Тереза Гэйблмен – Деймон (ЛП) (страница 2)

Услышав за спиной роптание коллег, Николь метнула взгляд на Деймона. О воинах Совета вампиров не слышал разве что младенец или покойник. Почти день в день, год назад, вампиры дали о себе знать. Они живут среди людей, а не только на экране. Воины СВ поддерживали мир между двумя расами наряду с людскими частями особого назначения. Обращение людей без специального одобрения Совета и без согласия человека – предписание на смерть, которое приводили в исполнение воины особого отряда.

Дункан, вампир со светлыми волосами, встал рядом с Митчем.

— Мы тесно сотрудничаем с Митчем, пытаясь разобраться, где нужна наша помощь в вашей работе. Поскольку мы не можем находиться везде и всюду, а существует много бесчинствующих вампиров-отщепенцев, дети двух рас оказались без внимания. Совет согласился оказать вам поддержку, так как ваша деятельность по важности равноценна нашей. — Дункан кивнул в сторону двух других вампиров. — Мы здесь, чтобы проинструктировать вас, как защитить себя, и будем работать в паре с некоторыми из вас, чтобы понять, с чем именно вы имеете дело. Цель – подготовить вас для всего, с чем вам приходится сталкиваться по долгу службы.

— Кто с кем будет работать в паре? — Пэм подняла руку, потом резко отпустила. От смущения её щеки стали пунцовыми. — У меня с Николь самая тяжёлая нагрузка, но некоторые работают в более опасных районах.

Тут вмешался Митч.

— Даже если они работают в более опасных районах, это на самом деле не значит, что там больше нарушителей закона, использующих детей в своих целях. Ты и Каллахан будете работать в паре с Джаредом и Деймоном, поскольку у вас больше всех детей на попечении. Дункан пока в подвешенном состоянии. Если нам понадобится больше помощи, то Совет пришлет подкрепление, но начнем мы именно с этими парнями. Ну а теперь к делу. Каллахан, почему бы тебе не рассказать, что произошло сегодня вечером, а там посмотрим.

По старой привычке Николь стала нервно щёлкать ногтем большого пальца. Её убивало быть в центре внимания.

— Ах, ну, во второй половине дня я сделала контрольный звонок и переговорила с мистером Маллинсом. Казалось, что он нервничал: говорил быстро, часто откашливался. Я спросила, как дела, и он меня заверил, что всё хорошо, и Сэм играет с игровой приставкой. Как обычно, я задала протокольные вопросы, и хотя получила на всё ответ, что всё в порядке, он по-прежнему казался чем-то обеспокоен и тяжело дышал. Тогда я попросила подозвать к телефону Сэма. В ответ получила, что приёмный сын играет в гостях у друга.

— Сколько лет мальчику? — спросил Деймон.

— Восемь, — ответила Николь, избегая смотреть в великолепные золотистые глаза. — Я не стала напоминать ему, что буквально минуту назад он мне сказал, что мальчик играет с игровой приставкой, так как намеревалась сразу после разговора нанести им визит на дом. Я разговаривала как ни в чём ни бывало и заверила, что перезвоню на следующей неделе, потом повесила трубку.

— Кому ты сообщила, куда направляешься? — перебил Митч.

— Я послала сообщение Пэм. Она как раз наносила плановый визит на дом.

— В чём разница? — снова вступил в разговор Деймон.

— Плановый визит обычно менее опасный, так как приёмные родители знают о нашем приходе. Мы составляем график посещений на три, шесть месяцев или на год, в зависимости от случая. Внеплановые визиты наиболее опасны. Это всегда было так, даже до того, как «алый кайф» заполонил улицы. Многие из нас пришли к выводу, что приёмные родители часто не те, за кого себя выдавали.

Боже, то, что она видела в тех домах, не давало ей спать по ночам.

— Продолжай, — кивая Николь, Деймон скрестил руки на груди.

— Добравшись до места, я припарковала машину на другой стороне улицы и просидела в ней несколько минут, наблюдая за домом, чтобы оценить обстановку. После этого я вышла из автомобиля и постучала в дверь. При этом она немного приоткрылась. Тут я услышала плач Сэма. Громко позвав и не услышав ответа, я набрала на телефоне 911 и вошла внутрь.

Все взгляды были устремлены на неё, и ей совсем не хотелось рассказывать об увиденном. При воспоминании об этом её снова охватил испытанный до этого гнев и ужас. Все ждали продолжения.

— Плач, казалось, доносился снизу, я туда и направилась. Нашла дверь, ведущую в подвал, и плач стал громче.

— Каллахан, прошу, скажи, что ты не спустилась в подвал одна. — Митч потёр глаза, чертовски хорошо зная, о чём именно Николь говорила.

— Митч, ребёнок был напуган. А мне следовало просто стоять и слушать его крик и плач? — Николь покачала головой. — Ты явно шутишь. Этому не бывать.

— Тебе чертовски повезло отделаться сегодня вечером только подбитым глазом. — Митч кивнул ей, чтобы продолжала.

— Я спустилась по лестнице и увидела склонившегося над чем-то мистера Маллинса. Оглядевшись, я заметила лежавшую на длинном столе стойку для капельницы, с которой свисал мешочек с кровью. В этот момент мистер Маллинс сдвинулся, и я увидела Сэма, привязанного к стулу. От его руки отходила трубка для забора крови. Сам же мистер Маллинс возился со вторым мешочком с кровью мальчика. — Живот Николь скрутило от всплывшей в памяти сцены. — Не раздумывая, я направилась к ребёнку, намереваясь выдернуть иголку из детской ручки. Думаю, для мистера Маллинса это стало неожиданностью. Он развернулся и наотмашь ударил меня по лицу.

— Первым делом утром я хочу видеть на своём столе полный отчёт по этому делу. — От отвращения качая головой, сказал Митч.

Кивнув, Николь продолжила:

— После удара я услышала, как кто-то взбежал вверх по лестнице. Я его не увидела, но на нижней ступеньке валялись разбросанные деньги и лопнувший мешочек с кровью, думаю, Сэма. К тому времени, полицейские уже подъехали и взяли мистера Маллинса под стражу, а медики оказывали помощь Сэму, — взглянув на Деймона, она встретилась глазами с его сердитым взглядом.

— Ты хоть представляешь, какой опасности себя подвергла? — потребовал ответа Деймон, глядя на миниатюрную блондинку с огромными голубыми глазами. Кровь кипела от вида синяка под одним из этих прекрасных глаз. Как только она вошла, у него возникло непреодолимое желание её защитить, и это чертовски путало, поэтому он и прорычал свой вопрос Николь.

— Да, но тогда я думала только о защите Сэма. — Она в ответ сердито посмотрела на Деймона. — Я никогда не встречалась с такой ситуацией как сегодня, и очень надеюсь, что это будет в первый и последний раз. Для ребёнка любой расы пройти через что-то подобное просто ужасно, и я сделаю всё, что в моих силах, чтобы мистера Маллинса никогда больше не подпускали к детям.

— Я всё же считаю, что ты подвергаешься серьёзной опасности и даже с нашими тренировками с ней не справишься, человек. — произнёс Деймон низким, рокочущим командным голосом.

— Да, но не ты передал этого мальчика в руки монстра, вампир, — парировала Николь. Если он думал её запугать своими «я большой, плохой воин-вампир» штучками, то жестоко ошибся. Отступать – не вариант, когда дело касалось её работы.

— А... ладно, — вмешался Дункан. Ему совсем не нравилось направление разговора. — Все взяли себе по партнеру.

Митч предостерегающе посмотрел на Николь, которая пожав плечами, одними губами произнесла:

— Он первый начал.

Бросив беглый взгляд на воина, она заметила его самодовольную ухмылку. О да, это будет проблемой.

Глава 2

На следующий день Николь приехала в офис с утра пораньше, чтобы подготовить Митчу отчёт. Ей следовало бы его сделать ещё ночью — всё равно не сомкнула глаз. Но не смогла сосредоточиться, мысли постоянно перескакивали с Деймона на тот кошмар, что случился с Сэмом. Бросив ручку на стол, она потёрла глаза, стараясь стереть из памяти образ мальчугана, привязанного к стулу серебряными цепочками, с трубкой, идущей от его ручки, но ничего не получилось.

Месяц назад полиция Цинциннати подобрала Сэма на улице и передала его на их попечение. Митч послал Николь в больницу, где мальчик находился на осмотре. Если бы два года назад кто-нибудь сказал, что ей придётся отдать восьмилетнего вампира в приёмную семью, она бы приняла их за сумасшедших. Сейчас же число сирот-вампиров, которых нужно пристроить по домам, превышает человеческих. Безусловно, вампиры не могли иметь детей. В них детвору обращали, чтобы удовлетворить бешеный спрос на «алый кайф», захвативший рынок наркотиков. Иногда она просто хотела уехать в горы и там затеряться. Боже, это и правда ужасно, душа разрывалась на части. Новый мир, живущий по другим правилам. Мир, в котором Николь надеялась не сойти с ума.

Пэм просунула голову в дверь.

— Митч тебя требует, орет, как резанный.

— Привет. — Отняв руку от глаз, Николь схватила отчёт и встала. — Мышцы не болят?

— Прикалываешься? — простонала Пэм. — Утром я целых пять минут пыталась сесть на унитаз, так болит моя задница. Если бы ты видела — обхохоталась.

Николь рассмеялась.

— Да, и мне с трудом удалось сдвинуться с места.

— Интересно, если бы один из воинов помассировал мою попку, я бы чувствовала себя лучше? — покраснев, хихикнула Пэм. — Было одно желание — дать дуба, когда прошлой ночью нас разбили на пары. Вот так тренировочка!

— Думаю, они хотели убедиться, правильно ли мы двигаемся. Мы же для них всего лишь слабый пол.