Тереза Вайборн – Любовь в каждом кадре (страница 1)

Любовь в каждом кадре

Глава 1. Одержимость персонажем

Яркий свет, сочившийся сквозь окна кабинета истории, лениво разлился по рядам усталых учеников, смешавшись с монотонным голосом преподавателя. Сегодня нам вещали об истоках французской новой волны. Сидя на заднем ряду, я машинально вывела в тетради очередной завиток, превратив скучный конспект в подобие абстрактного рисунка. Где-то краем уха мне удалось уловить обрывки фраз о режиссёрском почерке Трюффо. Никакая новая информация не задержалась в сознании, занятом совершенно иными, куда более важными и приятными образами.

Моя ладонь сама собой скользнула под крышку парты, нащупав прохладный металлический корпус телефона. Спустя секунду экран ожил, явив бесконечную ленту видеороликов. Под бодрую музыку кто-то необычно покрасил стены, кто-то станцевал, а кто-то просто посмотрел в камеру с умным видом, рассказав, как правильно дышать, чтобы не умереть, или как набрать миллионную аудиторию с ничего. Но я пролистала всё это со скоростью света, почти не вникнув в суть. Пальцы жили собственной жизнью, пока на экране не появилось нечто важное, заставившее меня замереть на полпути, а сердце вдруг пропустило один глухой удар.

"О да!!!!!!" — завизжала я мысленно и обернулась на всякий случай, чтобы убедиться в своей незаметности.

Это был единственный аккаунт, ради которого я вообще заходила в эту социальную сеть. Аккаунт парня без настоящего имени, но с тысячью лиц. Сегодняшнее видео, судя по первой же секунде, пообещало нечто грандиозное. В кадре, на чёрном, шикарном стуле с высокой спинкой, сидел ОН. От одного его вида у меня мгновенно пересохло в горле, а внизу живота разлилось приятное тепло.

На нём был идеально сидящий бордовый мундир с золотым шитьём, высокий воротник, подпирающий острый подбородок. На коленях, обтянутых чёрными узкими брюками, покоились длинные пальцы в белых перчатках. Этот образ дополнил светлый парик, локоны которого спадали на лоб, а синие линзы сделали его взгляд чем-то на грани сверхъестественного, ледяным, как далёкие звёзды, с которых, по легенде, прибыл этот персонаж.

Это был Котор — принц галактики Джодоро, завоеватель, явившийся на Землю с миссией порабощения, но влюбившийся в земную девушку в сюжете популярнейшей визуальной новеллы. Именно этого персонажа я обожала больше всех, переиграв его ветку десятки раз.

Будь я совершенно ненормальной, то уже бы облизала экран, но я вполне сдержала себя, постаравшись оставаться в здравом уме, насколько это было возможно, когда я уже увидела такого красавчика.

Персонаж сидел неподвижно всего мгновение, а затем его губы тронула едва заметная улыбка. Он медленно поднял руку и поманил меня к себе пальцем.

— Иисусе… — прошептала я.

Его движения были интимными и одновременно властными, такими собственническими, словно он действительно увидел меня сквозь экран, приказав подойти, подчиниться, упасть в его объятия...

"Или сесть перед ним на колени…" — я покачала головой, постаравшись удержаться на земле, а не полететь за этим мужчиной на другую планету.

Замерев и забыв, как дышать, я вцепилась свободной рукой в край парты. Щёки горели и я непроизвольно кусала нижнюю губу, впившись зубами в нежную кожу. Оторваться от этого зрелища было выше моих сил. Да, господи, это было выше любых доводов разума, который где-то очень далеко попытался напомнить мне, что сейчас шёл урок, что вокруг были люди, а это было всего лишь грёбаное видео, а не приглашение на красную дорожку с Джейкобом Элорди или Беном Барнсом.

Но разум проиграл эту битву с треском.

Он наклонил голову, и светлые локоны снова упали ему на лоб. Его взгляд прожёг дыру в моей душе, а затем парень слегка приоткрыл рот, будто собрался что-то прошептать. Честно, я была готова поклясться, что услышала его голос, хотя звук был намертво выключен. Тогда я подумала только о том, чтобы оказаться с ним в одной комнате, сидеть у его ног, касаться руками этого роскошного мундира, чувствовать на себе этот тяжёлый взгляд синих глаз, принадлежавших инопланетному принцу.

Реальность рухнула на меня внезапно, обрушившись настойчивым щипком за белую прядь волос, которая вечно выбивалась из общей массы моих кудряшек. Я вздрогнула, встретившись с насмешливым взглядом голубых глаз.

Ох, я точно знала, кому принадлежало это бледное лицо… Моему другу Джерому.

Или бывшему другу... Это ещё предстояло выяснить.

Кабинет уже опустел, а преподаватель собрал свои бумаги со стола, когда ученики шумным потоком вытекли в коридор. Только я всё ещё сидела, уткнувшись носом в телефон, совершенно выпав из времени.

Мне потребовалось несколько секунд, чтобы осознать, что я опять заблудилась в собственных грёзах.

— Ты бы хоть слюни подтёрла, Лекс, а то сейчас на конспект накапают, — протянул Джером. Его чёрные волосы были слегка взлохмачены, а на губах была улыбка, которую я обычно называла «ангельской, но только внешне». — Я смотрю, ты снова нашла идеального мужчину по ту сторону экрана? Это уже какой-то диагноз, честное слово. Сходила бы ты, что ли, в реальный мир, подышала свежим воздухом. Нашла живого парня. Глядишь, и дышать ровнее стала бы, и дёргаться перестала бы.

Я демонстративно медленно закатила глаза, чтобы он прочувствовал всю глубину моего презрения, и полезла в карман джинсовых шорт, нащупав там заветную упаковку мятной жвачки, которую постоянно носила с собой, чтобы хоть как-то заглушать привычку кусать губы. Достав одну белую пластинку, я быстро засунула её в рот, ощутив обжигающую свежесть на языке.

— Таких идеальных, как он, в реальности не существует, Дже-ром, — ответила я, произнеся его имя так, будто оно застряло у меня в зубах. Кивнув на погасший экран телефона. В моём голосе прозвучала абсолютная, стопроцентная убеждённость, граничащая с фанатизмом, когда я продолжила: — Где ты у нас тут видел парня, который смог примерить на себя твоего любимого персонажа с точностью до блеска в глазах? Вот то-то же. Поэтому не мешай мне наслаждаться прекрасным.

Джером, не обращая внимания на мою тираду, протянул руку к упаковке жвачки, которую я всё ещё сжимала в пальцах, но я, даже не глядя, ловко шлёпнула его по руке, убрав спасительную мятную пластинку обратно в карман. В ответ на его возмущённый возглас и слово «язва», которым он меня наградил, я лишь толкнула его плечом, поднявшись со своего места и поправив сползшую с плеча лямку топика.

Мои чёрные высокие берцы гулко застучали по полу. Я машинально опустила взгляд и с лёгким раздражением заметила, что на левой коленке капроновые колготки, которые я нацепила утром в попытке выглядеть прилично, украсила длинная противная стрелка, ушедшая куда-то под шорты. Мысленно махнув рукой на эту неприятность, потому что в моей вселенной порванные колготки оказались мелочью по сравнению с новым видео от моего любимого, я поспешила вперёд.

А ещё мне просто хотелось сбежать.

Я лишь сделала вид, что почувствовала себя полностью расслабленно, стоя так близко со своим другом, но на самом деле это оказалось не так. Мы отвыкли общаться друг с другом, потому что последние два года держали дистанцию. Прошлый год он проучился в другой школе в Вирджинии, уехав с отцом по работе, пока его брат и мама остались здесь. Но почему-то, вернувшись, он в первый же день начал со мной здороваться в коридорах, а сегодня уже даже подошёл.

Конечно, я не возражала, ведь мы перестали общаться из-за его брата-близнеца Клинта ещё до переезда. Но мне стало интересно, почему он вдруг решил, что пришло время вернуть нашу дружбу?

Сзади послышались торопливые шаги. В спину прилетела тяжесть моей собственной кожаной куртки, которую Джером ловко запустил в мою сторону. Я даже не обернулась, просто поймала на лету и набросила на плечо, потому что я абсолютно точно знала, что друг подаст её. Он всегда подавал мою куртку в прошлом, для этого даже не нужно было напрягаться и тащить вещи самостоятельно. Отчасти это оказалась проверка, насколько он хорошо помнил все наши привычки. Раньше мы оба много лет терпели скверные характеры друг друга и прекрасно ладили.

Стоило выйти на школьное крыльцо, как солнечный свет на мгновение ослепил, заставив зажмуриться, а затем налетел ветер, взъерошив мои белоснежные кудряшки, сделав их ещё более спутанными и непокорными, чем они были после многочасового сидения в школе.

Возле крыльца наши пути всегда расходились, если другу было не нужно ко мне.

Джерому — в одну сторону, мне — в другую. Я махнула ему рукой на прощание, поймав на себе его внимательный, осуждающий взгляд, когда он увидел, что я снова полезла в телефон, несмотря на дорогу.

— Если тебя собьёт машина, — прокричал мне в спину Джером, — я не стану собирать твои растёкшиеся глупые мозги с асфальта, фанатичка.

— Логично, это же не твоя работа, — я повернулась и показала ему язык, а затем не самый приятный жест средним пальцем.

Сегодня у нас были самые длинные диалоги за последние два года… Я попыталась выкинуть эти резкие перемены из головы и сосредоточиться на том, что мне понравилось.

Я зашагала по дорожке вдоль аккуратных кустов, мимо спешащих куда-то людей, подумав только о том, как быстрее добраться до дома, чтобы снова увидеть любимого персонажа, пересмотреть ролик примерно тысячу раз, а затем поставить его на заставку телефона.