Теодора Госс – Странная история дочери алхимика (страница 39)
Тем временем Кэтрин и Диана бежали мимо Рейнлаг-гарденс, по окрестностям Королевского госпиталя. Здесь они оказывались полностью на виду – лужайки были аккуратно подстрижены, деревья и кусты зеленели только по краям скверов, а высокие кирпичные здания не предоставляли никакого укрытия. Беглянки задержались на миг у более-менее подходящих кустов терновника. Шляпы они потеряли уже некоторое время назад, и косички Кэтрин спадали ей на плечи, а на бегу били по щекам.
– Нужно оставить как можно более долгий след, – слегка отдышавшись, сказала Кэтрин. – Это их запутает. Я только что видела одного из них там, за… в общем, за тем домом.
– Кто они такие? – спросила Диана. – Они какие-то все неправильные. Калеки, что ли?
Она тоже дышала тяжело – непросто было держаться рядом с Кэтрин, двигавшейся со скоростью и грацией пумы.
Диана: – Обязательно надо было это сюда вставлять, да?
– Я бы сказала, что знаю, кто они, но это невозможно. Они похожи на тварей, которых создавал мой отец. На зверолюдей.
Память на миг перенесла Кэтрин обратно на остров, в зверинец доктора Моро. Люди со слишком короткими ногами, с неестественно длинными руками… Говорившие странными рычащими голосами, волосатые под одеждой… Но ведь все творения доктора погибли на его острове. Ей одной удалось уцелеть.
– Вижу его! – воскликнула Диана. – Пошли, надо только перебежать этот двор, и мы сможем затеряться на улицах Челси.
– Насколько хорошо ты знаешь Лондон? – спросила ее Кэтрин.
– Как свои пять пальцев, – гордо ответила Диана и усмехнулась плутовской обезьяньей усмешкой.
Жюстина: – Не думаю, что это стоит воспринимать как оскорбление. Обезьяны – очень умные животные.
Диана: (комментарии Дианы здесь опущены, так как признаны совершенно неподходящими для печатного издания).
Кэтрин: – Да, я в курсе, что именно ты отвела нас обеих домой. И я тебе за это очень благодарна. Но у тебя действительно есть манера усмехаться плутовской усмешкой, напоминающей об обезьянах… Хорошо, хорошо, беру свои слова назад. Я извиняюсь. Правда извиняюсь. Только дай уже, ради бога, мне закончить эту главу.
Для тех наших читателей, кто незнаком с Лондоном, кто, возможно, читает нашу книгу в диких прериях Америки, где, как мы слышали, водятся дикари и медведи, или в лесах Австралии, где вроде бы нет дикарей, но и медведей тоже нет (разве только, как говорит Жюстина, это сумчатые медведи), поясняем, что перед Кэтрин и Дианой сейчас возникла следующая проблема. Как попасть из Челси, на юге Лондона, в Риджентс-парк, на севере? Чтобы попасть в Мэрилебон, нужно было пересечь множество улиц и открытые пространства вроде Гайд-парка. Даже на омнибусе по лондонским уличным пробкам этот путь занял бы несколько часов. А они еще и бежали от преследователей, которые выслеживали их по запаху, как собаки – кролика. К тому же у них не было с собой ни пенни. Кэтрин слишком поздно осознала, что сложить все их сбережения в один кошелек и вручить его Жюстине было не лучшей идеей. Но по крайней мере с Жюстиной все точно будет в порядке. А Кэтрин, в конце концов, может о себе позаботиться.
– Что бы ты предложила? – повернулась она к Диане.
Диана немного подумала, глядя на широкую зеленую лужайку, которую им предстояло пересечь, и за нее, на дома Челси.
– Ты хорошо лазаешь?
Кэтрин издала нечто среднее между смешком и рычанием.
– Увидишь, – сообщила она. – В общем, ты веди, а я последую. А сейчас бежим!
Они промчались по лужайке и очутились в лабиринте узких улочек. Здесь дома заслоняли солнечный свет; снова они оказались в теневой части Лондона. К изумлению пары мальчишек, которые играли в шарики на мостовой, и старухи, курившей трубку с удивительно вонючим табаком, Диана скинула пиджак и начала снимать башмаки.
– Пойдем по крышам, – скомандовала она, едва восстановив дыхание после бега.
– Не бросай башмаки, они понадобятся тебе позже, – сказала Кэтрин, тоже разуваясь. Свои ботинки она связала вместе шнурками и перекинула их себе через шею. А пиджак бросила одному из мальчишек.
– Лови! Однажды ты до него дорастешь!
– Мои на пуговицах, черт побери, – выругалась Диана, вынужденная оставить свою обувь на мостовой. А потом вскарабкалась по лестнице, прислоненной к кирпичной стене и выходившей на балкон с металлическим ограждением. Здание, которое она выбрала для побега, все обросло такими балконами на каждом этаже. Кэтрин с сомнением взглянула снизу вверх, не уверенная, что ей хватит ловкости перебраться с последнего балкона на крышу. Диана лазила намного лучше, чем Кэтрин, – как бы неприятно это ни было признавать. Но выбора, в общем-то, не оставалось.
Она бросила ботинки и пиджак Дианы второму мальчишке.
– Поздравляю с неднем нерожденья! Хотя кто знает, может, у тебя как раз день рожденья.
С этими словами она тоже принялась карабкаться по лестнице.
Добравшись до верхнего балкона, Кэтрин взглянула вниз. Двое зверолюдей неуверенно начинали подниматься за ними вслед. Первый долез до первого балкона, второй еще стоял, вцепившись в перекладины лестницы. Сумеют ли они преодолеть весь путь до самой крыши?
Тем временем Диана добралась до последнего участка стены.
– Держись за скобы! – крикнула она сверху вниз. Кэтрин запрокинула голову – и разглядела железные скобы, которые кто-то по неизвестной причине загнал в раствор между кирпичами. Через мгновение она уже присоединилась к Диане на крыше дома. Они посмотрели вниз, на зверолюдей, которые с трудом, медленно карабкались вверх. Добравшись наконец до верхнего балкона, они остановились и снизу вверх уставились на Кэтрин и Диану. Один зверочеловек взвыл от досады.
– Так я и думала, – сказала Кэтрин. – Они пахнут волками. Думаю, они волколюди, а это значит, что, пока мы остаемся на крышах, им нас не поймать.
– Отлично, – сказала Диана. – Но давай уже двигаться. Нам еще топать через весь этот чертов город.
Они огляделись. Вокруг раскинулся Лондон – иной, верхний Лондон, Лондон крыш. (Если вы планируете путешествие по Лондону и не уступаете ловкостью Кэтрин и Диане, крыши послужат вам своего рода дорогами, по которым город можно пересечь из конца в конец). Кэтрин и Диана шли, а иногда ползли по крышам, балансировали на их гребнях, стараясь осторожно обходить каминные трубы. Там, где улицы были достаточно узкими, они перепрыгивали с крыши на крышу, держась направления на север. Порой им приходилось спускаться, чтобы пересечь широкие улицы, а перейти Гайд-парк вообще оказалось долгим и опасным предприятием. Тем временем вечерело. Деревья в парке отбрасывали на траву длинные тени, заходящее солнце сверкало на глади озера Серпантин, рисуя на воде золотую дорожку. Беглянки не видели своих преследователей и не чувствовали их запаха.
– Зачем они за нами охотятся? – спросила Диана. – Они же и так знают, где живет Мэри. Могли бы просто прийти туда и подождать.
– Они бы так и сделали, будь они хоть немного умнее, – ответила Кэтрин. – Но это же волколюди, у них в природе – охотиться и идти по следу. Они просто не могут нас не выслеживать.
Когда девушки перебежали Гайд-парк, им осталось преодолеть только улицы Мэрилебона. Диана, к чести ее будь сказано, лишь один раз потеряла направление. Но все равно огни дома 11 по Парк-Террейс они увидели уже в темноте.
Следил ли кто-нибудь за домом? Волколюдей поблизости не было видно, и, что еще важнее, Кэтрин не чувствовала их запаха. Так что девушки, положившись на удачу, перебежали улицу и позвонили в дверной звонок.
Дверь распахнулась в то же мгновение.
– Скорее, скорее заходите, – сказала с порога миссис Пул. – Бедняжка мисс Франкенштейн тут человека убила.
Глава XII
История Кэтрин
Пожалуй, респектабельная гостиная доктора Джекилла еще никогда не представляла собой такого дикого зрелища. По крайней мере с тех пор, когда по дому рыскал неприятный мистер Хайд. В свете газовых ламп Кэтрин и Диана увидели четверых мужчин, склонившихся над телом пятого. Труп лежал на полу, на лицо его был накинут платок. Ковер сдвинули, так что тело лежало прямо на паркете перед камином. Понадобилось несколько секунд, чтобы рассмотреть, что двое из четверых мужчин – это Мэри и Беатриче, которые еще не успели снять мужскую одежду. Остальных двоих Кэтрин не знала, но догадалась, что это, должно быть, Холмс и Ватсон. В гостиной царил разгром, мебель валялась вверх ногами, портрет миссис Джекилл на стене покосился.
– Ох, как я рада, что вы пришли! – сказала Мэри. – Мы ужасно волновались. – И тут же, приглядевшись к ним, добавила: – Вы чудовищно перепачкались!
– Мы шли по крышам, – объяснила Кэтрин. – А что с Жюстиной? Где она?
– Наверху, мы положили ее в постель, – ответила Мэри. – Она ужасно расстроена. Мы добрались до дома без приключений, но оказалось, что за домом следят. Когда я открыла входную дверь, этот человек попытался ворваться внутрь. Мы хотели ему помешать – и вы видите результат! Я попробовала ударить его по голове зонтиком, Беатриче старалась отравить его дыханием, но спасла нас Жюстина. Она просто обхватила его руками за шею и… и задушила его, прямо здесь, в гостиной. Он был такой сильный! Выкрутил Беатриче руку – видите следы от его пальцев? Останутся большие темные синяки.
– Я в порядке, – заверила Беатриче. – За углом оказался Чарли – этот мальчик снова и снова доказывает, что он наш ангел-хранитель.