Теодор Рузвельт – История британского флота. Хроника побед и поражений. Том IX (страница 2)
Адмирал Ричард Хоу (1726—1799). Художник Уильям Томас Фрай.
Тем, что он сохранил корабли, Байрон был обязан отчасти собственной стремительности, отчасти медлительности противника. В начале мая он получил рекомендации из Англии, которые убедили его в том, что может потребоваться внезапный и быстрый отказ от Филадельфии и залива Делавэр. Поэтому он сосредоточил свои линейные корабли из Нью-Йорка в устье залива Наррагансетт, в то время как транспорты погрузили на борт все припасы, кроме тех, которые необходимы для двухнедельного снабжения армии во враждебной стране. Угрожающая вероятность появления превосходящего противника у побережья вызвала необходимость не рисковать перевозимыми войсками в море, а вместо этого совершить 90-мильный переход через Нью-Джерси, от которого год назад отказались, как слишком опасного для перемещения больших воинских масс.
Подготовившись таким образом к эвакуации и не теряя времени, когда возникла в этом необходимость, сэр Уильям Хоу, которого 24 мая сменил сэр Хени Клинтон, избежал обвинений, связанных с отказом от завоевания слишком дорогой ценой. 18 июня британские войска численностью 12 000 человек были переправлены через Делавэр под наблюдением военно-морского флота и начали опасный марш к Нью-Йорку.
На следующий день караваны транспортных судов двинулись вниз по реке Делавэр; но из-за сложных навигационных условий, встречных ветров и штилей они вышли в море только 28 июня.
8 июля, с опозданием на десять дней, д'Эстен бросил якоря в устье реки Делавэр.
Вашингтон писал:
«Лорд Хоу с британскими военными кораблями и всеми транспортами на реке Делавэр, должно быть, погиб; и сэру Генри Клинтону, должно быть, повезло больше, чем обычно выпадает людям его профессии при таких обстоятельствах. Его войска не разделили, по крайней мере, судьбу Бургойна». *
Если бы флот Хоу был перехвачен у Нью-Йорка, у сухопутной армии не было бы защиты с моря; французский флот легко преодолел бы навигационные трудности гавани; и Клинтон, зажатый между французами и американской армией, должно быть, сдался.
Прибытие Хоу устранило эту непосредственную опасность; но многое еще нужно было сделать, иначе конец будет только отложен, а не отменен.
Попутный ветер доставил флот и весь конвой из Делавэра к Сэнди-Хук * за сорок восемь часов. Утром 29 июня, когда Хоу подходил к порту, ему передали пакет из Англии, который не только принес определенные детали об отплытии д'Эстена, но также сообщил, что он сам находится недалеко от американского побережья.
Меры Хоу были своевременными и тщательными. Чтобы наблюдать за приближением д'Эстена, был отправлен отряд крейсеров, достаточно многочисленный, чтобы одни могли своевременно сообщать о его перемещениях, в то время как другие обеспечивали постоянное наблюдение за французами. Кораблям в Нью-Йорке было приказано спуститься к Сэнди-Хук, где должна быть организована защита входа в залив. Клинтон, которого Вашингтон сильно теснил, прибыл 30 июня (на следующий день после самого Хоу) на высоты Навесинк, на морском побережье к югу от Сэнди-Хук. Прошлой зимой море проделало брешь между возвышенностями и Сэнди-Хуком, превратив эту песчаную косу в остров. Через эту бухту военно-морской флот перекинул плавучий мост из лодок, по которому 5 июля армия прошла к Хуку, а оттуда была переброшена в город.
Сэнди-Хук (белая стрелка), устье реки Делавэр (красная стрелка)
В тот же день французский флот был замечен у берегов Вирджинии в виде одиночного крейсера, который 7 июля показался на виду у эскадры Хоу; а два дня спустя британский крейсер принес известие, что противник 8 июля бросил якоря у Делавэра. Там д'Эстен снова задержался на два дня, которые были использованы британским адмиралом, который отправил депеши, чтобы предупредить об этом Байрона.
11 июля прибыл третий корабль, объявивший о приближении французов. В тот вечер они бросили якоря в четырех милях к югу от Сэнди-Хук. Хоу, который в течение всех этих дней был неутомим не только в планировании, но и в личном наблюдении за деталями, тотчас же поспешил расположить свои корабли в соответствии с планом, который он составил и детали которого он тщательно разъяснил своим капитанам, тем самым обеспечив разумные действия с их стороны.
Узкая полоска земли под названием Сэнди-Хук выступает в северном направлении от побережья Нью-Джерси и прикрывает залив Нью-Йорка с южной стороны. Главный корабельный канал, как и сейчас, шел почти с востока на запад, под прямым углом к Хуку и близко к его северной оконечности. За каналом, к северу, в пределах досягаемости артиллерийских орудий в тот день не было прочной почвы для строительства укреплений. Поэтому те орудия, которые можно было установить на берегу (числом пять), были размещены в виде батареи на оконечности косы. Они составляли правый фланг обороны, который оттуда продолжался на запад линией из семи кораблей, которая огибала южный край канала. Для того чтобы произвести сосредоточение всех корабельных орудий на пути приближения неприятеля, каждый корабль прикрепил канат с кормы к якорному канату
Такова была основная защита, устроенная Хоу; с которой Нью-Йорк пытался выстоять или пасть. В строю было пять 64-пушечных кораблей, один 50-пушечный и вооруженные транспорты. Передовая линия из 50-пушечного корабля с двумя меньшими судами была размещена прямо внутри бара – в двух-трех милях от Хука; четыре галеры, образующие вторую линию, также были размещены по ту же сторону канала. Была предусмотрена их возможность отступления по мелководью, где их нельзя было преследовать. Один 64-пушечный корабль и несколько фрегатов содержались в качестве резерва внутри основной линии, чтобы действовать в случае необходимости. Общее количество кораблей обороны составляло: шесть 64-пушечных; три 50-пушечных * и шесть фрегатов.
Линейные корабли обороны:
«Игл» (64) капитан Генри Дункан
«Трайдент» (64) – капитан Энтони Моллой
«Сомерсет» (64) – капитан Джордж Кворри
«Нонсач» (64) – капитан Уолтер Гриффит
«Ардент» (64) – капитан Джордж Кеппель
«Сент Олбанс» (64) – капитан Ричард Онслоу
Флот д'Эстена, в частности, состоял из одного 90- пушечного корабля, одного 80-пушечного, шести 74-пушечных, трех 64-пушечных и одного 50-пушечного. Как бы ни было велико преимущество французов, оно в значительной степени уравновешивалось искусным маневрированием Хоу, который уклонялся от необходимости вступить в бой с превосходящим по силе противником.
Ставка, однако, была велика, и очевидные шансы на победу взбудоражили боевую кровь британских моряков. Поскольку людей на военном флоте не хватало, Хоу призвал добровольцев с транспортов. Вызвалось такое большое количество людей, что корабельные агенты едва успевали записывать имена желающих. Капитаны и их помощники с торговых судов в гавани также предлагали свои услуги, занимая места у орудий. Другие плавали у побережья на небольших лодках, чтобы предупредить приближающиеся британские суда; некоторые из которых все же попали в руки врага.
Тем временем д'Эстен был на связи с Вашингтоном, один из адъютантов которого посетил его флагман. Также к французам было отправлено несколько нью-йоркских лоцманов. Когда лоцманы узнали об осадке французских более тяжелых кораблей, они заявили, что зайти им в Нью-Йорк невозможно, так как там глубина фарватера даже во время прилива не превышала двадцати трех футов (7 м). Если бы это было действительно так, Хоу не нужно было бы заниматься приготовлениями к обороне. Но д'Эстен, хотя лично храбрый, был мало сведущ в навигации, так как дослужившись в армии до чина бригадного генерала, перешел на флот, получив командование сразу над отрядом из нескольких кораблей; то есть не прошел практику в качестве мичмана, лейтенанта, коммандера и капитана. Заверения лоцманов были приняты после проверки фарватера лейтенантом флагмана, который (почему-то!) не смог найти на фарватере места глубже двадцати двух футов.
Милости фортуны, словно в насмешку, не раздаются некомпетентным или нерешительным. 22 июля свежий северо-восточный ветер, совпавший с приливом, дал максимально возможную воду на баре глубиной в 30 футов!
«В восемь часов, – писал очевидец из британского флота, – д'Эстен со всей своей эскадрой появился на виду. Ветер не мог быть более благоприятным для входа в порт, так как он дул как раз с направления, откуда французские корабли могли атаковать нас с наибольшей выгодой. Летние приливы были самыми высокими, и в тот день вода на баре достигла тридцати футов.* Следовательно, мы ожидали самого жаркого дня, который когда-либо случался между двумя флотами. С нашей стороны было поставлено на карту все. Если бы наши военные корабли были уничтожены, флот транспортов, обеспечивающий снабжение армии, пал бы вместе с нами. Д'Эстен, однако, не решился рискнуть и направить свои корабли по фарватеру. В три часа мы увидели, как французская эскадра повернула и отправилась на юг, а через несколько часов она скрылась из виду».