Терри Гудкайнд – Девятое правило волшебника, или Огненная цепь (страница 127)

Зедд выглядел совершенно несчастным. Было очевидно, как искренне он переживает за внука.

Никки опустила глаза, не в силах видеть боль в его взгляде.

— Сожалею, Зедд, но мне нечего сказать. К сожалению, я не считаю, что тело, которое он выкопал, является окончательным свидетельством, иначе мы могли бы все же заставить его принять реальность. С другой стороны, я думаю, что тело действительно принадлежит Матери-Исповеднице Кэлен Амнелл, женщине, о которой он мечтал, любовь к которой выдумал, пока страдал от боли после ранения. Возможно, он услышал это имя, когда путешествовал по Срединным Землям, и оно запало в его память. Вероятно, это была прекрасная мечта. Для того, кто рос, желая стать лесным проводником, вполне естественно мечтать, что однажды он уйдет в дальние края и женится на королеве. Но когда он был ранен, эта мечта вполне могла превратиться в навязчивую идею.

Никки должна была заставить себя остановиться. Было до крайности больно говорить посторонним людям такие слова о Ричарде, даже если эти люди тоже беспокоятся о нем и хотят помочь. Даже у Энн, как часто казалось Никки, были тайные мотивы беспокоиться о Ричарде. Он был человеком, который по убеждению Энн должен исполнить пророчество, но она питала к нему и теплое человеческое чувство.

Никки знала, что все, сказанное ею о Ричарде — правда, но все равно чувствовала себя так, словно предала его. Мысленно она видела его лицо, внимательное, с выражением молчаливого страдания, которому она не верила.

— Мы считаем, что независимо от причины его ложного убеждения, — сказала Энн, — Ричард должен вернуться к действительности.

Никки ничего не сказала. Хотя она считала, что они совершенно правы, она не знала, что еще можно сделать. Разве что разрешить ему, насколько позволяет время, самому искать ответы на свои вопросы.

Натан шагнул вперед и улыбнулся Никки. В маленькой комнате он казался еще более внушительным. Но именно его темно-синие глаза приковывали к себе внимание. Он призывно раскинул руки.

— Иногда чтобы вылечить, человеку необходимо причинить боль. Позднее он сам увидит, что это был единственный путь, и будет благодарен, что вы сделали то, что должно быть сделано.

— Как лечение сломанной руки. — продолжила Энн, кивком подтверждая слова Натана. — Никто не хочет причинять другому боль, но иногда это необходимо, чтобы излечить человека, вернуть назад его жизнь.

— Итак, — хмуро глянув, спросила Никки. — Вы собираетесь излечить его?

— Правильно, — сказал Зедд. Только теперь он улыбнулся. — Я нашел пророчество о Ричарде, где сказано, «будут они спорить вначале, дабы потом сплотиться в заговоре и исцелить его». Никогда бы не подумал, что все случится так скоро и так ужасно, но, думаю, все мы согласны, что любим Ричарда и хотим ему только добра. Мы все хотим получить назад того Ричарда, которого мы любим.

Никки подумала, что это должно значить немного больше, чем они сказали. Она начала задаваться вопросом, почему они отослали Рикку за чаем — почему-то они не хотели, чтобы рядом находился телохранитель Лорда Рала.

— Я уже сказала, что целитель из меня неважный.

— Тебе отлично удалось исцелить его, когда он был ранен той стрелой, — сказал Зедд. — Ни один из находящихся в этой комнате не способен на это кроме тебя, Никки. Ты можешь не считать себя целителем, но ты сделала то, что для любого из нас оказалось бы не под силу.

— Ладно, я добилась успеха. Но только потому, что использовала Магию Ущерба.

Никто не произнес ни слова. Они все пристально уставились на нее.

— Минуточку, — сказала Никки, переводя взгляд с одного из них на другого. — Вы хотите сказать, что предлагаете мне снова применить к Ричарду Магию Ущерба?

— Именно это мы и предлагаем. — ответил ей Зедд.

Энн махнула рукой в сторону Зедда и Натана.

— Мы бы сделали это сами, но не можем. Вот для этого нужна нам ты.

Никки сложила руки.

— Что именно? Я не очень понимаю, что вы ожидаете от меня? Что я должна сделать?

Энн положила ладонь на руку Никки за руку.

— Послушай, Никки. Мы не знаем, чем вызвана болезнь Ричарда, а потому не знаем способа вылечить его. Даже знай мы наверняка, что это было заклинание очарования, наложенное на ту стрелу, никто не может снять его, кроме того, кто наложил заклятие. Но мы не можем даже убедиться, что именно это было: наложенное заклятие, какое-то новое заклинание или просто бред, вызванный тяжелым ранением. Причины мы не знаем. И возможно, не узнаем никогда. Единственное, что нужно сделать, — сказала она очень серьезно, не пытаясь больше увиливать. — это устранить навязчивую идею, независимо от ее происхождения. Неважно, вызвана она заклинанием, мечтой или внезапным приступом безумия. Память об этой Кэлен является ложной памятью, которая мешает ему разумно мыслить, и поэтому должна быть устранена.

Услышанное ошеломило Никки. Она перевела взгляд с бывшей аббатисы на Зедда.

— Вы серьезно предлагаете мне применить Магию Ущерба на разум вашего внука? Вы хотите, чтобы я уничтожила часть его сознания? Часть того, чем он является?

— Нет, никогда. Нужно уничтожить часть того, чем он никогда не был. — Зедд облизал тонкие губы. Его голос звучал беспомощно и отчаянно. — Я хочу, чтобы ты излечила его. Я хочу вернуть Ричарда, которого я знаю, Ричарда, которого все мы знаем. Настоящего Ричарда, а не этого незнакомца, одержимого странными фантазиями, которые разрушают его разум.

Никки тряхнула головой.

— Я не могу сделать этого с человеком, которого я… — она прикусила язык, прежде чем договорила до конца.

— Я мог бы получить назад того Ричарда, которого люблю, — мягко и умоляюще сказал Зедд. — Ричарда, которого все мы любим.

Никки сделала шаг назад и тряхнула головой, не зная, как ответить на такое отчаяние. Должен же быть другой способ привести Ричарда в чувство.

— Покажи ей, — сказал Натан Энн. Его голос, подобный колокольному звону звучал так, как должен был звучать голос пророка, которым он был, и голос Рала, которым он тоже был.

Энн кивнула и достала что-то из кармана. Она протянула это Никки.

— Прочти.

В руке Никки оказался путевой дневник. Она глянула на Натана, Энн и, наконец, на Зедда.

— Ну же, — сказал пророк. — Прочитай. Это сообщение Энн получила от Верны.

Путевые дневники были невероятно ценными вещами. Никки считала, что все они погибли вместе с Дворцом Пророков. Она знала, что написанное в одном из них, появляется в другом, составляющем пару к первому. К корешку прикреплялся стилос, которым пользовались, чтобы делать в дневниках записи или стирать старые сообщения. Поэтому путевые дневники никогда не кончались, ими можно было пользоваться постоянно. Никки открыла бесценное создание древней магии и принялась за чтение.

Энн, это началось. Я боюсь, что наши силы еще не готовы. Где Ричард? Вы, наконец, нашли его? Простите, что я так давлю на вас снова и снова, поскольку знаю, что вы не теряете времени даром. Но проблемы в армии с каждым днем становятся все серьезнее. Солдаты разбегаются. Не так много, как вы предполагали, но сейчас мы находимся в Д`Харе, и идут разговоры, что Лорд Рал не поведет их в сражение, как они были уверены. А иначе воевать с Орденом — чистое самоубийство. Да и затянувшееся отсутствие Ричарда только подтверждает эти опасения, которые растут день ото дня. Людям кажется, что Лорд Рал их покинул. Ни один солдат не верит, что у них есть шанс выстоять против надвигающегося врага, если Ричарда не будет с войсками, чтобы вести их в битву.

Мы с генералом Мейффертом чувствуем все большее отчаяние, не зная, что говорить войскам, которые пребывают в полном унынии. Даже если для его отсутствия имеются серьезные основания, для солдат тяжело идти на смерть, не услышав ни слова от вождя, первого в их жизни, которому они действительно поверили.

Прошу вас, Энн, как только вы найдете Ричарда, скажите ему, что все эти люди, которые так долго отражают удары наших врагов, которые столько выстрадали, очень нуждаются в нем. Прошу вас, узнайте, когда он присоединится к нам. Попросите его поспешить.

С нетерпением жду ответа.

Ваша в Свете.

Рука Никки, державшая дневник, упала. Слезы жалили глаза.

Энн осторожно взяла дневник из дрожащих пальцев Никки.

— Что бы ты на моем месте ответила Верне? Что сказала бы войскам? — спросила ее Энн тихим, почти нежным тоном.

Никки прикрыла глаза, стараясь сморгнуть слезы.

— Вы хотите, чтобы я отняла у него разум? Вы просите меня предать его?

— Нет-нет, нисколько. — уверил ее Зедд, захватывая ее плечо сильными пальцами. — Мы только хотим чтобы ты излечила его… помогла ему.

— Мы боимся даже приближаться к Ричарду в его нынешнем состоянии, — сказала Энн.

— Мы боимся, что он может что-то заподозрить. Боюсь, частично в этом виноват я, моя резкая реакция на его заблуждение. Да простит меня Создатель, но всю свою жизнь я управлял людьми и привык к покорности. Старые привычки умирают трудно. Теперь он уверен, что я собираюсь заставить его точно следовать пророчеству. Он относится к нам все более подозрительно…, но не к тебе. Он тебе доверяет, — сказал Зедд. — Ты могла бы подчинить его так, чтобы он ничего не заподозрил.

Никки уставилась на него.

— Подчинить его…?

Зедд кивнул.

— Ты могла бы усыпить его прежде, чем он поймет, что произошло. Он ничего не почувствует, а когда проснется, память о Кэлен Амнелл будет стерта, и он снова станет нашим Ричардом.