Терри Гудкайнд – Госпожа Смерть (страница 51)

Ночь была тихой, но ветерок обдавал их своим дыханием с горьким привкусом пепла. Жители деревни, сидя перед глинобитными или более крупными каменными домами, молча ели свой ужин и держались обособленно. Верденовы родники погрузились в гнетущее безмолвие, словно вызванное упоминанием Поглотителя жизни.

Луна выглядела грустной.

— Раньше в Верденовых родниках жило больше тысячи людей, а теперь осталось меньше десятка семей.

— Мы — двадцатка сильнейших, — настаивал Маркус. Было ясно, что они уже не раз спорили об этом.

— По другую сторону гор есть леса и плодородные земли, — сказал Бэннон. — Там полно места, чтобы поселиться и жить счастливо.

— Это только отсрочит нашу судьбу, — возразил Маркус, упрямо нахмурившись. — Язва растет, и рано или поздно Поглотитель жизни иссушит весь мир.

— Если кто-нибудь не остановит его, — твердо сказала Никки.

Чертополох была настроена более оптимистично:

— Я хочу остаться и дождаться, когда эта земля вновь станет плодородной и прекрасной — какой она была до смерти моих родителей. Я помню это… совсем немного.

— Ты была слишком маленькой, — сказал Маркус.

Бойкая девочка закончила свежевать самую мелкую ящерицу, которую готовила для себя. Она слизнула с пальцев кровь, испачкав губы красным.

Никки потянулась к ней, чтобы стереть пятно:

— У тебя все лицо в пыли.

— Нам негде помыться, — отозвался Маркус.

Хихикнув, Чертополох послюнявила пальцы и размазала слюну по грязному лицу — но от этого было мало толку.

Путешественники дополнили трапезу, достав из мешков сушеные фрукты и остатки копченой рыбы. Красноперка из бухты Ренда была в диковинку для девчушки; она поморщилась от вкуса и сказала, что предпочитает мясо своих ящериц.

Никки вернулась к разговору:

— Кто такой Поглотитель жизни? И как его можно победить? У него есть слабости?

Возможно, именно по этой причине путники оказались здесь. Никки вспомнила слова ведьмы: «Колдунья спасет мир».

Маркус впечатал каблук в пыль.

— Мы не знаем всей истории. Мы всего лишь простые деревенские жители, пострадавшие от постоянно растущей порчи. Нам известно, что он был волшебником из Твердыни, а потом произошло нечто ужасное. — Он отщипнул со скелета ящерицы последние кусочки мяса, потом обсосал кости и принялся грызть их по одной. — Там вы и найдете способ его уничтожить — если это еще можно сделать.

— Что за Твердыня? — поинтересовался Натан.

— Огромный архив магических знаний. На протяжении веков это место считалось легендой, — ответила Луна.

Чертополох вскочила с места:

— Это место действительно существует, я сама его видела!

— Ты не забредала так далеко, дитя, — упрекнул ее Маркус.

— А вот и забредала! Мне пришлось четыре дня идти до плато, но я это сделала.

— Оно было скрыто со времен древних войн волшебников, — продолжила Луна, — но вновь появилось пятьдесят лет назад.

Волшебник поднял брови и посмотрел на Никки.

— Огромный архив? Мы непременно должны исследовать его. Возможно, там найдется то, что поможет моему… положению… раньше, чем мы доберемся до Кол Адаира. — Он погладил подбородок. — И разумеется, там мы сможем узнать о прошлом Поглотителя жизни.

В глазах цвета темного меда заплясали искорки.

— Я могу отвести вас туда. Я видела это место своими глазами!

— Так, девочка… — Маркус бросил на нее гневный взгляд.

— Говорят, кто-то разрушил заклинание сокрытия Твердыни несколько десятилетий назад, — сказала Луна. — Ее местоположение все еще держат в секрете, но таинственные люди, которые охраняли архив, пригласили к себе нескольких ученых из городов в долине. Это произошло незадолго до того, как Язва начала свое распространение и принялась уничтожать города и фермы.

Налетел порыв ветра, принесший с собой еще больше пыли. Никки услышала крик ночной хищной птицы, какое-то шевеление в пустых домах, и заметила тени в темных переулках между заброшенными каменными строениями. Колдунья села прямо, тотчас насторожившись, и попыталась разглядеть что-то в темноте.

Она ощутила в воздухе магию — но это не была привычная вездесущая вибрация, которой она всегда могла коснуться. С самого прибытия в Верденовы родники Никки чувствовала странные и тревожные нотки того, что сочилось из Язвы, но теперь этот поток резко усилился, словно кто-то резко открыл печную дверцу. Напряженная колдунья поднялась на ноги и бросила палочку с остатками жареной ящерицы. Отойдя от огня, она вышла на широкую пыльную улицу.

Ни Маркус, ни Луна не успели спросить, что случилось — ночь наполнилась криками.

Глава 38

Существа двигались сквозь ночь, сопровождаемые тихим шелестом пыли. От одного из немногих обитаемых домов на окраине деревни, где старик со старухой засиделись у небольшого костра, доносились испуганные крики. Никки уже бежала в ту сторону, ее черное платье в темноте можно было принять за более глубокую тень. Раздался еще один крик. Колдунья приблизилась к костру пожилой пары и увидела множество силуэтов: седовласый мужчина и женщина боролись с окружившими их странными фигурами.

Нападавшие существа, освещенные слабыми всполохами костра, выглядели изможденными и костлявыми. Бэннон без раздумий бросился вперед, извлекая Крепыша из ножен. Никки разглядела тварей, которые походили на высушенные останки людей — их кожа ссохлась и приняла бурый оттенок вяленого мяса.

Чертополох с трудом нагнала Бэннона и Никки.

— Пыльные люди! Прежде они не приходили в город.

Три оживших трупа обступили пожилую пару, отчаянно пытавшуюся отбиться. Оружия у стариков не было, в отличие от Никки, которая протянула руку и выпустила свою магию. Воздушный молот подбросил одного из пыльных людей в воздух, будто тот был набит соломой. Когда он врезался в кирпичную стену дома, его тело развалилось и рассыпалось, словно сухая трава.

Старуха боролась со своим противником, царапая ногтями высохшую плоть, но мумия обхватила женщину руками. Сухая земля под их ногами изменилась и стала не плотнее вспененной воды. Иссохшая тварь потащила старуху вниз, в пыльный провал, и вскоре они вдвоем исчезли под землей.

Увидев пропажу своей жены, старик стал отбиваться еще яростнее. Сильным взмахом руки он снес череп костлявого существа, но даже без головы тварь продолжала наступать. Земля под ногами старика превратилась в жижу, и он провалился в нее по колено. Крича от ужаса, он протягивал руки в попытке за что-то ухватиться.

Никки снова нанесла удар уплотненным воздухом, настолько резкий и мощный, что нападавшая на старика нежить рассыпалась на куски; но из-под земли появилось еще четверо жутких пыльных монстров. Они выпрыгнули из жидкой грязи подобно разящим гадюкам, схватили старика и потащили с собой. Крики несчастного заглушил песок.

Никки и Бэннон прибыли слишком поздно. Земля разгладилась, монстры исчезли, оставив только рябь на сухой пыли.

Бэннон встал в боевую стойку и поднял меч, готовый к новой атаке. Он поворачивался из стороны в сторону в поисках противника, но Никки схватила его за рубашку и оттащила с того места, где земля только что была зыбучим песком.

В следующий миг ночь разорвали крики из других домов умирающей деревни — на остальных тоже напали.

Натан с мечом наизготовку, наконец, добрался до своих спутников.

— Кто напал? Вы их видели?

— Пыльные люди, — ответила Чертополох. — Поглотитель жизни засасывает людей под землю везде, где только может, а затем превращает их в своих марионеток.

Никки встала рядом с девочкой.

— Иди в безопасное место.

— А где сейчас безопасно? — спросила она, и Никки не смогла ей ответить.

На улицах Верденовых родников лежала тьма, а костры и лампы в каменных домах давали слишком мало света, но было заметно, как рябит земля. Поднявшийся ветер принес в город удушающий пыльный туман.

Никки осторожно повела свою группу к центру города.

— Держитесь возле меня.

Грязь на обычно спокойных улицах корчилась и шевелилась, порождая все новые ужасы. Из пыли поднимались костлявые руки с длинными ногтями и серо-коричневой кожей, затвердевшей на суставах. Сухая земля становилась жидкой как вода, и пыльные люди всплывали на поверхность, чтобы поохотиться на выживших.

Цепкие руки мумий поднялись из земли возле ног Натана. Одна из них вцепилась в его темный сапог, но волшебник взмахом меча отсек кисть и стряхнул ее с ноги.

Бэннон рванул вперед и рубанул Крепышом по груди ожившего трупа, раздробив позвонки, но существа продолжали выползать из-под земли подобно армии отвратительных марионеток.

Никки разрушила магией двух существ, отбросив их от девочки, а потом схватила ее за руку.

Бэннон разрубил очередного монстра, а затем обратным движением меча рассек пополам другого противника. Едва юноша бросился к третьему, как грязная улица под его ногами превратилась в сыпучее месиво, и он споткнулся. Бэннон взвизгнул от испуга, когда стал тонуть, но волшебник схватил его за запястье и вытащил из пыльной западни.

В центре городка возвышался кирпичный помост, мощеный плиткой, — сцена, на которой некогда выступали менестрели и произносили речи городские правители.

— Бежим к каменной платформе! — крикнула Никки.