Терри Брукс – Защитники Шаннары (страница 47)

Она совершила плавную серию жестов и тихо зашептала, и эльфийская женщина появилась, стоя с одного бока, улыбаясь. Хрисаллин сжалась от неё, похоронила лицо в руках и начала вся содрогаться.

- Да, ты помнишь, - дразнила Мика, явно наслаждаясь реакцией девочки, возбуждаясь от неё. – Слушай её. Слышишь? Она что-то шепчет тебе! Слушай. Слушай внимательно!

Последовала глубокая тишина, нарушаемая только хныканьем Хрисаллин Ли. Затем эльфийская женщина, всё ещё стоя там, наблюдая за всем, нагнулась вперёд и заговорила.

Расскажи, что ты знаешь.

Слова должно быть должны были вызвать определённую реакцию у девочки, но определённо они не должны были вызвать то, что вызвали. Хрисаллин оцепенела от шока, а её руки опустились от глаз и сплелись на груди, а её лицо перекосилось от внезапной ярости. Она больше не выглядела как молодая девушка. Она больше не выглядела как-то похожей на себя. Она выглядела как демон. Она взвизгнула – резко, пронзительно, свирепо. Она закричала так, как Грелин никогда не слышал, чтобы кто-то кричал прежде. Звук этого обрушил его на колени; он захлопнул уши руками, чтобы защитить их. Она кричала каждой частичкой своего существа, и звук этого принимал форму и вещественность.

Поначалу это было повсюду, выпущенная и разъярившаяся мощь. Но затем оно перенаправилось, когда Хрисаллин повернулась к эльфийке. Крик врезался в неё, и та разлетелась на фрагменты, унесённые внезапным ветром, на крошечные разбросанные повсюду осколки.

Сейчас Мика отступала, её кривая фигура склонилась ниже, её лицо охватил ужас. Она подняла руки защитить себя, сплетая чары, создавая обереги. Но крик достиг новой мощи, когда добрался до неё, подняв с улицы, как будто та ничего не весила, и врезав в стену здания позади. Он удерживал её прижатой, пока пронзал её плоть и кости и превращал их в жидкость. Она стала пятном, которое расплескалось, сплющилось и стекало по стене красными ручейками, как будто от изрядного количества краски.

И вот так её просто не стало.

Грелин не был уверен, что случится дальше – ни с ним или с Льюфар, не когда, судя по всему, Хрисаллин совершенно вышла из-под контроля – поэтому он прополз туда, где она стояла, крича и хватаясь за её лодыжку. Крик нарастал, немного дрогнув, когда она взглянула вниз и увидела его, и внезапно затих.

- Грелин! – Прошептала она, упав на колени, её лицо было объято страхом, из глаз лились слёзы. – Что случилось?

Мальчик взглянул на неё, поднялся рядом с ней и сжал её руки. – Я надеялся, что ты мне сможешь сказать.

22

АРКАННЕН ПРОКЛАДЫВАЛ СЕБЕ ДОРОГУ ПО УЛИЦАМ ГОРОДА ВЭЙФОРД, сначала без цели, но потом постепенно с пунктом назначения на уме. Его первостепенной реакцией было втянуть друида и мальчишку в оживлённую погоню, прежде чем двинуться к лётному полю и кораблю, который перевезёт его в безопасное место. С этой целью он выбрал кружной путь, ведущий через переулки, дворами, через парки и участки травы, и наконец через здания так кучно сгруженные вместе, что никто не смог бы понять, в какую дверь он вошёл или вышел.

Тем не менее погоня продолжалась. Она зашло до того, что в какой-то момент он увидел чёрную мантию друида из окна здания, в котором скрывался. Все эти трюки и уловки подводили его, и становилось всё понятнее, что ему придётся предпринять что-то более радикальное чем просто побег.

Противостояние было последним средством. Друид легко может оказаться равным ему в магическом сражении, особенно такой так безусловно опытный, каким кажется этот. Рисковать всем выходом один на один всё равно не было его излюбленным методом боя. Уловки и хитрость были намного более предпочтительней. Побег и увёртливость были средствами выживания, которые он понимал и принимал, когда имел дело с теми, кого не хотел недооценивать.

К тому же могут быть последствия за убийство друида, которые он не слишком хотел проверять. Последствия за подобные действия имеют тенденцию серьёзно разрушить твою жизнь.

И у него кончались варианты. Если сейчас он отступится от своей схемы побега, друид наверняка поймёт, что он пытается добраться до аэродрома, и запросто может найти туда дорогу прежде него. Ему нужен был план, как запереть где-нибудь друида на достаточное время, чтобы обеспечить себе чёткий путь побега и время для этого.

Поэтому пока он бежал, его разум тоже лихорадочно работал, придумывая способ прекратить преследование. Но всё, приходящее на ум, было в лучшем случае ненадёжным и безрассудным в худшем. Он был вынужден полагать не только что друид имел те же навыки и опыт что и он, но и что тот мог также предчувствовать его. Поэтому какое бы решение он ни выбрал, оно должно быть достаточно хитроумным, чтобы друид не смог распознать его, пока не будет поздно.

Это также должно быть что-то, что он может быстро установить и задействовать, потому что погоня сжималась.

Он выбежал с задней части своего последнего здания через запасный выход, повернул на улицу и увидел зернохранилище. Внезапное вдохновение наполнило его, и он понял, как может остановить друида раз и навсегда. Он продолжал бежать, продумывая свой план, затем замедлился как раз настолько, когда достиг входа в строение, чтобы убедиться, что друид, выходящий из здания позади, заметил его.

Тогда он сломал замок и поспешил внутрь.

Быстрый осмотр выявил деревянные резервуары, полные зерна, стоявшие на платформах под загрузочными желобами. Аппарели разбегались на всю длину помещения в обе стороны, а вентиляционные окна были раскрыты наружу высоко на стенах, чтобы впустить свет и воздух. Он проверил, убедившись, что на корзинах есть сливные дверцы рядом с полом, затем начал сплетать невидимые нити, крепящиеся к щеколдам.

Собрав свободные концы нитей, он переместился к самой задней части комнаты и скрылся в тенях последнего резервуара слева. Когда друид войдёт в комнату, он потянет за нити, выпустив несколько тон зерна на пол хранилища. Друида похоронит за секунды, мёртвым или достаточно пострадавшим, что тот не сможет сразу же преследовать его.

Если всё сработает так как он задумал, это будет выглядеть как инцидент, случайное высвобождение содержимого, возможно вызванное самим друидом. Он сойдёт со сцены и никак не будет сопричастен этому.

Он терпеливо ждал, удерживая глаза на двери.

Но ничего не происходило.

Когда он начал думать, что что-то пошло не так, то услышал небольшой шум за собой и повернулся, обнаружив друида, глядящего на него.

- Тебе стоило лучше подумать нежели чем ожидать, что этот старый трюк сработает, - заметил тот.

Колдун встал, выпустив концы невидимых нитей на пол. Нет смысла держаться за это. Он кивнул друиду. – Полагаю, ты хочешь, чтобы я пошёл с тобой?

- Точно. Нам надо разъяснить, что стало с Хрисаллин. Встреча с Ард Рис может помочь разобраться в этом. Ты даже можешь научиться чему-нибудь на счёт границ дозволенного и соответствующего поведения.

Арканнен пожал плечами. – Мне нечего скрывать.

Когда он проходил мимо друида, его рука забрела почти по собственной воле в карман внутри его одеяний, где был спрятан Стихл – движение исподтишка, скрытое от бдительных глаз другого. Ему нужно быть быстрым. Он сомкнул свои пальцы на оружии и подождал, пока они не достигли дальней двери зернохранилища. Затем, без всякой спешки или внезапности, он замедлился. Стихл был вынут и готов к использованию, когда он повернулся, его плоский чёрный клинок был стремительной порченной тенью. Он ударил в друида, и хотя защитный барьер магии уже был на месте, Стихл прошёл прямо через него в назащищённое тело другого.

Друид резко крякнул и быстро отступил. Но Арканнен последовал за ним, ударяя снова и снова, пока друид не оказался на полу, а всё вокруг в его крови. Не переставая, пока тот не перестал двигаться, а его глаза замерли открытыми и выпученными.

Колдун заключительно взглянул на него, затем повернулся и поспешил через дверь зернохранилища.

Ко времени как Паксон Ли добрался до сестры и её спутников, они выбрались из укрытой аллеи и собрались на всё ещё тёмной улице, сбившись в кучу у стены близлежащего здания. Девушка с серебряными прожилками в волосах была в крови и без сознания, а Хрисаллин практически в кататонии. Только Грелин был в хоть каком-то состоянии говорить с ним, и мальчик пытался объяснить, что случилось, пока Паксон держал за руку свою сестру и ожидал, пока та вернётся хоть к какому-то уровню осознанности.

- Она странно себя вела, с тех пор как я забрал её из жилья Мики, - закончил Грелин. – Она продолжает говорить, что её пытали, что у неё все болит, что она вся изодрана и поломана. Но взгляни на неё. На ней ни отметины. И она продолжает говорить о серо-волосой эльфийской женщине, ответственной за это.

- Это дело рук Арканнена? – Надавил Паксон.

- Мика работает на него, поэтому что бы она ни делала с твоей сестрой, это было по велению колдуна. Я видел, как они вместе входят и выходят из здания, где держали Хрисаллин. Вот что привело меня к ней. – Он помолчал. – Из-за чего всё это?

Паксон не знал. Он предполагал, что Арканнен забрал Хрис, чтобы вынудить его отдать меч Ли. Но если он пытал её до такой степени, что та поверила в увечья, которых на ней нет, причина может быть более сложной. Что бы не было сделано с его сестрой, это определённо включало контроль над разумом.