – сообщил Война.

– ЗНАЧИТ, БУДЕМ ДРАТЬСЯ, ПОКА ХВАТИТ СИЛ.

– Четыре клинка против армии? Ничего не получится!

– НЕСКОЛЬКО МГНОВЕНИЙ НАЗАД ТЫ СЧИТАЛ ИНАЧЕ. КТО ГОВОРИТ ЗА ТЕБЯ? ЛЮДИ МНОГО РАЗ ПРОТИВОСТОЯЛИ НАМ И НИ РАЗУ НЕ СДАЛИСЬ.

– Да, – согласился Чума. – Но с нами они всегда могли надеяться на прощение.

– Или на перемирие, – добавил Война.

– Или на… – начал было Голод, замялся и наконец выпалил: – Дождь из рыб?.. – Он заметил выражение их лиц. – Однажды это правда случилось! – вызывающе добавил он.

– ЧТОБЫ В САМЫЙ ПОСЛЕДНИЙ МОМЕНТ ТВОЯ СУДЬБА ВДРУГ ИЗМЕНИЛАСЬ, НУЖНО ПРОЖИТЬ ЕЕ ДО САМОГО ПОСЛЕДНЕГО МОМЕНТА, – ответил Смерть. – МЫ ДОЛЖНЫ СДЕЛАТЬ ВСЕ ВОЗМОЖНОЕ.

– А если ничего не получится? – спросил Чума. Смерть подобрал поводья Бинки. Аудиторы были уже совсем рядом. Смерть мог различить отдельные, но абсолютно идентичные лица. Убей одного, и на его месте встанет дюжина.

– ЗНАЧИТ, БУДЕМ ДЕЛАТЬ ТО, ЧТО МОЖЕМ, – сказал он, – ПОКА МОЖЕМ.

Облаченный В Белое Ангел, сидя на своем облаке, лихорадочно листал книгу.

– О чем они там говорят? – спросила госпожа Война.

– Не знаю, не слышу! Проклятье, эти две страницы слиплись! – воскликнул ангел, безуспешно царапая их пальцами.

– А все потому, что он отказался поддеть фуфайку, – твердо заявила госпожа Война. – Хотя я ему…

Она вынуждена была прерваться, потому что ангел вдруг сорвал с головы нимб и принялся пилить им края слипшихся страниц, рассыпая искры и издавая скрежет, словно кошка скользила вниз по классной доске.

Снова залязгали страницы.

– Так, посмотрим… – Он прочел только что открытый текст. – Сначала то… Потом это… О…

Он замолчал и повернул бледное лицо к госпоже Войне.

– Ой-ей, – сказал он. – У нас большие неприятности.

Тем временем из-под Диска, висевшего внизу, появилась быстро растущая в размерах комета. Осыпая распростершийся внизу мир горящими обломками, она пересекла все небо и, подлетев к Всадникам поближе, оказалась на поверку огненной колесницей.

Пламя было синим. Хаос пылал холодом.

Голова стоявшей в колеснице фигуры была закрыта полным шлемом с двумя огромными глазницами, немного похожими на крылья бабочки и очень сильно похожими на глаза некоего странного инопланетного существа. Пылающий конь перешел на рысь и остановился – он вроде даже не утомился после скачки во весь опор. Остальные кони, не дожидаясь команды хозяев, немного посторонились, уступая ему место.

– О нет! – воскликнул Голод и брезгливо махнул рукой. – Он тоже здесь? Я же предупреждал, что будет, если он вернется. Помните, как он выбросил менестреля из окна той харчевни в Зоке? И разве я не говорил…

– ЗАТКНИСЬ, – оборвал его Смерть и кивнул. – ПРИВЕТ, РОННИ, РАД ТЕБЯ ВИДЕТЬ. ВСЕ ГАДАЛ, ПОЯВИШЬСЯ ТЫ ИЛИ НЕТ.

Рука, оставлявшая след холодного пара, поднялась и стянула шлем с головы.

– Привет, парни, – вежливо поздоровался Хаос.

– Э… Давно не виделись, – пробормотал Чума. Война откашлялся.

– Слышал, дела у тебя идут неплохо.

– Да, вполне, – осторожно подтвердил Ронни. – У розничной торговли молоком и молочными продуктами большое будущее.

Смерть бросил взгляд на Аудиторов. Они перестали наступать, но принялись кружить неподалеку, не спуская с них глаз.

– Да, миру всегда будет нужен сыр, – развел руками Война. – Ха-ха.

– Судя по всему, у вас неприятности, – заметил Ронни.

– Мы справ… – начал было Голод.

– ДА, ЕСТЬ ТАКОЕ, – перебил его Смерть. – САМ ВИДИШЬ, ЧТО ПРОИСХОДИТ, РОННИ. ВРЕМЕНА ИЗМЕНИЛИСЬ. НЕ ЖЕЛАЕШЬ ПРИСОЕДИНИТЬСЯ?

– Эй, а как насчет обсу… – опять влез в разговор Голод, но, почувствовав на себе испепеляющий взгляд Смерти, сразу заткнулся.

Ронни Каос надел шлем, и Хаос обнажил свой меч. Он весь сверкал, и, подобно стеклянным часам, его клинок вторгался в иной, гораздо более сложный мир.