Терри Блу – Замуж за герцога (страница 13)
Но солнечный свет начал задерживаться на стенах крепости дольше обычного. А в саду вдруг распустились цветы.
Не те пышные и душистые, что на Хольмгарде, с нежно-розовыми лепестками и радостными желтыми вкраплениями. Здесь, на суровой земле Хеллвейна, росли другие растения, давно смирившиеся с холодом и резкими ветрами. Их острые, четкие, почти колючие лепестки казались вырезанными из тонкого металла. Краски тоже были странными: серый, приглушенно-лиловый, глубокий, почти чернильный синий. Ярнара не знала их названий, но все равно ловила себя на мысли, что любуется ими.
Теперь она часто приходила в сад. Он стал ее любимым местом — тихим и зачастую пустым, пропитанным свежим горным воздухом. Здесь за ней никто не следил. Стража считала сад слишком незначительным, чтобы тратить на него внимание, а придворные предпочитали душные закрытые залы, где плелись политические интриги.
В этот день Ярнара медленно шла по извилистой каменной дорожке. Единственным ее спутником был Искрец. Айлиз с утра была занята то ли семейными обязанностями, то ли занятиями.
Пес топал впереди, шурша когтями по камню, деловито и настойчиво обнюхивая низкие кусты.
— Не убегай далеко, — вполголоса сказала Ярнара больше для себя, чем для собаки.
Стоило ей задержаться у очередного цветка, как белое пятно куда-то шустро мелькнуло — это Искрец рванул вперед с решительной прытью, мгновенно скрывшись за поворотом.
— Искрец! Стой!
Она бросилась следом, но за углом его уже не было. Следующий поворот — снова ни намека на присутствие собаки.
А потом она услышала звук — едва уловимое механическое гудение. Почувствовала запах разогретого масла и металла. Ярнара, сама не понимая, зачем, пошла туда. Звуки привели ее к большой двери, которую она раньше просто не замечала. Панель безопасности рядом мигала зеленым — замок был снят, словно кто-то уходил второпях и забыл об этом.
За порогом начинался небольшой ангар, нарочно укрытый от посторонних глаз в столь неприметном углу сада. В центре, залитый мягким светом рабочих ламп, стоял один-единственный корабль — заметно компактнее основных судов Хеллвейна. На обшивке не было ни знамен, ни герба Дома. Трап был опущен, огни включены.
До слуха донесся знакомый цокот маленьких лап.
— Искрец? — прошептала Ярнара и поспешила вперед на поиски пса.
Внутри корабля царила пустота. Она шагнула через порог и оказалась в узком коридоре. Пес стоял там, настороженно подняв уши, и смотрел на нее с легким укором, будто сам удивлялся ее медлительности.
— Ты когда-нибудь втянешь меня в настоящие неприятности, — выдохнула Ярнара и взяла собаку на руки. Теплый комочек прижался к груди, успокаивая ее бешено колотящееся сердце.
В этот момент она услышала голоса, которые приближались весьма быстро вместе с ритмично стучащими по металлу сапогами.
— Все системы готовы?
— Проложен курс до планеты Ильтиор, как вы приказывали, Ваша Светлость.
— Щиты держать офлайн до самой посадки, не хочу встретить никого постороннего.
— Понял, Ваша Светлость.
Этот холодный голос она узнала мгновенно — Рэйгон.
Ярнара резко обернулась, шаги звучали все ближе. Если бежать сейчас — ее точно заметят… Паника накрыла мгновенно. Движимая инстинктами, Ярнара заметила чуть дальше по коридору приоткрытую дверцу в подсобное помещение. Внутри располагались узкие стеллажи, пара запечатанных ящиков и ровно столько свободного места, чтобы там смог сесть человек примерно ее роста.
Ярнара вжалась в дальний угол вместе с Искрецом, прикрыв дверь ровно настолько, чтобы оставалась небольшая щель для обзора. Коленями она уперлась в низкий ящик, а спиной — в холодную металлическую стенку. Дышать здесь было почти нечем, но и выдавать себя она не собиралась.
Теперь звук шагов раздавался внутри самого корабля. Ярнара обняла собаку крепче, зарываясь пальцами в мягкую шерсть, и затаила дыхание. За дверью щелкали переключатели, главный входной люк с шипением закрылся.
Под ногами прокатилась ощутимая вибрация, механический гул стал глубже — корабль готовился к взлету.
Она покидала Хеллвейн с Рэйгоном и его командой и понятия не имела, куда они направляются. И зачем.
Сердце стучало так громко, что, казалось, его эхо вот-вот отразится от металлических стен и выдаст ее присутствие. Голоса из рубки постепенно стихали, растворяясь в низком, ровном гуле пробуждающихся систем корабля и редких репликах офицеров. Иногда сквозь этот фон прорывался спокойный и властный голос Рэйгона, не терпящий возражений.
В крепости он говорил скупо и холодно. Здесь же Рэйгон звучал иначе — уверенно и по-хозяйски. Это была его территория.
Дважды у Ярнары просыпалась решимость просто выйти из этого тесного закутка чужого корабля. Объясниться, что это случайность и досадная оплошность, выслушать неизбежный выговор. Рэйгон бы не поднял на нее руку. Да ведь?..
Но каждый раз, когда Ярнара собиралась встать, на нее накатывала новая волна жгучего стыда:
“
Искрец шевельнулся на руках, словно уловил стыд хозяйки, и устроился удобнее, уткнувшись холодным носом в сгиб локтя. Его ровное сопение было единственной частичкой тепла в этом ледяном убежище.
Из рубки послышалась очередная команда:
— Готовиться к варп-прыжку.
Нет! Только не это! Ярнара испуганно сжалась, вспоминая свой первый прыжок через варп-пространство. Она до сих пор могла чувствовать отголоски тех ощущений, когда сводило живот, раскалывалась голова, а мир в глазах стремительно уплывал.
— Прости, — шепнула Ярнара собаке, едва шевеля губами. — Просто потерпи, пожалуйста, еще немного…
Двигатели сменили тональность, гул стал глубже и плотнее. Ярнара стиснула зубы, приготовившись к той знакомой тошнотворной волне, но...
Ничего подобного не произошло. Она лишь ощутила короткий рывок где-то за глазными нервами и легкое шевеление в животе — весьма терпимо, чтобы не выдать своего присутствия на корабле.
Искрец даже не заскулил. Он лишь поднял голову и посмотрел на нее своими темными спокойными глазами, за что Ярнара благодарно чмокнула его в макушку.
Корабль шел мягко и ровно. Никто даже не подозревал о лишнем пассажире, притаившемся в тесном закутке подсобки.
Ярнара не представляла, сколько прошло времени, пока гул двигателей не подсказал — они идут на посадку. Послышались шаги, направляющиеся к трапу, и гидравлический пшик открывающегося люка.
— Активировать ментальные щиты.
В воздухе будто что-то дрогнуло, невидимая волна прошла по кораблю, оставив после себя легкое покалывание на коже.
Ментальные щиты? Ярнара не понимала, о чем речь. Сердце сделало тревожный кульбит под ребрами.
Один за другим люди покидали корабль. Гул сменился приглушенным рокотом систем в режиме ожидания, а затем наступила долгожданная спасительная тишина.
Ярнара еще какое-то время не шевелилась. Инстинкт требовал одного: сидеть до последнего, дождаться возвращения экипажа и попытаться проскользнуть обратно незамеченной. Может, повезет, и никто так и не узнает о ее маленькой глупой авантюре.
Но тело уже уже вовсю протестовало из-за неудобной позы, в которой она провела черт знает сколько времени: ноги затекли, спину ломило, даже Искрец беспокойно вертелся, пытаясь выбраться.
Наконец, Ярнара, тяжело дыша, чуть приоткрыла дверцу и выглянула в коридор, где уже никого не было. Она на цыпочках добралась до низкого иллюминатора и заглянула наружу через толстое стекло.
У нее перехватило дыхание от открывшихся видов.
За окном раскинулся мир, состоящий почти целиком из воды. Бесконечный, мерцающий океан, который прерывала лишь черная линия берега, изгибаясь вдоль горизонта, как змея. Небо было мягко-серым, пронизанным тонкими фиолетовыми прожилками низких облаков. А вода… Она словно дышала, медленно переливаясь насыщенной синевой и изумрудными перламутровыми вспышками.
Берег, где приземлился шаттл, был устлан абсолютно черным песком, из которого торчали грубые обломки обсидиана.
Здесь не было ни города, ни признаков поселений, только несколько лодок стремительно отплывали от берега в бесконечную водную гладь. В одной из них Ярнара заметила силуэт Рэйгона.
Вокруг не осталось ни одной живой души — только она, Искрец и вибрирующий шаттл. Ярнара остро ощутила себя одинокой в этом неизвестном и огромном мире, но было в нем что-то безумно завораживающее. Приложив ладонь к прохладному стеклу, она выдохнула:
— Красиво…
Это была не та красота, к которой она привыкла на Хольмгарде, или отточенное великолепие императорских залов Ноктиона. Здесь все дышало дикой, первозданной силой. Место, которому было совершенно все равно, кто она: герцогиня, супруга или пешка в чужой игре. Здесь она просто маленький и хрупкий человек, стоящий на краю чего-то древнего и совершенно неведомого.
По телу прошла странная дрожь. Это можно было сравнить с любовью с первого взгляда: стремительной, ясной, не требующей никаких объяснений и не знающей никаких границ.
Искрец тихо заскулил, бодро виляя хвостом в безмолвной поддержке.
— Пойдем посмотрим.
Ярнара впервые со дня свадьбы шагнула навстречу неизвестности не по чужой воле, не по приказу и не из чувства долга, а по собственному порыву. Она легко спустилась по трапу и встала на неровную поверхность черного песка. В лицо ударил ветер, несущий в себе соль и нечто неуловимое.