Теодор «Эйбон» – Церемонии (страница 41)
– Ой, Сарр не станет этого показывать, но он еще как рад. Ему нравится, когда к нам приезжают гости, осматривают ферму. Это напоминает ему о том, что тут он дома, вернулся к своим корням.
– К корням? – Фрайерс на секунду задумался. – Да, он говорил что-то такое, когда в первый раз показывал мне округу. Я думал, он шутит.
Дебора покачала головой.
– Мой муж никогда не шутит. Эта ферма имеет для него особое значение.
– Но вы же купили ее только прошлой зимой, разве нет?
– Да. Но когда-то давно она принадлежала семье Сарра. Они первыми здесь поселились.
– То есть, этот дом построили Пороты?
– Нет, родня со стороны его матери. Троэты. Одна из самых старых семей в Гилеаде.
– Да, помню. Несколько человек еще погибли в пожаре.
– Именно здесь они и жили.
– То есть пожар случился прямо здесь? В этом доме?
Дебора кивнула.
– Очень давно, лет сто назад, а то и больше. Сарр мне об этом рассказывал. Он говорит, что этот дом – второй на том же месте, его построили на старом фундаменте. Первый сгорел дотла, осталась только печная труба да эта старая штуковина, – она махнула на приземистую чугунную печь. – Уже и не помню, сколько людей погибло. Кажется, шесть или семь. Мать, отец, детки – вся семья.
– Кроме одного, – сказал Фрайерс. – Мальчишки, который, как говорят, и устроил пожар. Так мне сказал Мэтт Гейзель.
– Что бы тогда ни случилось, это было ужасно. – Дебора снова взялась за тарелки. Фрайерс кивнул, потом потянулся к плошке с пудингом.
– Наверное, пожар случился посреди ночи, когда все спали. Иначе они смогли бы выбраться.
– Да… Наверное, ночью. – Дебора замерла перед окном, бездумно глядя на солнечные лучи. Не было еще и полудня. Фрайерс с довольным видом взялся за десерт. Снаружи раскинулся ее сад, поля, амбар, далекие холмы – такой знакомый вид, неизменные части ее жизни. Но на секунду во всем вокруг женщине почудился пугающий намек на мимолетность. Она отвела глаза и занялась посудой, но мысли были заняты другим, совершенно неуместным в такой ясный день образом: под холодным черным небом, окрашивая землю алым на много миль вокруг, полыхала огненная пирамида.
Ложка заскребла по тарелке.
– Ну-ка, Джереми, – встряхнулась Дебора. – Поскорее заканчивайте с пудингом.
– Отличный выбор, – говорит мужчина. В солнечном свете, который льется через распахнутую дверь, морщинки вокруг улыбающихся губ придают ему усталый вид. – Приятно общаться с человеком, который знает, что ему нужно. – Он отмечает несколько мест крестиками и передает бумаги через исцарапанный стол. – Теперь мне нужна ваша подпись – вот здесь, внизу страницы… Ага, и вот тут… Ну вот и прекрасно. Огромное вам спасибо. – Собрав бумаги, он отодвигает кресло и поднимается. – Если вы подождете минутку, мистер… Розад, я тут же обо всем позабочусь.
– Вы так добры.
Снаружи, на стоянке солнечные лучи отражаются от рядов неподвижных автомобилей. В воздухе трепещет гирлянда пластиковых флажков. Сидя в дверях кабинета, Старик что-то напевает себе под нос и наблюдает за проносящимися по шоссе машинами. Он чувствует, как здание содрогается от грохота грузовиков, ощущает запах бензина и выхлопов. Здесь, на краю города все закатано в бетон, но его мысли находятся далеко, там, где из земли показываются крохотные зеленые ростки, а в тени лесов дремлют небольшие домишки.
Мужчина уже должен обустроиться среди фермеров, и теперь читает, спит или кое-как исследует непривычное окружение. Возможно, уже ощутил первый обескураживающий укол одиночества или скуки, хотя и не желает себе в этом признаться. Еще один день – и он вполне дозреет. Как раз ко дню рождения и доставке книги. Когда придет время, он будет готов.
Что до женщины…
– Она в полном вашем распоряжении, мистер. Вот документы о праве собственности. И ключи от машины.
Продавец вернулся. Вместе они идут по стоянке мимо хромированных радиаторов и лобовых стекол с намалеванными белым ценниками. Ни одна из надписей не стерта.
– А вот и она. Сможете выехать на ней прямо отсюда. – Продавец хлопает ладонью по полированному металлу капота. – Она прослужит вам еще много лет.
– Много лет? – Старик рассеянно моргает.
– Без всякого сомнения! Никогда не ошибетесь, покупая отечественное. Можете поверить, вам придется постараться, чтобы ее угробить. – Металл гудит от удара его кулака. – Регистрация и гарантийные документы – в бардачке. Как я уже сказал, у вас есть страховка на случай любых неприятностей. На год или десять тысяч миль, в зависимости от того, что случится первым.
Он думает о ферме и о женщине, которая отправится туда в эти выходные. Ее положение куда яснее, чем у мужчины, мотивы совершенно прозрачны; ее действия с легкостью можно предсказать – и спровоцировать. Когда с первыми мелкими задачами будет покончено, можно будет взяться за ее обучение всерьез. Она станет усердной ученицей.
Но на ферму должен прибыть еще один гость, хотя о нем никто и не узнает. По крайней мере, пока он не проявит себя…
– И не забудьте, – говорит между тем продавец, – тут рядом на заправке вас ждет бесплатный бак бензина. – Он открывает дверь автомобиля. – Уж можете поверить, вам досталась машинка что надо. С легкостью объедет вокруг света.
Старик улыбается.
– О, так далеко ей ехать не придется. Всего лишь до Нью-Джерси и обратно.
Книга третья. Зов
12. Вызов Дхола
Только игрок, у которого находится Книга, может призвать Дхола, и только в положенное время.
Второе июля
В крошечном «шеви» было невыносимо жарко, но, опустив окна, она не смогла бы слушать радио. Ну и ладно, хватит с нее рекламы автомобилей «хонда» и прогнозов о том, какими прекрасными будут эти выходные. Глупо так себя обнадеживать… Но, может, они и
Кэрол потеряла счет времени, а вместе с ним и чувство направления. Она знала только, что сильно опаздывает. Девушка собиралась выехать в десять, но накануне вечером слишком долго просидела над полученными от Рози заданиями – исследованиями считалки с плато Озарк, ритуала плодородия в северной Африке и игры «Мао», которая была вовсе не китайской, а валлийской, – а потом проспала все утро, не обращая внимания на льющиеся сквозь жалюзи солнечные лучи. Рошель, которая должна была ее разбудить, ушла, по ее словам, купить себе туфли и вернулась, только когда Кэрол уже стояла в прихожей. На то, чтобы добраться до стоянки на краю города, где стояла машина Рози, понадобился почти час. К тому времени как девушка выехала из города, было уже далеко за полдень, а в последнем выпуске новостей, который она слышала, сказали, что сейчас час сорок пять. Теперь ветер заглушил радио.
На сиденье рядом с Кэрол подпрыгивала жизнеутверждающе-красная матерчатая сумка – ее девушка одолжила у Рошель на выходные. Внутри вместе с ночной рубашкой и теплой кофтой, которая ей, скорее всего, не понадобится, лежали бутылка подаренного Рози вина – белое, домашнего изготовления, без этикетки – и небольшой сверток для Джереми, обернутый в белую бумагу. В нем лежали карты, «забавная вариация старинной колоды таро». Рози вечно обо всех заботится! Еще Кэрол везла с собой три книги. Две для себя, на случай если на ферме найдется свободная минутка: зачитанный экземпляр романа «Под стеклянным колпаком» и ранний труд Тейяра де Шардена, щедро исчерканный послушницей, у которой Кэрол его одолжила. Третья книга, Мэкен, предназначалась Джереми и сопровождалась особым наставлением от Рози. «Ради всего святого, только не отдавайте ее сразу, как приедете, – велел он с веселой искоркой в глазах. – Подождите до вечера. Подобные вещи надо читать перед сном, иначе они просто
Тому, как серьезно Рози относился к литературе, можно было только восхищаться.
Фрайерс сидел в шезлонге перед флигелем, щурился от солнца и жары, пытался сосредоточиться на книге и одновременно отмахивался от двух мушек, которые назойливо кружили вокруг его головы. Он с радостью вернулся бы в прохладу и темноту комнаты, но надежда немного подзагореть перед приездом Кэрол удерживала его снаружи. Он жалел, что не смог противостоять отличной стряпне Деборы и не слишком тщательно соблюдал диету на этой неделе, но, по крайней мере, заставил себя совершить короткую пробежку вдоль дороги (после чего долго отмокал в ванне), а потом честно попытался оживить свою комнату. Теперь на постели было чистое белье, на стене висел постер «Провидения» Алена Рене, на столике у кровати стояла ваза со свежесрезанными розами с кустов рядом с домом. Все книги и бумаги лежали на своих местах. Фрайерс даже подрезал плющ вокруг окон.
День был в самом разгаре, жара действовала отупляюще, и, несмотря на назойливых мух, требовалось прилагать волевое усилие, просто чтобы не уснуть. Фрайерсу было немного неуютно из-за того, что он вот так сидит на месте, читает, грезит или дремлет и шевелится только для того, чтобы отклеить потную кожу от спинки шезлонга, – прямо на виду у Сарра и Деборы, которые трудились на соседнем поле под какую-то монотонную песенку. Их работа явно требовала бо́льших усилий, чем переворачивание страниц романа, и определенно была куда скучнее. Но Фрайерс не вызвался им помочь и не стал возвращаться внутрь. Он решил: пусть думают что угодно, он хорошо заплатил за это время и имеет полное право насладиться чтением.