Теодор Шумовский – Свет с Востока (страница 66)
В тюрьме меня тоже иногда охватывало чувство безысходности. Не всегда я был храбр и исполнен силы духа. Многое стало ясно лишь из перспективы будущего. Передо мной была цель незавершенных научных исследований, мечты о личном счастье, вынесенные из непережитой молодости. Но о чем может мечтать человек в 80 лет?
Возраст относителен, как и время вообще. Каждый из нас, в первую очередь, существо духовное. Таков был мой внутренний монолог, когда врачи обсуждали, сколько дней мне осталось жить. Я понял, что еще не собираюсь умирать. Мой путь еще не окончен. Внешние обстоятельства, как бы тяжелы они ни были – как и ранее – возможно, являются жестокими, но необходимыми условиями дальнейшего развития личности. Я должен не проклинать судьбу, а пытаться увидеть, что она хочет мне сказать, к каким неосознанным истинам и шагам она меня подводит.
Мои мысли не носили столь логичного характера и не всегда были выражены в словах. Возможно, это во многом последующее объяснение, попытка установить связь между причинами и следствиями. В какое-то мгновение, может быть, на основе этих мыслей, а может быть, в результате непонятного процесса, который лежит в основе творчества, ко мне пришла довольно странная и вместе с тем ясная мысль. «Я должен перевести Коран. Сейчас. Только теперь я созрел для этой работы».
Коран является одной из вечных книг человечества, высшим произведением на арабском языке. Со студенческих лет я был поглощен многообразием и богатством его мира, но только сейчас, проработав полвека в арабистике и достигнув определенной жизненной зрелости, я почувствовал для себя возможным – и необходимым – приступить к этой работе.
Я чрезвычайно благодарен моей семье, врачам, всем людям, которые помогли мне пройти через это последнее испытание. Я также чрезвычайно благодарен и Корану, который помог мне выстоять, наполнил мою жизнь новым смыслом.
В настоящее время в мире насчитывается более миллиарда мусульман. Ислам является наиболее быстро растущей религией. В чем причины такой привлекательности этого вероисповедания?
Пресса полна сообщений о террористических актах, которые связываются с мусульманской идеологией. Насколько правомерны эти утверждения?
Многим известно о крестовых походах, целью которых считается «освобождение Гроба Господня от неверных». В какой степени противостояние между исламом и христианством, имевшее место в средние века, относится ко дню сегодняшнему? Чем, строго говоря, «отличается» ислам от христианства и других религий? Эти и ряд других вопросов звучали на многочисленных встречах с читателями, которые произошли в результате публикаций перевода Корана, представленного в пяти изданиях (1994–2008).
Целью данного перевода является познакомить русскоязычного читателя, как мусульманина, так и немусульманина, с текстом Корана, изложенным на общедоступном языке; переводом, основанном на научном анализе, однако с учетом художественной целостности этого памятника, а также с уважением к людям, почитающим текст Корана священным.
Существует огромное количество литературы о Коране и исламе, однако значительная часть этих работ носит узко специальный характер либо имеет определенную религиозную или политическую направленность. Вместе с тем, в современном мире, где люди различных вероисповеданий, культур и стран ежедневно участвуют в решении совместных задач, как никогда ранее необходимы работы, которые способствуют взаимному пониманию, объясняют наши различия с целью поиска путей примирения, а также взаимного культурного обогащения. Это имеет особое значение для России, страны, объединяющей в себе Европу и Азию, цивилизации, построенные под влиянием Востока и Запада, общества, чьи многонациональные корни уходят в глубину веков. Россия, как мост между Востоком и Западом, занимает уникальное место в современном мире. В этом ее огромные возможности, но и огромная ответственность.
С одной стороны, наше непонимание и неприятие ислама, с другой стороны, непонимание и неприятие нашего мира со стороны ислама во многом связаны с тем, что мы воспринимаем миры друг друга лишь с одной точки зрения, считая ее единственно возможной и объективной. Вместе с тем существуют различные и по-своему равноправные точки отсчета. Подобное недопонимание присутствует не только между народами, но и между различными дисциплинами, например, между наукой и религией.
В самом широком смысле существуют, как минимум, три возможных подхода к Корану: религиозный, художественный и научный.
С религиозной точки зрения, для мусульман, Коран является «словом Бога» в буквальном смысле этого слова. Объяснение мира, в котором мы живем, а также предписания для нашего поведения носят конечный и исчерпывающий характер. Мы можем обсуждать любой вопрос, однако лишь в рамках, отведенных данным вероучением. Религия в основе своей построена на догматах, а не на критическом анализе, для которого нет ничего, что нельзя было бы подвергнуть сомнению. «Dubito ergo cogito, cogito ergo sum», – сказал Декарт, – «Сомневаюсь – значит мыслю, мыслю – значит существую». Эта философская предпосылка, лежащая в основе рационального метода познания, противопоставляет научное и религиозное мировоззрение.
Коран и ислам для мусульманина отождествляются с понятием истины, так же как Библия и христианство – для христианина, а Ветхий Завет, Талмуд и иудаизм – для иудея.
Безусловно, отношения между религиями носят более сложный характер. Так, в случае монотеистических религий, то есть религий, исповедующих Единого Бога (ислам, христианство, иудаизм), религия, возникшая позже, во многом опирается на мировоззрение религий, появившихся ранее.
Ислам, как самая поздняя из монотеистических религий, считает христиан и иудеев «людьми Писания», причисляя Христа, Моисея и Авраама к числу мусульманских пророков, а христианство во многом опирается на традицию иудаизма. Однако это взаимоприятие распространяется лишь до известного предела: территория каждой «истины» четко ограничена. С точки зрения ислама, христиане и иудеи исказили данное им свыше откровение. С позиции христианства, иудеи нарушили свой договор (завет) с Богом, а ислам является искажением христианского откровения. Для иудаизма и христианство, и ислам являются искажениями единственного «истинного откровения», ниспосланного лишь иудеям.
В мусульманской среде изучение Корана приняло форму комментария (тафсир – буквально «объяснение»). С точки зрения других религий, исследование Корана – это также комментарий, где догматы одной религии опровергают аксиомы другой. Несмотря на попытки объективности, комментарии, в первую очередь, отражают современные им исторические условия, определенную систему политических, общественных и экономических отношений, а также характер философской логики данного периода.
Первым комментарием явилась Сунна – жизнеописание Пророка и его ближайших сподвижников. Приводимые здесь высказывания и поступки разъясняют отдельные положения Корана, а также дают ответы на вопросы, не затронутые напрямую в Коране.
Основополагающим комментарием после Сунны является тридцатитомный труд багдадского теолога Ал-Табари (ум. 923). Этот комментарий вобрал в себя все основные достижения мусульманского богословия вплоть до середины десятого века, высшей точки арабского халифата.
Среди более поздних комментариев вызывают интерес возникшие в суфийской среде работы, которые отступают от канонического богословия в пользу оригинального мусульманского мистицизма. Наиболее важные комментарии в этом жанре принадлежат перу Ал-Сулами (ум. 1021) и Ал-Бакли (ум. 1209). В двадцатом веке важнейшие комментарии были опубликованы Мухаммадом Абдо и Сеийдом Кутбом.
В целом существуют тысячи, если не десятки тысяч комментариев – тафсиров, написанных в разные исторические эпохи и в разных концах мусульманского мира. В основной своей массе они являются комментариями не к тексту Корана, а к уже существующим толкованиям этого текста, то есть представляют собой комментарии к комментариям. Зачастую они говорят нам больше о своих авторах, чем об объекте исследования. Таким образом, комментарии – тафсиры – в первую очередь интересны тем, что они позволяют проследить развитие мусульманской мысли в различных культурах и эпохах, однако они неизбежно ограничены внутренней системой догматов. Они не подвергают текст Корана критическому анализу.
Полную противоположность религиозным комментариям представляют художественный и научный подходы.
С точки зрения художественного подхода, Коран не является ни догматическим источником, ни историческим документам. Для людей искусства Коран – это «тема для вариаций», источник художественного вдохновения.
Пожалуй, первое упоминание Мухаммада и Корана в художественной литературе можно найти у Данте в «Божественной комедии» – при описании ада, что нетрудно объяснить католическими убеждениями автора.