Терри Брукс – Защитники Шаннары (страница 28)

Он кивнул. – Я скажу страже принести ей одежду и освободить от цепей. Всех кроме одной, закреплённой на лодыжке. Не то чтобы это удержит её на долго. Она избавится от неё за час. Эта девушка умна и решительна. Ты уверена, что это сработает?

- Она лучший субъект с такими качествами, чем если бы она была бестолковой. Она будет слеплена так, как ты хочешь. Она станет тем, чем ты желаешь. За неделю, не более. Ты отправляешься в Аришейг?

- Сегодня ночью. Убедись, что перехватишь её. Приведи туда, куда хочешь, но сделай это быстро. – Он помедлил. – И Мика. Не недооценивай её.

Улыбка, дарованная ему Микой, была леденящей. – Она мне не ровня, Арканнен. И тебе следует знать, что я никогда никого не недооцениваю. Поэтому не забудь условия нашего соглашения. Я опечалюсь, если забудешь, но тебе будет куда печальней.

Он посмотрел на неё мгновение. – Теперь угрозы, не так ли? Просто убедись, что выполняешь свою часть сделки.

Затем он отвернулся от неё и продолжил свой путь.

Арканнен едва закончил закрывать дверь, как Хрисаллин начала думать о способах побега. Единственная цепь на лодыжке и дверь на замке: освободи себя от этого, и она будет на пути домой. Колдун был настолько доволен собой, настолько убеждён в своём превосходстве над пятнадцатилетней девочкой, что поверил в её смирение. Или по крайней мере был убеждён, что она не сможет перехитрить его. Ну, его жал сюрприз. Она не намеревалась ожидать, пока за ней придёт Паксон. Она выберется отсюда и отправится искать его задолго, как за ней нужно будет приходить.

Она легла назад, думая о лице Арканнена, когда тот обнаружит её пропажу, представляя его ярость. Это заставляло её хотеть смеяться. Было весьма прискорбно, что она не сможет быть там и увидеть это. Но она отбросила эти образы в сторону, напомнив себе, что пока ещё не свободна и что всё ещё есть препятствия для преодоления, прежде чем она сможет насладиться фантазиями о горе Арканнена.

Прошло немного времени, прежде чем дверь открылась и появился страж с её одеждой. Он бросил её у изножья кровати, открыл замки и снял цепи с запястий, оставив цепь на лодыжке – и отбыл, не сказав ни слова. Она села прямо и потратила несколько минут, массируя запястья, потом выскользнула из-под простыней и начала одеваться. Тут же она наткнулась на проблему. С цепью и манжетой, всё ещё прикреплённых к лодыжке, она не могла надеть штаны. Вместо этого ей пришлось довольствоваться одеванием рубахи и завязыванием простыни вокруг пояса, используя её как самодельную юбку.

Затем она села обратно на кровать и осторожно ощупала пояс штанов, пока не нашла крошечную металлическую отмычку. Длинная и прямая за исключением одного изогнутого конца, это было инструментом, который она всегда носила с собой. Вскрытие замков того или иного рода стало чем-то вроде специальности, хотя в этом случае это было важней чем обычно. Арканнен оставил свет включённым, поэтому закидывание ноги на кровать обеспечило ей достаточно света, чтобы вскрыть замок. На освобождение себя у неё ушло менее пяти минут. Отбросив простыню, она натянула штаны и ботинки, засунулу отмычку обратно в пояс и прошла к двери.

Она постояла там какое-то время, прислушиваясь, затем аккуратно испытала ручку.

Заперто.

Она осмотрела комнату. Ей требовалось оружие, но там под рукой ничего не было, способного послужить этой цели. Она немного подумала о цепи, крепившейся к её лодыжке, но та была прицеплена к кольцу на полу – и кроме того она была слишком тяжёлой для её эффективного использования. Ей нужно была какая-либо дубина.

Она искала вокруг. В комнате не было никакой мебели кроме кровати, а каркас был металлическим.

Она сжала челюсть.

Она не сдастся.

Подойдя обратно к двери, она приложила ухо к раме и прислушалась через щель. Ничего. Она подождала мгновение, а затем постучалась и позвала: - Эй, можете зайти на минуту? Мне нужна помощь!

Ответа не было. Она подождала несколько минут, а затем попыталась снова. Всё ещё без ответа. Весьма хорошо.

Вынув отмычку из пояса, она начала работать ею в замочной скважине. В этот раз продвигаться было сложней, замок был большой и менее легко поддающийся. Но в конце он издал знакомый щелчок и открылся.

Убрав отмычку, она мягко повернула ручку и почувствовала перемещение засова. Стоя на месте с частично приоткрытой дверью, она прислушалась к звукам кого-либо, ждущего снаружи. Ничего не услышав, она открыла дверь дальше и осмотрительно выглянула наружу, глядя сперва в одну сторону, затем в другую по длинному холлу. Она была не там, где бывала раньше. Она была не там, что было бы ей знакомо. Если она вернулась в Тёмный Дом, как предполагала, её доставили в другую часть здания, чем где её держали прежде. Эта зона была затенённой и пустой по ощущениям, как будто никого не бывало поблизости.

Всё же она не сразу шагнула из комнаты в коридор и начала осторожно идти по краю стены, часто останавливаясь прислушаться к звукам движения или голосов. Но всё было тихо. Она выбрала свернуть налево, но не представляла, в какую сторону ей следует идти. Ей нужен был какой-либо указатель, давший бы ей чувство направления, чтобы она могла понять, как выбраться из здания.

Достигнув конца коридора, она упёрлась в стену. Не было ведущих вверх или вниз лестниц. Она разочарованно повернулась вокруг и прошла по следам, пробираясь к другому концу коридора, заставляя себя держать походку медленной и твёрдой. В этот раз она обнаружила, что коридор сворачивает налево, и в полумраке огней прохода она как раз смогла заметить лестницу, ведущую вниз.

Она только начинала идти вперёд – свобода была в поле видимости – когда перед ней открылась дверь и возникла старая женщина. Женщина была согбенной и обветшало выглядящей, одетой в юбку и блузу, испачканные и старые, платок стягивал сзади её длинные серые волосы, а на ногах были высококонечные ботинки. Она тащила ведро и швабру, а в одной сморщенной руке несла охапку тряпья.

Уборщица, подумала Хрис, застыв на месте. Слишком поздно идти назад или пытаться спрятаться. Она ждала, что старая женщина повернётся в другую сторону, что не заметит её.

Вместо этого старая женщина повернулась прямо на неё и застыла. Долгие мгновения двое просто глазели друг на друга.

Затем Хрисаллин подняла палец к губам в универсальном жесте, означавшем мольбу к тишине. Старая женщина смотрела за ней, затем согласно кивнула. Хрис пошла вперёд, направляясь к лестнице. Когда она огибала её, старая женщина поманила Хрис ближе.

Пригнувшись, та прошептала: - У основания лестницы есть стражи. Если хочешь наружу, есть лучший путь.

Хрис засомневалась, затем кивнула. – Можешь показать мне? – Прошептала она в ответ.

Старая женщина кивнула и без слов повела её назад до двери, которую она уже проходила, открыв её на скрытый набор ступеней. Сделав ей знак следовать за собой, она провела Хрис вниз на три пролёта лестницы в подвал, переполненный коробками и воняющий сыростью и плесенью. Здешний свет приходил через прорези в камне основания стен, практически на высоте потолка, и приглушался толстым рассеивающим стеклом.

Старая женщина повела её по подвальному этажу, петляя между стопками коробок, избегая мест, куда налилась вода и где открылись трещины в полу. Раз или два Хрисаллин казалось, что она увидела движение в тенях – быстрое и скрытное. Крысы. Она держалась близко к старой женщине, её гиду через это мрачное место, неизвестное ей. У них ушло много времени, чтобы добраться до дальнего конца, а затем они оказались у старой окованной железом деревянной двери, утопленной глубоко в камень стены. Старая женщина остановилась, отперла ряд замков и щеколд, и толкнула дверь наружу.

Хрис выглянула через сутулые плечи в сумерки, в которых звёзды только начинали появляться на темнеющем небе. Впереди неё ступени вели вверх на улицу с домами и уличными фонарями. Она могла слышать отдалённые звуки голосов и движение экипажей с лошадьми.

Она могла чувствовать свежий воздух города. Она могла ощутить свою свободу.

Она повернулась к старой женщине, глядевшей на неё ревматическими глазами, прижимавшей руки к груди будто в мольбе. – Иди же, сейчас, - прошипела она. – Беги!

Хрисаллин практически сорвалась, но затем помедлила. – Скажешь мне своё имя?

Старая женщина улыбнулась. – Я Мика.

14

НАДЕЖДЫ КРУЖИЛИСЬ В УМЕ ХРИСАЛЛИН, ПОКА ОНА бежала от Тёмного Дома и Арканенна в неизвестные места, но бесконечно более безопасные. Она бежала сквозь сумерки и тьму к свободе, поначалу думая лишь набрать дистанцию между собой и её пленителями, но затем поняла, что необходим план. Пешком она могла и не надеяться сбежать. Ей нужен был воздушный корабль, на котором можно улететь к своему брату в Паранор. Ей нужно найти аэродром, который она посещала с Джайет, когда была здесь в прошлый раз.

Это было не так сложно, как она себе представляла. Она припомнила маршрут довольно легко, и обнаружила знаки, указывающие дорогу. Она успешно проложила путь, от одного к другому, заботясь о том, чтобы держаться вне толп и недружелюбных мест, стараясь как можно лучше быть невидимой для тех, кого она проходила. На первых порах её побег привлекал нежеланное внимание, и поэтому она замедлялась до быстрой ходьбы там, где была толпа. Но вскоре она оказалась достаточно далеко от сердца города, что ей встречались лишь немногие, и она снова сорвалась на бег.