Терри Гудкайнд – Госпожа Смерть (страница 56)

Когда они взобрались к громадному алькову, Чертополох уже поджидала их возле колоссальных каменных зданий.

— Пресвятая Мать морей, — прошептал Бэннон. — Никогда не видел ничего подобного.

Почтенная Виктория посмотрела на него, выражение ее розовощекого лица предвещало бурю.

— Твоя Мать морей не имеет к этому никакого отношения, юноша. Она слишком далеко и не помогала нам. Все было достигнуто человеческим трудом и стоило жизни и сил многих одаренных волшебников.

Саймон с почтением взирал на здания.

— Самые могущественные одаренные тайно пришли сюда во времена древних войн волшебников. Им потребовались годы, чтобы построить и спрятать это место под величайшим покровом секретности, но цель того стоила. Император Сулакан и его опустошительная армия не обнаружили спрятанных здесь обширных знаний. Маскирующий саван держался столетиями, скрывая Твердыню от посторонних глаз, и только жители близлежащих каньонов помнили о существовании города.

— Все изменилось пятьдесят лет назад, — сказала Виктория с гордостью в голосе. — И теперь древнее знание вновь доступно всем.

Никки оглянулась на каньон, тонувший в полуденных тенях. Некоторые из пастухов спали в палатках возле своих пасущихся на дне каньона стад. В многочисленных нишах на противоположной скале располагались освещенные очагами и лампами жилища, но внушительная Твердыня сияла ярче, ведь одаренные использовали магию для освещения архива.

— Мы усердно учимся и практикуемся, — с энтузиазмом сказал Саймон.

Взгляд Никки зацепился за самое дальнее строение в правой части алькова. Большая башня была повреждена и оплавлена, будто камень превратился в воск. Каменный свес прогнулся, напоминая опустившееся веко. Окна заплыли, будто ледяная скульптура таяла и оползала, а затем замерзла от резкого похолодания. Колдунья не успела спросить об этих повреждениях, потому что ученые открыли высокие створки и Саймон провел всех через главные каменные врата передней башни.

— Это только внешние укрепления. Сама Твердыня гораздо больше, чем вы сейчас видите. Целый комплекс тоннелей проходит через сердце плато и достигает скал на другой стороне.

В главном здании библиотеки были высокие сводчатые потолки, опиравшиеся на толстые стены из карьерного камня. Обувь громко стучала по синей плитке входного портика, яркий свет исходил от настенных негасимых ламп, зажженных с помощью магии.

Каменные залы были заставлены рядами деревянных полок с разношерстными томами: здесь были всевозможные кожаные обложки, свитки и даже обожженные глиняные таблички, испещренные незнакомыми Никки символами.

Натан жадно глазел на полки.

— Не могу дождаться, когда приступлю к чтению.

— Этого? — усмехнулся Саймон. — Но это лишь малая часть томов, которые ученые отобрали, потому что сочли интересными. Основные хранилища знаний находятся в глубинах месы — и они гораздо обширнее. Там хранится информация обо всем.

К Виктории подошли три очаровательные молодые послушницы, миловидные и бойкие, на вид не старше двадцати. Почтенная женщина кивнула им с легкой улыбкой.

— Спасибо, что присоединились к нам, мои дорогие. Нам потребуется ваша помощь и внимание. — Она представила их гостям: — Это мои самые преданные послушницы: Одри, Лорел и Сейдж.

Девушки были одеты в белые туники, стянутые на талии тканевыми поясами. Послушницы были чарующе красивы, но каждая по-своему. У Одри были высокие скулы, полные губы и пышные иссиня-черные волосы. У Лорел были волосы пшеничного цвета, которые она носила распущенными, и только прядь возле виска была заплетена в косичку; у нее были зеленые глаза, тонкие губы, готовые улыбнуться, и белые зубы. У Сейдж были каштановые волосы с бурым оттенком, густые и блестящие, а грудь была больше, чем у остальных девушек.

Никки и Натан вежливо поприветствовали послушниц, а Бэннон отвесил глубокий поклон. Лицо юноши покраснело от смущения, когда девушки стали заискивать перед ним, выделяя его среди остальных.

Виктория фыркнула:

— Чужестранцы, должно быть, устали и проголодались, поэтому давайте послушаем их рассказ за обедом. Ступайте и поставьте на стол приборы для них. Скоро все соберутся на полуденную трапезу. — Немолодая женщина улыбнулась. — Нас ждет жареная антилопа и свежая кукуруза. А на десерт будут медовые фрукты и кедровые орешки.

Никки с удивлением поняла, что не на шутку проголодалась.

— Мы были бы очень признательны.

— Гораздо лучше, чем жевать жареных ящериц, — усмехнулся Натан. Когда Чертополох метнула в него рассерженный взгляд, он примирительно поднял руку: — Не пойми неправильно. Мы ценим еду, дитя. Я лишь хочу сказать, что был бы рад разнообразию.

В обеденном зале стояли длинные дощатые столы, накрытые льняными скатертями, за которыми собрались на полуденную трапезу разновозрастные мужчины и женщины. Некоторые приглушенно беседовали, обмениваясь найденными в забытых свитках открытиями. Многие казались слишком занятыми, чтобы замечать незнакомцев; проглотив мясо и овощи, они возвращались к своим книгам, не дожидаясь десерта.

Когда все расселись на длинных скамьях, Саймон отрезал себе ломоть пряного мяса и передал блюдо Никки и Натану. Наполнив свою тарелку, Натан сказал:

— Пожалуйста, расскажите нам о Твердыне — как и для чего она была построена.

Саймон взял на себя роль рассказчика, считая это обязанностью ученого-архивариуса:

— Три тысячи лет назад, в начале Великой войны, в Древнем мире преследовали и убивали волшебников, и всякое проявление магии было под запретом. Император Сулакан посылал отряды обыскивать округу и уничтожать любую магию, которой не мог завладеть. Он и его предшественники не желали, чтобы кто-то владел могущественными знаниями, которые собирались на протяжении многих поколений. Но волшебники не сдались и распространили известия от города к городу, от архива к архиву. Императорские армии намного превосходили их по численности, и волшебников ждало неизбежное поражение. Они знали, что жизненно важные знания будут уничтожены, поэтому величайшие из одаренных ученых собрали все магические книги и книги пророчеств, изъяли их из всех известных библиотек и спрятали все тома, которые не успели перекопировать.

Чертополох вразвалку сидела на скамье, не особо интересуясь разговором. Руками она наложила себе вторую порцию мяса антилопы и кукурузы. Девочка явно давно не ела такой еды — возможно, вообще никогда.

Саймон перевел взгляд с Натана на Никки:

— Волшебники-отступники обнаружили в лабиринте каньонов плато это место, которое никто не смог бы выследить. Сулакан долгие годы продолжал свои завоевания, а доведенные до отчаяния волшебники тайно перевозили в укрытие книги, свитки, глиняные таблички и магические артефакты. Они построили Твердыню ради сохранения знаний, и многие из создателей крепости отдали свои жизни, чтобы защитить ее. Они умерли под ужасными пытками, но не раскрыли местонахождение этого каньона. Когда последние экземпляры книг и словарей оказались на полках бесчисленных залов, волшебники поняли, что не могут положиться на изолированность этих каньонов. Чтобы сохранить знание, им требовалось что-то более могущественное.

— Более долговременное, — добавила Виктория.

Глаза Саймона сверкнули.

— Волшебники создали непроницаемый щит — необнаружимый маскирующий саван, который перегородил вход в грот пещеры. Все по эту сторону от савана оказалось скрыто, а снаружи можно было увидеть только гладкую естественную скалу.

Виктории не очень нравилось, как архивариус ведет рассказ.

— Саван был не только заклинанием сокрытия, но и физическим барьером. Никто не мог ни обнаружить его, ни пройти через него. Твердыня должна была оставаться запечатанной — до тех пор, пока враги магии не будут уничтожены.

Никки взглянула на Натана:

— Барах тоже спрятал Храм Ветров — поместил в него самые важные магические знания и отправил в подземный мир, где никто не мог до него добраться.

— Вот так множество знаний было сохранено во времена великих потрясений, — закончил Саймон. — Без Твердыни и маскирующего савана все было бы утрачено в зачистках Сулакана. Вместо этого знания тысячи лет оставались нетронутыми.

— Мы бы не утратили все, — резко сказала Виктория. — У нас имелся запасной план.

Саймон неохотно позволил женщине продолжить повествование, а сам взял с блюда початок жареной кукурузы и стал с шумом его есть.

— Материальные документы были запечатаны в архивах, — пояснила Виктория, — но у древних волшебников был запасной план, гарантирующий, что знания не будут утрачены. Они позаботились, чтобы кто-то навсегда запомнил информацию. Кто-то особенный. — В ее добрых глазах промелькнул огонек. — Твердыню охраняли мирные жители каньона. Волшебники отобрали тех, кто был наделен способностями к запоминанию и хорошей памятью. Помнящие, усовершенствованные заклинанием совершенной памяти, смогли запомнить и сохранить тексты бесчисленных документов.

— С какой целью? — спросил Натан.

— Чтобы помнить, разумеется, — ответила Виктория. — Прежде чем волшебники наложили маскирующий саван и запечатали Твердыню, помнящие изучили труды в архиве, фиксируя каждое слово в памяти. — В ее голосе прозвучали нотки гордости. — Мы — живое воплощение архивов, и пока они были запечатаны, только мы хранили знания. Мы все помним.