Терри Гудкайнд – Девятое правило волшебника, или Огненная цепь (страница 73)
— Скучное это занятие — быть волшебником, — сказала она. — Приходится много читать и размышлять. Гораздо проще получить ответы, допрашивая людей.
Зедд нахмурился.
— Разумеется, под пыткой люди говорят охотнее. Но, как правило, они говорят то, что допрашивающий хотел бы услышать, и неважно, правда это или нет.
Она вытянула с полки книгу и пролистав, вернула на место.
— Именно поэтому нас учат допрашивать правильно, используя надлежащие методы. Мы всегда объясняем людям, какой болезненной для них окажется ложь. А когда люди понимают все ужасные последствия своего вранья, они начинают говорить только правду.
Зедд почти не прислушивался к ее словам. Он полностью сосредоточился на фрагменте пророчества, пытаясь понять, что тот означает. Каждое новое предположение все больше лишало его аппетита, хотя миски с едой стояли в ожидании, источая потрясающий аромат. Похоже, Рикка бродила по комнате, ожидая, пока он попробует ее стряпню. Возможно даже, она рассчитывала получить похвалу.
— Так что там у нас на обед?
— Тушеное мясо.
— А где сухарики?
— Никаких сухарей. Только тушеное мясо.
— Я знаю, что это — тушеное мясо. Я отлично это вижу. Я хочу сказать — где сухарики, которые едят с этим тушеным мясом?
Рикка пожала плечами.
— Если хотите, я могу принести хлеба.
— Это — тушеное мясо, — воскликнул он с угрюмым видом. — С ним едят сухарики, а не хлеб.
— Если вы хотели на обед сухари, нужно было сказать заранее. Я бы приготовила сухари, а не тушеное мясо.
— Я не хочу сухарики
— Вы всегда капризничаете, когда у вас плохое настроение, да?
Зедд скосил на нее один глаз.
— У тебя и вправду талант к пыткам.
Она с улыбкой повернулась на пятках и величественно покинула комнату. Морд-Сит, всегда остается Морд-Сит, подумалось Зедду. Даже наедине с собой.
Волшебник вернулся к книге, пытаясь рассмотреть проблему со всех сторон. Он успел прочесть лишь пару предложений, когда дверная ручка повернулась, и в комнату проскользнула Рэчел. Обеими руками она держала что-то, поэтому чтобы закрыть дверь, ей пришлось воспользоваться ногой.
— Зедд, отложи свою книгу и поешь, наконец.
Зедд улыбнулся девочке — она всегда заставляла его улыбаться.
— Что там у тебя, Рэчел?
Подойдя, она поставила на стол оловянную тарелку и через стол подвинула ее к Зедду.
— Сухарики.
Зедд изумленно приподнялся со стула, наклонился и заглянул в тарелку.
— А что они делают у тебя?
Рэчел закатила глаза, будто вопроса страннее этого она в жизни не слышала.
— Это вам на ужин. Рикка попросила, чтобы я помогла ей принести все это, потому что ее руки были заняты мисками с тушеным мясом для тебя и Чейза.
— Ты не должна помогать этой женщине, — угрожающе произнес Зедд с угрюмым видом и откинулся на стуле. — Она злая.
Рэчел хихикнула.
— Ты глупый, Зедд. Рикка рассказывает мне сказки о созвездиях. Она рисует их, а потом рассказывает о каждой картинке.
— Вот как? Весьма подходящее занятие для нее.
Темнело, и читать становилось трудно. Зедд вытянул руку, посылая магическую искру в сторону свечей в вычурном кованом канделябре. Теплый уютный свет наполнил небольшое помещение, освещая плотно подогнанные каменные плиты стен и тяжелые дубовые балки потолка.
Рэчел засмеялась. В ее блестящих удивленных глазах отражались огоньки свечей. Девочке нравилось смотреть, как он зажигает огонь.
— Ты — лучший в мире волшебник, Зедд.
Зедд вздохнул.
— Как же мне не хочется расставаться с тобой, малышка. Рикка никогда не сможет оценить мои способности по разжиганию свечей.
— Ты будешь скучать без меня?
— Не так чтобы очень. Просто мне неохота оставаться одному с Риккой. — ответил он, опять пробегая глазами страницу пророчества.
И будут они спорить вначале, дабы потом сплотиться в заговоре и исцелить его.
Что бы это могло значить?
— Может быть, тебе удастся уговорить Рикку рассказать и тебе свои сказки о звездах. — Рэчел с грустным видом обошла вокруг стола. — Я буду ужасно скучать без тебя, Зедд.
Зедд оторвался от книги. Рэчел протянула руки, желая его обнять. С улыбкой он протянул руки ей навстречу. Немногое в жизни радовало его так, как объятия девочки. Она тоже любила обнимать старого волшебника и всегда вкладывала в это действо весь свой энтузиазм.
— Как мне нравится обнимать тебя, Зедд. Это почти так же хорошо, как обнимать Ричарда.
— Пожалуй, ты права.
Зедд вспомнил, как в давние времена, в этой же самой комнате он обнимал свою дочь, когда она была в возрасте Рэчел. Она тоже прибегала сюда повидать его и обнять. Теперь все, что у него оставалось, это Ричард. Зедд страшно тосковал без мальчика.
— Я тоже буду скучать, малышка. Но ведь скоро вы вернетесь сюда все вместе, вся ваша семья. С тобой будут твои братья и сестры, тебе больше не придется играть с таким стариком, как я. — Зедд усадил ее на колено. — Как хорошо будет жить тут вместе с вами. Замок Волшебника станет радостным местом, когда жизнь вернется в эти стены.
— Рикка говорит, что ей уже не придется готовить, когда сюда приедет мама.
Зедд отхлебнул из оловянной кружки тепловатый чай.
— Пожалуй.
Рэчел кивнула.
— А еще она сказала, что мама, наконец, заставит тебя подстричь волосы. — Обеими руками она взяла кружку Зедда и сделала большой глоток.
Зедд вскинул голову.
— Подстричь мои волосы?
Рэчел кивнула с серьезным видом.
— Они торчат в разные стороны. Но мне это нравится.
— Рэчел, — строго произнес Чейз, открывая дверь. — Ты опять отвлекаешь Зедда?
Рэчел тряхнула головой.
— Я принесла ему сухарики. Рикка сказала, что он любит есть их с тушеным мясом, и я должна принести ему полную тарелку.
Чейз упер кулаки в бока.
— И как может он есть сухари, когда на его коленях сидят уродливые дети? Ты же можешь так напугать его, что у него пропадет аппетит.
Рэчел хихикнула и спрыгнула на пол.
Зедд снова взглянул на книгу.