Терри Гудкайнд – Сердце войны (страница 35)
— Да. Завеса — это сила, власть, — которая не позволяет миру жизни и миру смерти объединиться. Эта линия Благодати отделяет жизнь от смерти. Нельзя допускать смешения этих миров, и завеса препятствует их объединению. Эди называла эту силу скрином. Помнишь, она рассказывала нам о скрине? Сила скрина содержится в завесе и удерживает духов на той стороне. Благодаря ей мертвые остаются мертвыми. Но спектральный изгиб, запущенный посредством силы Одена, не только ослабил время и пространство ради объединения двух отдельных миров, чтобы я мог изгнать людей Имперского Ордена во второй мир, но и нанес удар по самой завесе. Отчасти, то, что я сделал с разделенными мирами, объединив их в едином времени и пространстве, происходит и с мирами жизни и смерти. Единственная разница заключается в том, что завеса — сила куда мощнее, ведь она отделяет существование от небытия, и поэтому потребовалось больше времени, чтобы признаки этого ослабления начали проявляться. Дело касается подземного мира, в котором нет понятия времени, и временной фактор искажен. Ослабление завесы позволило Ханнису воскресить императора Сулакана, и оно же позволяет Сулакану оживлять мертвых. — Ричард ткнул пальцем в свиток. — Из этих свитков Арк узнал о последствиях ослабления, а создатели свитков знали о том, что произойдет, потому что у них было извлеченное из преисподней пророчество. Свитки, в свою очередь, предсказывают, что поступки Ханниса и Сулакана будут последствием моего использования силы Одена.
Кэлен с трудом могла вообразить себе общую картину, но еще сложнее было судить о возможных последствиях.
— Добрые духи, — вырвалось у нее.
— Да, но все стремится к равновесию, и это важный вывод из содержимого свитков. События могут склоняться то к одной чаше весов, то к другой, потому что противоположные стороны пытаются уравновесить друг друга.
— Как? — смогла лишь спросить она.
— В противовес потенциальному ущербу, который мог нанести Ханнис, ослабленная спектральным изгибом сила завесы позволила мне войти в подземный мир, чтобы отправить твой дух обратно в мир живых. Это же позволило Никки попасть в подземный мир, чтобы помочь мне. По той же причине Зедд и все остальные уже были там, готовые помочь Никки найти меня и освободить от темных демонов Сулакана. И именно поэтому я смог вернуться. Это уравновешивает действия Арка, потому что я — сила, которая должна уравновесить то, что делают он и Сулакан. Возвращение Сулакана из мира мертвых уравновешивается тем, что я тоже смог вернуться, дабы сражаться с ним. И в более широком смысле, все это — части большего равновесия. Пророчество в Небесных свитках...
— Подожди, ты же сказал, что пророчество приходит из мира мертвых. Как в этих свитках может быть записано пророчество, если они появились в этом мире раньше Регулы, а значит, и раньше самого пророчества?
— Потому что они черпают информацию напрямую из миров смерти и жизни. Эти астрономические свитки, образно выражаясь, черпают сведения из пустоты как ночного, так и дневного неба. Другими словами, они берут информацию из обоих источников, из всего, что находится по обе стороны завесы, из обоих миров. Волшебники древности владели не только магией Приращения, но и магией Ущерба, поэтому способности одаренных, написавших эти свитки, лежат за пределами нашего с тобой понимания. Помимо обычной магии Приращения и Ущерба, они владели противоположной им оккультной магией. Они обладали властью в обоих мирах, получая сведения как из мира, в котором существует время, так и из мира, в котором его нет. Небесный, в значении «астрономический», тоже имеет отношение к перемещению звезд — к спектральному изгибу, запущенному силой Одена. Именно я зажег первую искру.
— Как будто ты разжег костер, чтобы согреться и приготовить ужин — и это само по себе безобидно — но вдруг налетел сильный порыв ветра, который разметал искры, и от этого загорелся лес. В итоге, то, что задумывалось, как благо, оказалось чем-то очень плохим.
Ричард слегка скривился.
— Можно и так сказать. Только в данном случае горит весь мир.
Кэлен прижала ладони к вискам.
— У меня от этого разболелась голова.
Ричард издал короткий смешок.
— Ты и половины всего не знаешь. Я еще не начал толком рассказывать. Все куда сложнее, чем я объясняю, а я сообщил тебе лишь о нескольких значимых моментах.
Кэлен опустила руки и уставилась на него.
— Хочешь сказать, их больше?
— Боюсь, что так, — ответил Ричард. — И дальше будет только хуже.
Глава 29
— Понимаешь ли, — продолжил Ричард, — Ханнис Арк обо всем знал. Наверное, он давно раздобыл несколько свитков и прочел в них, как активировать силу Одена, чтобы создать спектральный изгиб. Он долгое время собирал свитки и использовал изученное, чтобы начать формировать события в своих собственных интересах. Прочитав свитки, он увидел возможность воскресить Сулакана.
— Именно Ханнис Арк отдал Даркену Ралу последнюю шкатулку Одена, — сказала Кэлен, пытаясь не потерять нить рассуждений. — Хочешь сказать, он поступил так, чтобы запустить пророчество, в котором играет центральную роль и из которого сможет извлечь выгоду?
— Именно. Он перемещал фигурки, как на шахматной доске, чтобы воплотить в жизнь описанные в свитках события. Словно он увидел пророчество о своих поступках, а затем стал в точности выполнять предсказанные действия, чтобы пророчество стало реальностью. Молер сказал, что Ханнис превосходно играл в шахматы, а судя по тому, что я узнал о шахматах, игровую стратегию можно использовать и в жизни. Он хотел с помощью спектрального изгиба открыть проход, потому что нуждался в помощи Сулакана, чтобы захватить мир жизни, и поэтому ввел в игру шкатулки Одена, отдав третью Даркену Ралу. Он предпринимал ходы, которые оказывали влияние на то, что произойдет потом. Из этих свитков он узнал, что, отдав Даркену последнюю шкатулку, необходимую тому, чтобы ввести их в игру, он запустит события пророчества. В отличие от нас, он знал из свитков, чем на самом деле является сила Одена. Арк походил пешкой, зная из пророчества, что если шкатулки вступят в игру, то я повергну Даркена, стану магистром Ралом и возглавлю Д′Харианскую империю, которая затем окажется втянутой в новую войну. Он знал, что я прибегну к силе Одена, чтобы окончить войну с Имперским Орденом — и это столкновение будет лишь частью Великой войны, начатой Сулаканом очень давно. Именно Сулакан сотворил сноходцев, чтобы их потомок, император Джегань, развязал войну, которая и вынудит меня применить эту силу. А затем, когда перемещение звезд ослабит завесу, Ханнис должен был воспользоваться ситуацией и воскресить Сулакана.
Кэлен схватилась за голову.
— Добрые духи, они с самого начала знали о предназначении силы Одена?
Ричард кивнул.
— Ханнис Арк уже давно походил своей пешкой: он отдал последнюю шкатулку Даркену Ралу, чтобы запустить цепь событий, которая, в конечном итоге, вынудит меня воспользоваться силой Одена. Он не обладал ключом к силе, но свитки указали ему, что ключ будет у меня, и это, в свою очередь, даст ему то, к чему он так стремился: он станет правителем мира жизни. Сулакан тоже получит желаемое и сможет возвратиться из мира мертвых. Он сам помог подстроить эту цепь событий, когда создал сноходцев, и так далее.
— Но тогда получается, что он осуществлял еще не случившееся пророчество, — возразила она. — По сути, он сам создавал пророчество. Самоисполняющееся пророчество.
Ричард улыбнулся.
— Верно. Понимаешь, пророчество — это сила подземного мира...
— Постой. Как оно может быть силой подземного мира? Ты говорил об этом ранее, но мне кажется, это неправильно. Пророчества исходят от пророков, предсказывающих будущее. Ханнис Арк увидел пророчество и предпринял необходимые действия, чтобы все произошло в точности, как в пророчестве.
— Но изначально само пророчество пришло из подземного мира, — сказал Ричард. — Пророчество — это артефакт из мира мертвых.
Кэлен покачала головой.
— Пророчества исходят от пророков этого мира, а не мира мертвых.
Ричард многозначительно наклонился к ней.
— Это мы всегда так считали. И это ключ ко всему.
— Я не понимаю тебя.
Ричард указал на свитки.
— На самом деле пророчества берут свое начало в подземном мире, от духов умерших, а пророки мира живых способны направлять эти пророчества в свой мир.
Кэлен сделала глубокий вдох, пытаясь побороть все возрастающее чувство отчаяния.
— Я не вижу в этом смысла. Как они могут исходить из мира мертвых, от духов?
Он снова наклонился к ней, почти восторгаясь открытием.
— А вот с этого момента все становится сложнее.
— Лишь с этого? Ричард, я не...
Он поднял руку.
— Сперва выслушай меня, и тогда общая картина начнет проясняться.
Крепко сжав губы, она стала молчаливо ждать, когда он продолжит. Она знала Ричарда, и знала, что он не станет сердиться без причины.
— Подземный мир вечен, а значит, там нет времени, — спокойно начал он. — Мы всегда знали лишь это. В вечном мире время не имеет смысла, поскольку там у него нет начала и конца, а измерить часть бесконечности невозможно, верно?
Кэлен неохотно кивнула.
— Верно.
— Один день и тысяча лет — это одно и то же, ведь если нет ни начала, ни конца, то нет и единиц измерения времени, нет границ, чтобы отмерить день, год, или столетие.