Терри Брукс – Защитники Шаннары (страница 13)

Но ему нужно дать объяснения какого-то рода, почему Ард Рис четвёртого ордена друидов внезапно решила, что Паксон является кандидатом на обучение обращению с оружием и магией, пока тот не сможет служить защитником и паладином во время миссий по поиску потерянной и украденной магии для сбора и хранения в Параноре. Или, даже если он опустит часть об обучении магии, как она вообще о нём прознала. Не было такого, чтобы Ли поддерживали близкие личные отношения с друидами за прошедшие годы.

Он раздумывал над этим всю дорогу домой и всё ещё пережёвывал это, когда они приземлились на лётное поле и Себек отпустил его.

- Я снова буду ждать тебя здесь через два дня в полдень, - сказал ему тот, а затем весело добавил: - Не опоздай.

Затем он отбыл, клипер взлетел и исчез на севере. Паксон посмотрел за его полётом и отправился к коттеджу. Он сперва поговорит со своей сестрой. Что бы в итоге он ни сказал своей матери, он хотел убедиться, что Хрис не будет противоречить ему.

Когда он прибыл, дома не было ни мамы ни Хрис, поэтому он сбросил рюкзак на кровать и ушёл в Пивной Поток, таверну, где теперь работала Джайет, где ему представлялось вероятным найти сестру. Он спустился в долину и в город, поворачивая на восток в сторону от аэродрома к армейским баракам. Достигнув таверны и пройдя через двери, он застал девочек, увлечённых беседой у дальнего конца барной стойки.

Они подбежали поприветствовать его, обнимая и целуя, хотя ему показалось, что Джайет делала это с несколько большим энтузиазмом. Обменявшись несколькими словами с обеими, он разделил сестру с Джайет и усадил ту за пустой стол. В середине дня в таверне было тихо, поэтому они могли поговорить без помех и наедине.

- Мама ещё не знает ничего, что с тобой случилось? – Спросил он.

- Не от меня, - категорично объявила она. – Я бы ей не сказала.

- Тогда мы и не будем начинать, - сказал он. – Но мне нужно что-то рассказать ей, потому что меня попросила Афенглу Элесседил отправиться на обучение в Паранор.

- Хрис издала удивлённый вздох. – Паранор? – Прошептала она, придвигаясь ближе. – Как это случилось?

Он рассказал ей, что до Ард Рис дошли слухи о произошедшем в Тёмном Доме. Так как она знала об Арканнене и считала его врагом друидов и противником их усилий разыскивать и возвращать магию по Четырём Землям, она обратила пристальное внимание на новости и предприняла попытку выяснить больше о Паксоне. Сделав это, она решила, что хочет тренировать его обращению с оружием – и возможно, однажды, и с магией. После завершения обучения, ему предстояло занять должность на службе ордену на трёхлетний период, помогая друидам в их деятельности отслеживать слухи о магии и сопровождать их за пределами Цитадели.

Значит, ты решился? – Спросила она. – Ты уверен в этом?

- Она сделала мне предложение и сказала, что я должен принять решение сейчас. Иначе бы я вернулся и сперва обсудил бы это с тобой и мамой. Но правда в том, что я знал, что хочу этого. Я ощущал себя в ловушке бизнеса воздушных грузоперевозок. Я жил ради нас, но никогда не хотел делать это вечно, и теперь мне не нужно. Тебе и маме дадут деньги на жизнь. Вы найдёте кого-то, кто будет вести грузовой бизнес в моё отсутствие. Если хочешь, ты можешь помочь с этим. И тебе не нужно беспокоиться об Арканнене. Несколько месяцев кто-то из ордена друидов поживёт в Ли, чтобы приглядеть за вами просто на случай, если Арканнен решит нанести повторный визит. Вы не будете знать, кто за вами приглядывает, но будете в безопасности, пока меня нет.

- Я итак не беспокоюсь, - объявила его сестра, выглядя раздражённой. – Меня больше не застигнут так врасплох.

Паксон практически сказал, что магия всегда может застать тебя врасплох, и что это и случилось в прошлый раз, но решил не открывать рот.

- Ты будешь в порядке, если я сделаю это?

Она ухмыльнулась. – Я хочу, чтобы ты это сделал. Я хочу, чтобы ты был счастливым. Если это ты и искал, тогда отправляйся. Мама и я будем в порядке. – Она помедлила, сделавшись вдруг серьёзной. – Но ты будешь возвращаться навещать нас, так ведь?

- Ты знаешь, что буду. И если я вам понадоблюсь, хоть для чего, вы сможете связаться со мной в Параноре. – Его улыбка, когда он дал ей волю, заставила внезапно почувствовать себя легкомысленным. – Не могу передать, как я возбуждён, что буду заниматься этим!

Она фыркнула. – Не могу поверить, что из всех они захотели тебя. И всё из-за меня. Полагаю, ты мне должен за это, большой брат.

- Просто пообещай, что никогда не сделаешь ничего подобного, и я буду ещё больше у тебя в долгу. Сейчас нам нужно идти. Мне нужно посидеть с мамой и рассказать ей, что собираюсь делать, но хотел сообщить тебе первой. Я хочу быть уверенным, что ты поддержишь меня. Я не хочу рассказывать ей о Тёмном Доме и Арканнене. Это лишь заставит её волноваться. Пусть хоть это и есть настоящая причина, почему Ард Рис прознала про меня, я собираюсь сказать маме, что потому что ей было известно о Ли и их долгой истории с друидами, я она подумала, что поэтому я могу стать хорошим выбором.

Бровь сестры сморщилась в сомнении. – Думаешь, она поверит этому?

Он пожал плечами. – Давай пойдём выясним.

Оказалось, что их мама не подвергла это сомнениям. Она была так рада, что её сын наконец получает признание и возможность, которую, как она считала, он заслуживает, что пропустила мимо часть, почему его попросили, и просто приняла это как должное. Ему пришлось убеждать её, что он будет в порядке, что ничего из этого особо не опасно, хоть и знал внутри себя, что очень даже может быть. Он скрыл всё своё притворство именно так, как с мамой так и сестрой, и вопрос о мече Ли так и не был поднят.

Когда он отправился спать этой ночью, у него были смешанные чувства о сделанном. Он чувствовал, что это к лучшему, что он держит некоторые вещи при себе, предоставляя как раз достаточно деталей, чтобы заверить, но недостаточно, чтобы заставить их беспокоиться. Всё же лгать им ощущалось неправильным. В какой-то момент ему придётся рассказать им о мече. Он не был уверен, почему скрывал это от них сейчас, помимо того что боялся, что его связь с магией заставит их чувствовать гораздо менее возбуждённо на счёт его выбора и относиться к его отбытию больше с тревогой чем с радостью. Чем меньше знают – или могут говорить об этом – тем в большей безопасности будут.

В любом случае у него ушло много времени, чтобы заснуть.

Двумя днями позже, как запланировано, он вылетел из Ли к Паранору и Крепости Друидов. Себек ждал его на лётном поле, как обещал, и тепло приветствовал Паксона. Разместив сумки высокогорца в заднем отсеке для хранения, он поднял клипер вверх для финального круга по городу, позволившему Паксону насладиться продолжительным последним осмотром его дома и холмов, а затем направил на север.

В промежутке между его возвращением с разговора с Афенглу Элесседил и в соответствии с её предложением привести дела в порядок, Паксон обращался к нескольким друзьям поглядеть, захотят ли они начать заниматься его грузоперевозочным бизнесом. Но ни один из них либо не имел времени, либо склонности к дополнительной работе, поэтому он был вынужден поговорить со своими наибольшими конкурентами. Ни один из них также не был заинтересован, но трое сделали предложения сейчас же выкупить бизнес. Два предложения были настолько смехотворно низкими, что он открестился от них. Третье было разумным и ему понравился человек, с которым он имел дело. Поэтому импульсивно и в условиях кончающегося времени он согласился на продажу. Он понимал, что обрывает все связи с городом и жизнью, которую не планировал, но иногда при возможности лучше не сохранить ничего и поставить на кон всё.

Ему заплатили в этот же день и подписали передачу всех воздушных кораблей, запасных деталей и ангара-хранилища. Он сохранил свой спринт и договорился с управляющим аэродрома хранить и обслуживать тот в его отсутствие. Он рассказал маме и сестре, что сделал, но ни одна не жаловалась или высказала беспокойство. Это был правильный поступок, настаивала его мать. Лишь до того времени, пока у них есть деньги на еду, сказала сестра.

Несмотря на неуверенность в этом, он сходил к Джайет в Пивной Поток попрощаться с ней. Она была весела и спокойна до самого конца, разрыдавшись и поцеловав его, сказав ему, что будет думать о нём каждый день и сильно прижималась, пока он с трудом не отстранился от неё. Это приводило в смущение, но он считал, что она чувствует не более чем притяжение к нему из-за её участия в возвращении Хрис от Арканнена. Как бы то ни было, он пообещал, что позаботится о себе и не будет позволять себе безрассудные поступки и несмотря ни на что увидится с ней, когда вернётся навестить семью.

Вот так обменявшись прощаниями и избавившись от бизнеса, он отбыл с чувством завершённости, готовым начать заново, его будущее являлось светлой неопределённостью, соблазнящей со всем блеском и неуловимостью цветистой птичьей песни. Ему ничего не было обещано, и то, что он может приобрести из этого опыта, ещё предстояло определить, но возможности были в узнаваемых и привлекательных формах, манивших его.

Он совершил путешествие в относительной тишине, поглощённый мыслями о лежащем впереди. Себек позволил ему это, возможно чувствуя, через что тот проходит. У них ушёл весь день, чтобы достигнуть Паранора, солнце как раз садилось, когда они проскальзывали леса, окружающие Крепость, прежде чем посадить воздушный корабль на посадочную площадку. Себек отвёл Паксона в его новые покои, комнату повыше в этот раз, и заселил его. Затем он сопроводил Паксона на ужин и представил его нескольким своим друзьям – Эвелин с её лавандовыми глазами и резкими чертами; Забб Рух, пришедшем из фермерской деревни глубоко в Южной Земле под названием Тэрран, где его считали чернокнижником и даже хуже из-за его таланта к магии; и Уст Мондара, который будет инструктором Паксона по обращением с оружием.