Терри Пратчетт – Бесконечный Космос (страница 40)

Мэгги поняла невысказанный посыл Катлера. Если Роберта Голдинг ошибается, если эта машина окажется вредоносной – что ж, тогда обязанностью Мэгги будет остановить ее.

Если она сможет разобраться как.

Глава 36

Оказавшись за пределами относительно свободной территории лагеря ВМС, они поехали по узким грунтовым дорогам по местности, заполненной непонятной техникой.

Катлер показал на деревянный столб с окрашенной в красный цвет верхушкой и вырезанным на боку номером.

– Как видишь, мы пытаемся придать этому месту хоть какую-то организованность.

– По большому счету, – сказала Роберта, – весь объект самоорганизующийся. Мыслитель сам знает, или по крайней мере неуклонно познает, как ему нужно располагаться…

– И вся эта словесная чушь ничем не помогает обычному водиле из Детройта найти место разгрузки. Так что мы отправили парочку военных твенов нанести на карту и пронумеровать зоны переходов согласно нашей собственной системе.

– Раскрашивание всех этих указателей и в самом деле обеспечивает занятость большому количеству людей в форме, – сухо заметила Роберта.

– Да, – ответил Катлер без малейшей иронии, – это еще один плюс.

Они въехали в производственную зону, как выразилась Роберта. Электромобиль остановился перед похожим на завод зданием, длинным, низким, с алюминиевыми стенами и потолком из больших стеклянных панелей. Войдя внутрь, Мэгги увидела на наскоро залитом бетоном полу линии сборки и знакомое оборудование: угловатых роботов-строителей, которых можно встретить на верфях твенов, вилочные автопогрузчики, перевозящие грузы туда-сюда, и под потолком большую раму, с которой свисали тяжелые цепи. Роботов больше, чем людей, решила она, но люди, которых она видела, были заняты делом. Над чем они работали, оставалось загадкой.

– Я выбрал эту площадку, – сказал Катлер, – потому что здесь представлены типичные действующие лица, как ты увидишь…

– Включая моих юных друзей из Дыры.

Роберта внезапно взяла руководство на себя и зашагала к небольшой мастерской, отделенной от остального помещения полупрозрачной пылезащитной пленкой от пола до потолка. Им навстречу вышли двое рабочих: мужчина и женщина. Обоим, на взгляд Мэгги, не было и тридцати. Они носили синие комбинезоны с логотипами Космо-Д на груди. Женщина держала кусок чего-то похожего на стекло.

– Профессор Голдинг, рады встрече, – произнес мужчина и показал на себя и свою коллегу. – Дэв Биланюк. Ли Малоун. Сотрудники и акционеры Космо-Д…

Похоже, их не смутили высокие звания или военная форма Мэгги и Катлера. И не особенно заинтересовали, подумала Мэгги.

– Нам сообщили, что вы захотите посмотреть, над чем мы работаем, – сказала Ли. – Это образец.

Она подняла какую-то болванку.

– На самом деле этот экземпляр не прошел интеграционные тесты, так что его можно спокойно выносить из стерильной зоны. Мы разобьем его на составляющие и используем их позже…

Мэгги разрешили подержать штуковину. Она действительно походила на стекло, в котором смутно просматривалась замысловатая внутренняя структура, как в каком-нибудь фантастически сложном кристалле кварца. И тем не менее она явно имела искусственное происхождение, потому что Мэгги видела внутри составляющие: кремниевые чипы, нити проволоки или провода и созвездия маленьких зеленых и золотистых огоньков.

– Как будто там, внутри, целый мир.

– Красиво, да? – улыбнулась Ли. – Нельзя сказать, что мы его сделали. Это больше вопрос самосборки. Так происходит со всеми составляющими Мыслителя, за исключением простейших структурных элементов.

– Нас назначили на эту работу, – сказал Дэв, – благодаря нашему техническому опыту в Космо-Д. Даже с Дырой космическая программа сильно зависит от миниатюризации. Вообще-то, нас привлекли прежде всего потому, что мы работали на расположенном в Дыре РТ, который поймал Приглашение.

– РТ? – настороженно спросила Мэгги.

– Радиотелескоп, – тихо подсказала Роберта.

– Расскажите, на что она смотрит, – рявкнул Катлер.

– Это один из самых умных подмодулей, – ответил Дэв. – Я хочу сказать, большинство элементов кажутся в какой-то степени умными, и все устройство после сборки… Ну, мы пока не разобрались, насколько умным оно будет. У вас здесь приблизительная модель компьютрония.

Мэгги снова пришлось ломать голову.

– Что-что?

– Человеческое название для инопланетной технологии, – улыбнулась Роберта.

– Вещество, в котором каждая частица – каждая молекула, каждый атом – посвящена обработке информации, – пояснила Ли. – Это, наверное, не дает полного понимания. Но мы узнаем в них вычислительные системы различных уровней, начиная с механических – видите те маленькие рычажки? – затем электронные, транзисторы и тому подобное, и заканчивая химическими и нано и, мы думаем, квантовыми.

– Но мы считаем, – заметил Дэв, – что самый сок заключается в структуре материала. Судя по всему, он вроде бриллианта, технического алмаза. Более продвинутый, чем даже нить космического лифта.

– И это новшество, способное само по себе совершить революцию в человеческой промышленности, – добавила Роберта.

Катлер потер подбородок.

– Заставляет задуматься о масштабе того, что здесь творится, правда? Реки твенов в небе, постоянный поток сырья со всей Долгой Земли. И эта штука у тебя на ладони, с компьютером в каждой чертовой молекуле.

– Насколько именно умное? – спросила Мэгги.

– Ну, мы приблизительно оцениваем объем памяти как десять в двадцать второй степени бит на грамм, – сказал Дэв и пояснил, заметив непонимающее выражение лица Мэгги: – Это… десять миллиардов триллионов бит…

– Для сравнения, – добавила Роберта, – объем памяти человеческого мозга, и Следующего, если уж на то пошло, около ста триллионов бит. В сто миллионов раз меньше. На самом деле цифра, которую он назвал, в десять раз больше, чем приблизительный объем глобальной памяти всего человечества на текущий момент.

– Звучит не слишком впечатляюще, – фыркнул Катлер.

– Но он сказал «на грамм», – заметила Мэгги и подняла болванку. – Сколько она весит, около килограмма? И может хранить информации в десять раз больше, чем знания всего человечества, целую Библиотеку Конгресса, в одном грамме. – Она обвела завод взглядом. – Это слишком. Проклятье, Эд, ты должен был прислать мне хотя бы краткое описание.

– И ты бы поверила? Пойдем познакомимся с другими гражданскими добровольцами…

– Карли Марик.

– Джо Марголис.

– Мы со стройки Бобового стебля в Майами-Запад-17…

Две смышленые и взволнованные двадцатилетние девушки использовали при изготовлении одного из крупных элементов опыт масштабного строительства, полученный на стройке космического лифта. Они сооружали блестящую бесшовную конструкцию из какого-то бледного гладкого материала. Расширяющееся основание переходило в сложную верхушку, где что-то вроде шарового сочленения соединяло нижнюю часть с широким щитом. Мэгги подумала, что это похоже на коленный сустав какого-то сюрреалистического монстра кисти Дали.

– Мы понятия не имеем, для чего это. Даже не знаем, закончено оно или нет, – сказала Карли.

– Но нам понравилось над ним работать, – подхватила Джо. – Некоторые детали изготовлены обычными способами. Здесь плавят железо, делают стальные конструкции, но большинство металлических элементов изготовлены из алюминия, который прибывает на твенах из последовательных мест добычи. Кое-что изготовлено из материалов покруче, вроде углеродных композитов. А есть такое… Если честно, мы точно не знаем, из чего оно. Химики смогли бы сказать. Оно вроде как растет в большом чане, слой за слоем.

– Мы должны осматривать его, – нервно сказала Карли, – проверять погрешности, следить за поступлением материалов в чан, за температурой…

– Нам здесь очень нравится, генерал, – выпалила Джо.

– Адмирал, – на автомате поправила Мэгги.

– Я имею в виду, что дома не было работы с тех пор, как Бобовый стебель законсервировали.

И Мэгги, которая руководила некоторыми миротворческими миссиями на проблемных, наполовину заброшенных промышленных объектах в чрезмерно развитых, недостаточно загруженных поселениях Ближних Земель, полностью им сочувствовала.

Но когда они пошли дальше, Катлер проворчал:

– Вот вам и послание со звезд. Иногда это похоже на культурно-бытовое обеспечение войск. У нас тут даже Смиренные есть, совсем как на промышленных пустошах Ближних Земель.

– Смиренные?

– Представь себе профсоюз, управляемый ханжами-Следующими. Скоро увидишь. И тебе придется найти способ взаимодействовать с ними. Желаю удачи, – мрачно сказал Катлер.

Экскурсия по заводу продолжалась. Последняя встреча, к удивлению Мэгги, была с маленьким мальчиком у принтера материи. Не старше десяти-одиннадцати лет, он просто сидел и складывал в лоток устройства всякий мусор, а с другой стороны выходили предметы, похожие на тяжелые болты длиной в два дюйма, с широкими головками, но без видимой резьбы. Очевидно, мальчик занимался этим уже какое-то время: коробка рядом с ним была наполовину заполнена болтами.

Рядом с мальчиком сидела монахиня и читала роман с планшета. Она улыбнулась и представилась сестрой Колин. Мальчика звали Ян Родерик. Они прибыли из какого-то детского приюта в Мэдисон-Запад-5.

– Не из простого приюта, – пробормотал Катлер Мэгги. – А из того самого, который воспитал Великого Джошуа Валиенте. Казалось бы, одного достаточно…