Теодор Тория – Контора Ла Прасса: побег (страница 3)

Глава 8 – бич

– Я ей сейчас, ###, покажу. – Стук в дверь.

– Войдите!

– Добрый день!

– Доброго дня и Вам! У вас, наверно, что-то очень срочное?

– Прошу прощения за столь неожиданный визит, я не помешала Вам? – спотыкается о ковер.

– Вы, должно быть, записывались на встречу?

– Нет, к сожалению, я… – ударяет носком туфли по ножке стола.

– Пожалуйста, запишитесь у моего секретаря. Я буду ждать Вас в назначенное время. – Словно не видит перед собой никого. Смотрит сквозь прозрачную Дуру.

– Да, конечно. Но, может быть, все-таки…? – Роняет стул.

– Извините, но я сейчас очень занята.

– Да, конечно. Прошу прощения за беспокойство! – Снова ковер.

– До свидания.

– До свидания! – Дверь закрывается. Прищемила подол юбки.

– #####. В какое время я могу записаться на встречу к директору?

– Ближайшие свободные часы приема в 15.30…

– Замечательно! Всего-то полчаса подождать.

– Двадцать восьмого числа…

– Послезавтра?! – Чего кричишь? Дура что ли?

– Июня месяца…

– Только не говорите мне, что следующего года.

– …

– Чего ты замолчала? – Махнула рукой. – А, ну тебя. – И подумала: «И ты дура».

Мы вновь собрались на курилке несколькими часами позже.

– Подписала?

– Заболтала?

– Какие новости?

– Нет, не подписала. Дура. Какая же я дура. Откуда во мне столько этого… Как его… Бич, скажите мне, кто-нибудь это слово. Ну, вы все его знаете, но никогда в жизни не употребляли, вы же не из пьесы Уайльда вышли.

– Подобострастия.

– Емко. Очень вычурно и очень емко.

– Тихоня очень сочно говорит. Мне нравится.

– Именно. Вот его самого. Побло… Потапо… Бич. Вы поняли.

Мы выкурили по сигарете и молча разошлись по своим кабинетам. Ничего не поменялось. Руки с тяжестью опускались на эргономичные рабочие столы.

Глава 9 – корпоративная идея

Сообщение в рабочем чате.

Тихоня, Душнила, Мистик, Дура – только под своими вымышленными именами. Ну, теми самыми именами, которые в паспортах у нас написаны. Всем четверым подойти к директору по управлению персоналом. Все-таки мы ее достали. Сказать, что мы почувствовали себя глубоко удовлетворенными – ничего не сказать. Мы практически летели в кабинет к Принцессе. Мы знали, что она сейчас чутка поморщит свой Принцессовый нос, покрутит им туда-сюда, погримасничает и поболтает ногами на стуле, но в конце концов все же сдастся под нашим натиском. Так ее, ага.

– Поздравляю Вас с повышением! Вы назначены руководителями отделов в нашем новом перспективном филиале. В конце этого квартала заканчивается стройка небоскреба, ближе к осени – официальное назначение. А сейчас! Сейчас вам предстоит очень много работы.

– Об этом мы с Вами и хотели поговорить, директор. Не стоит ли нам перед подобным столь важным событием хорошенько отдохнуть? Может быть, на пару-тройку недель? Уверен, что после мы вернемся не просто отдохнувшими, но полными решимости продвигать главную корпоративную идею на новой территории – с новыми силами! – У Мистика неожиданно открылся фонтан. Вот она, профессиональная деформация.

– Конечно! Конечно же об этом и речи идти не может!

– Без сомнений у Вас есть некий компромиссный вариант, который смог бы устроить всех присутствующих и не присутствующих. Не могли бы ли Вы предложить нам некую альтернативу?

– К сожалению, Вы нужны компании здесь и сейчас. А, как я сказала ранее, в конце квартала – в другом месте. В настоящее время Ваша просьба никак не может быть удовлетворена. Скажу Вам более – впереди участок рабочей деятельности столь важный, что я не приму ни больничных, ни приглашений на свадьбу, ни дней рождений, ни-че-го. Возможно, меня убедит дать Вам непродолжительный отпуск за свой счет Ваше свидетельство о смерти, но и здесь не уверена.

– Может быть, нам стоит продолжить этот диалог в другой день? Иное время, а может быть и иное место могут поменять исход беседы.

– Да, вполне вероятно! Но не этой. Все решено. Вы – неотъемлемый костяк своих направлений. Я могла бы дать добро на отдых какому-нибудь уборщику, рядовому клерку, той девчонке, которая на третьем этаже делает кофе, но не руководителям высшего звена. Надеюсь, я не слишком расстроила Вас?

– А как же трудовой договор? Он защищает интересы не только…

– Если Вы считаете, что истины, прописанные в нем, были нарушены, тогда его стоит и вовсе аннулировать, а после отпустить Вас с компенсацией, не так ли? Однако, кто еще сможет предложить Вам те же условия, какие предлагает директор Ла Прасс? Так что здесь все просто: если Вы готовы пожертвовать интересами компании в угоду своим, то компания незамедлительно пожертвуем Вами. Это будет болезненно для нас, но «Контора» справится. Не было еще в истории нашего предприятия такого события, которое смогло бы поставить под сомнение успешность наших дел. Не было – и не будет. – Вздох. – Как-то так. Вопросы? – Вопросики так и посыпались в чат.

Глава 10 – руководитель

Мы были разгромлены, наши штандарты втоптаны в пиксельную грязь, целые армии, что мы взращивали не один десяток ходов, в одно единственное мгновение пали.

Мгновение – его хватит для того, чтобы родиться и умереть, совершить то, ради чего ты был рожден, его достаточно, чтобы совершить самую великую подлость. Мгновение – чтобы нажать на клавишу, совершить мисклик. Тоже.

Нас уничтожили, лишь указав на нашу зависимость. Да, оказывается теперь был некий рычаг, которым на нас стало возможным надавить куда сильнее, чем лишив инди-проектов, энергетиков, сигарет, мягких подлокотников, эргономичных форм, объемного семь-точка-один звука в наушниках с активным шумоподавлением, монитора с частотой свыше 144 герц и 2К разрешением, тематических плейлистов, подушек с эффектом памяти, коллекционных фигурок, ретро-плакатов. Мы были зависимы от работы. Дело не только в том, что мало где нам готовы были бы предложить те же суммы. Контора Ла Прасса – место, которому мы отдали по десятку лет собственных жизней, но на новом месте никому не нужны люди, привыкшие к определенным паттернам и сценариям, им куда проще взять новичка и обучить его всему необходимому так, как нужно им. Мы уже перестали являть собой податливый материал, нагруженные привычками и укладами совершенно иного места. Делает ли нас ценнее факт, что мы из высшего руководства? Конечно, нет. Руководить может любой – кто-то более, кто-то менее успешно. Да и кем руководить? Людьми, стремящимися не брать никакой ответственности? Быть боссом – это когда твоя хата никогда не с краю, это мы выучили прекрасно.

– Значит, отправимся в отпуск после того, как примем назначение. Приведем все в порядок, а после…

– Алло, да, добрый день. Проведите анализ мощностей четвертого серверного блока. Проведите полный анализ и диагностику, посмотрите, чем можно было бы модернизировать, какие элементы обновить, а после составьте заявку на покупку такого же оборудования в…

– Ладно, Тихоня, я понимаю, что ситуация кажется безвыходной, но ты-то! Душнила, куда ты уже намылил свой…?

– Мне плевать. Даже если меня уволят. На Конторе жизнь не заканчивается.

– Так-то – да. Разве мало мест, куда мы могли бы переметнуться?

– Никто не любит перебежчиков. Кинул одних – другие задумаются, брать ли тебя вообще. Да и кто нас отпустит? Мы знаем так много, что на наши темечки пора лепить печать «Совершенно секретно».

– На самом деле, выглядит так будто мы собираемся плюнуть в лицо тем, благодаря кому мы не остались на улице.

– Вы что, совсем охренели?…

Глава 11 – не просто так

– Наша жизнь, измеренная неделями-точками, может уместиться на листке туалетной бумаги, которым эти корпорации, этот мир чертов подтирается – до полной сухости, до умопомрачающей чистоты собственной задницы, а после оказывается выброшен в ведро к таким же, прочим. Мы – расходники, семечки в стаканчиках, сигареты поштучно, испарители в вейпы, стики с сахаром, бумажные соломинки, крышки на капучино! Мы – мусор под их ногами! Никто не беспокоится о нашем счастье, о нашем благополучии! Никто! Если этого не сделаем мы, не сделает никто, как же вы не поймете?! Мы отказывали себе в еде и воде, мы жили в собачьих будках, нас загоняли так, словно мы – лошади, которых можно сменить в ближайшем трактире, если у нее откажет сердце! Мы отказывали себе в том, чего желали, хотя не могли себе позволить даже необходимого! Вы забыли это?! Плевать, Господи, как же плевать на то, что будет дальше! Оштрафуют, оставят без премии, уволят, казнят! Какая к черту разница? Зачем нам пахать до конца своих дней? Мы жизни не видим с этими .doc, таблицами, инфографиками, звонками видеоконференций, подписями, актами. Мы откладываем… ###, мы уже отложили почти полвека в ящик, чтобы добиться положения, в котором не стыдно просто существовать. Может быть, хватит уже? Что, никто из вас не отложил пару-другую лимонов на разные банковские счета? Расскажите мне, ага. И что вы делаете с этими деньгами? И что вы будете делать с этими деньгами? Передергивать на хрустящую наличку? Мы не нужны никому кроме нас самих. Никому. Так что расклад такой, коллеги: мы дорабатываем до пятницы, в пятницу после рабочего дня прыгаем в тачку и валим отсюда так далеко, как только сможем себе это представить. Никаких самолетов, поездов. Представим, что у нас отключено быстрое перемещение. Если нам не могут дать отдыха, мы возьмем его силой. Мы отдохнем. Мы изнежимся так, что будем мягкими как свежие оладушки. Мы познаем настоящий атомный отпуск. Кайфанем так, что можно будет открывать онлайн-курсы и учить кайфовать других. Мы заслужили. Быть счастливыми – это наше по праву, на это никто не может претендовать.