Терри Пратчетт – Вор времени (страница 46)

– ПРОШУ ПРОЩЕНИЯ?

– Голода, судя по всему, не будет. Недостатка пищи то есть. Как таковой.

– КАК ТАКОВОЙ НЕ БУДЕТ, НО…

– Значит, я нужен только для того, чтобы ручкой помахать? Нет, увольте.

– РАНЬШЕ ТЫ ВСЕГДА ОТПРАВЛЯЛСЯ В ПУТЬ, – сказал Смерть осуждающим тоном.

Голод весело помахал костью.

– Тогда у нас были настоящие абокралипсисы, – пояснил он, обсасывая косточку. – Нажористые такие.

– ТЕМ НЕ МЕНЕЕ НАСТУПАЕТ КОНЕЦ СВЕТА.

Голод отодвинул тарелку в сторону и открыл меню.

– Значит, подыщем себе другой мир, – пожал плечами он. – Ты, Смерть, слишком сентиментален. Я всегда это говорил.

Смерть встал. Голод тоже создали люди. Засухи и саранча существовали всегда, но для настоящего голода, когда из-за глупости и жадности плодородная земля превращается в мертвую пустыню, требуются люди. Голод был слишком высокомерен.

– ИЗВИНИ, – сказал Смерть, – ЧТО ПОСЯГНУЛ НА ТВОЕ ДРАГОЦЕННОЕ ВРЕМЯ.

И он вышел на многолюдную улицу, задумчив и одинок.

Тик

Помело взяло курс на равнины и, набрав высоту в пару сотен футов, выровнялось.

– Теперь только по прямой! – закричал Лю-Цзе, показывая вперед.

Лобсанг опустил взгляд на стройную деревянную башню, увешанную замысловатыми ящиками. Вдалеке виднелась еще одна, похожая на зубочистку в утреннем тумане.

– Семафорные башни! – закричал Лю-Цзе. – Когда-нибудь видел?

– Только в городе! – пытаясь перекричать ветер, ответил Лобсанг.

– Это Гранд-Магистраль! – крикнул метельщик. – Ведет прямиком к городу! Главное, лететь вдоль нее, и мы скоро будем на месте!

Лобсанг вцепился в помело. Снега под ними не было; судя по всему, весна уже вступила в свои права. Поэтому ему казалось несправедливым, что здесь, ближе к солнцу, воздух был таким холодным и проникал до самых костей.

– Здесь очень холодно!

– Да! Я тебе рассказывал о белье двойной вязки?

– Да!

– У меня в сумке есть запасная пара. Можешь взять, когда остановимся!

– Твою личную пару?

– Да! Не самые лучшие, но заштопанные!

– Нет, спасибо!

– Они выстираны!

– Лю-Цзе?

– Да?

– А почему мы не можем резать время, когда летим на этой штуке?

Башня пронеслась мимо. Другая уже стала похожа на карандаш. Черно-белые ставни на ящиках мерцали в лучах солнца.

– А знаешь, что будет, если ты начнешь резать время, сидя на транспортном средстве с магическим приводом, которое несется со скоростью больше семидесяти миль в час?

– Нет!

– Вот и я не знаю! И знать не хочу!

Тик

Игорь распахнул дверь прежде, чем раздался повторный стук. Игорь мог заполнять в подвале гробы землей или устанавливать громоотвод на крыше, но он никогда не заставлял гостя стучать дважды.

– Ваша фветлофть, – пробормотал он, учтиво кивнув, и тупо воззрился на шесть фигур за ее спиной.

– Мы зашли, чтобы проверить ход работ, – известила леди ле Гион.

– А эти дамы и гофпода, ваша фветлофть?

– Мои коллеги, – пояснила ее светлость, также тупо глядя на Игоря.

– Если вы фоизволяйт войти, я узнавайт, дома ли герр мафтер, – сказал Игорь, в точности соблюдая условия конвенции, согласно которой настоящий дворецкий никогда не знает местонахождение хозяев в доме, пока они сами не решат, что это местонахождение может стать известно.

Он попятился в мастерскую, затем прокрался в кухню и уже там нашел Джереми. Он как раз выливал в раковину очередную дозу лекарства.

– Та женщина приходийт, – сообщил он, – и приводийт ф фобой законников.

Вытянув руку ладонью вниз, Джереми критически ее рассматривал.

– Видишь, Игорь? – промолвил он. – Мы близки к завершению самой грандиозной работы в моей жизни, а я сохраняю абсолютное спокойствие. Моя рука так крепка, что на ней можно строить дом.

– Законники, фэр, – повторил Игорь, особо подчеркнув это слово.

– И?

– Ну, мы получайт довольно много денег… – пояснил Игорь с уверенностью человека, который ненароком переместил небольшое, но весьма ощутимое количество золота в свою сумку.

– И мы завершили работу над часами, – сказал Джереми, по-прежнему наблюдая за рукой.

– Мы почти завершайт ее вот уже много дней подряд, – мрачным тоном поправил Игорь. – Ефли бы не она, мы бы не пропуфкайт ту грозу, что бывайт два дня назад.

– Когда планируется следующая?

Игорь наморщил лоб и пару раз хлопнул по виску ладонью.

– Фудя по вфему, фо фтороны Края надвигаетфя зона низкого давления, метеоуфловия неопределенны, – сообщил он. – Из-за этой вашей вечно промозглой погоды более точный прогноз никак нельзя давайт. Ха, у меня на родине гроза начинаетфя, фтоит только поднимайт железный громоотвод на крыша. Ну и как мне фледует пофтупайт ф законниками, фэр?

– Проси, конечно. Нам нечего скрывать.

– Ты уверен, фэр? – спросил Игорь, чью котомку уже и от земли было трудно оторвать.

– Делай, как я говорю, Игорь.

Пока недовольно ворчащий Игорь спускался в лавку и возвращался с гостями, Джереми пригладил волосы и постарался привести себя в порядок.

– Леди ле Гион, фэр. И вфякие… люди, – сообщил Игорь.

– Рад вас видеть, ваша светлость, – поздоровался Джереми с застывшей улыбкой на лице. Он вдруг припомнил книжку, которую однажды читал. – Вы представите меня своим друзьям?

Леди ле Гион с беспокойством посмотрела на него. Ах да… Людям всегда необходимо знать имена. И он снова улыбается. Так трудно думать, когда он улыбается.

– Господин Джереми, позволь представить моих… коллег, – ответила она. – Господин Черный. Госпожа Белая. Господин Зеленый, госпожа Коричневая. Госпожа… Желтая. И господин Синий. Джереми протянул руку.

– Очень рад познакомиться с вами, – сказал он. Шесть пар глаз непонимающе уставились на его ладонь.

– Нужно пожать друг другу руки. Такой местный обычай, – намекнула ее светлость.