Тэнло Вэйчжи – Светлый пепел луны (страница 72)

Мин Е, истинный владыка Шан Цин, восточного царства бессмертных, неуязвимый и непоколебимый, побеждён слабой девушкой, презренным демоном-жемчужницей, обожающей и полагающей его самым бесценным сокровищем в мире.

Они лежали на ложе, переплетая свои тела и дыхания. Её глаза всё ещё были перевязаны чёрной лентой, и это делало её смелой в своих ласках. Случайно её трепещущие пальцы коснулись чего-то горячего, Сан Цзю вздрогнула, и тотчас её рука оказалось крепко перехваченной в запястье.

— Убирайся прочь! — хрипло проговорил он.

Его гнев нарастал, а туман за пределами дворца густел и клубился.

Она растерялась. Глаза наполнились слезами, она грустно улыбнулась:

— Мин Е, я настолько тебе противна?

Его голос почти вернул свое обычное равнодушие:

— Через полчаса действие розовой жемчужины закончится, и тогда я тебя не пощажу.

Сан Цзю, тихо свернулась рядом с ним клубочком и положила свою голову ему на плечо:

— Погибнуть от твоей руки не так уж плохо. Но умоляю, не убивай меня трезубцем — я боюсь боли. И не огнём — хотя, я слышала, смертные любят запах жареных мидий. И не разбивай мою жемчужную раковину — это больней, чем дробить человеческие кости…

Её бессмертный супруг ничего не ответил, и девушка проговорила шепотом:

— Твое молчание я сочту за обещание.

Снаружи раздался робкий стук, и из-за двери раздался взволнованный голос дворцовой служанки:

— Докладываю владыке: в царстве бессмертных происходит что-то необычное.

Сан Цзю быстро прикрыла ладошкой рот Мин Е и служанка, не дождавшись ответа, вынуждена была удалиться. Девушка вздохнула с облегчением. Её ухо были у самой его груди, и она явственно услышала, как его сердце в ответ на известие забилось быстрее.

Принцесса пробормотала:

— Наверное, Тянь Хуань просыпается…

Она сняла повязку с глаз, и владыка решил, что принцесса уходит, но вдруг она наклонилась и ещё раз его поцеловала. Её тело было мягким и податливым, а тонкие белые пальцы распускали ему волосы и утопали в густых прядях, а она все продолжала и продолжала, как будто хотела зацеловать его до смерти…

Действие жемчужного порошка начало ослабевать, и как только к телу Мин Е вернулась способность двигаться, он сильно, до боли, сжал свою жену за плечи.

— Какая же ты бесстыжая!

Она лишь усмехнулась и уткнулась лицом ему в шею. Он сдавил её тело так крепко, что хрустнули кости, тогда, охнув, она еще раз укусила его, совсем легонько.

Всё, чего она желала — любить и беречь его. Все, о чем мечтала — быть с ним рядом. Её слёзы намочили его распущенные волосы, но он ничего не замечал. За эту возможность обнимать и целовать его она истратила весь розовый жемчуг, который вырастила за сто лет, истратив часть своих лопаток.

Наконец, Сан Цзю поднялась на ложе и, переступила через владыку своими крошечными босыми ногами. Браслеты на её тонких щиколотках зазвенели. Она потянулась к белой русалочьей пряже. Шелковые нити ласково обвили её тело, превратившись в прелестное платье. Она заботливо прикрыла в ладонях ракушку с реликвией и светло улыбнулась.

— Мин Е, завтра в бою будь осторожен, береги себя!

Перед уходом она вспомнила о его строгих наставлениях и тщательно обулась, а потом наступила на разорванное золотое платье на полу.

— Не вини меня за то, что я не хочу это надевать. Оно велико мне и больше подходит Тянь Хуань, пусть она и носит.

Кому в Шан Цине хочется подбирать ей одежду по размеру?

Маленькая принцесса-жемчужница уходила все дальше и дальше, пока её изящная фигурка не растворилась в густом тумане.

Мин Е долго лежал с закрытыми глазами, потом открыл их и с остервенением вытер губы. Вскочив с ложа, он начал поспешно одеваться, страстно желая проучить невежественную и невоспитанную жену. Но небо над обителью озарило ярким всполохами света, и владыка, нахмурившись, вынужден был отправился в совсем другую сторону.

Сан Цзю пришла на берегу Мохэ. Она пристально вглядывалась в мутные воды пока из них не показалась голова её брата — принца-моллюска Сан Ю. Он подплыл к берегу, и она вложила в его протянутую ладонь драгоценную реликвию.

Бурные волны Мохэ накатывали на берег, катая по дну пустые раковины. Сан Цзю опустила голову и тихо спросила:

— Брат, как там отец?

Сан Ю вперил в неё разгневанный взгляд и с горькой усмешкой спросил:

— Ты всё ещё помнишь об отце, а не только о своём бессердечном бессмертном господине?

Сан Цзю склонилась ещё ниже.

— Прости…

Проснувшийся в нефритовом браслете Гоу Ю с удивлением узнал в принце реки Мохэ вельможу Пан И Чжи. И он здесь?! Сколько же людей вошло вслед за ними в иллюзию, сотканную из воспоминаний дракона? Каких ещё сюрпризов ждать…

Принц отвернулся от сестры и сделал несколько шагов по воде, но, увидев, что Сан Цзю так и сидит неподвижно на берегу, вернулся и накрыл ладонью её макушку со смешанным чувством гнева и жалости.

— Ты вышла замуж за богоподобного Мин Е, а он даже не помог тебе избавиться от темной ци* мира смертных. Прошло сто лет, а ты нисколько не выросла духовно. Чем вообще ты занималась в Шан Цине?

Каждое десятилетие Сан Цзю передавала для царства реки Мохэ реликвию, но впервые за столетие встретилась с братом. Принц-моллюск был уверен, что его младшая сестрёнка давно избавилась от демонической сути, но она осталась такой же, какой была сто лет назад до своего замужества.

Сан Цзю поспешила его заверить:

— Ко мне относились неплохо.

Но и не хорошо. Никому не было до неё дела, никто не замечал её и тем более не хотел с ней разговаривать.

Сан Ю посмотрел на нее понимающим взглядом и проговорил:

— В Мохэ царит беззаконие с тех пор, как здесь побывал твой супруг и его прихвостни. Этот богоподобный дракон хотя бы догадывается, что ты сделала ради него?

Сан Цзю умоляюще вскрикнула:

— Брат!

— О, да, всё, что с нами происходит сегодня — на твоей совести. Смотри на эти грязные бурные волны, это он принёс нам несчастья! Сан Цзю, ты можешь это сделать, отплати ему!

Сан Цзю робко возразила:

— Брат, ему уготовано стать божеством.

Сколько времени потребуется для того, чтоб стать богом? Грядет битва между богами и демонами, если нечисть не остановить, не только Мохэ, но весь человеческий род погибнет.

Лицо Сан Ю дрогнуло. Он посмотрел на неё с сожалением, но настаивать не стал. Только проговорил сердито:

— Возвращайся в Шан Цин, король-отец не хочет тебя видеть.

Сан Цзю робко улыбнулась в ответ:

— Я сейчас же уйду.

Брат не знал, что для неё больше нет места в царстве бессмертных.

Уходя, принцесса оглянулась: бурные воды Мохэ утихли под золотистым свечением реликвии, и на её сердце стало спокойнее.

Принцесса жемчужниц долго скиталась по свету, пока не поселилась в волшебной бамбуковой рощице — обители маленькой феи земли. Сан Цзю очистила для неё родник, и вода в источнике стала чистой и сладкой, за что та позволила ей остаться и заниматься духовной практикой.

Сан Цзю была уверена, что Мин Е не позволит ей так просто уйти с украденной реликвией и явится рано или поздно. Но миновало две осени, а о нем не было никаких вестей.

Но вот на третье лето, когда софора расцвела и превратилась в цветочного духа, а маленький гриб перевоплотился в резвого мальчишку, бабочки над родниковой водой, а вслед за ними и все другие обитатели волшебной рощи, начали судачить о делах в Шан Цине.

— Дева-небожительница Тянь Хуань очнулась! — твердили они наперебой. Владыка Мин Е лично очистил её темную ци, в которой она пребывала почти сто лет!

Той ночью растревоженное сердце Сан Цзю не давало ей уснуть. Сквозь пелену слез она смотрела на луну в небе и не могла найти себе покоя. Девушка то и дело бегала к ручью, чтобы умыть горящее от слёз лицо родниковой водой, за что маленькая фея отругала её почём зря.

А на утро её пытка продолжилась. Волшебные обитатели рощи рассказывали друг другу наперебой:

— На торжестве в честь пробуждения Тянь Хуань владыка Мин Е подарил ей чудесное платье из туманной парчи. Говорят, этот наряд соткан из облаков и оттого невесом и прекрасен, а ещё в ткань вплетена сила земли и неба, которая защищает деву от всякого зла.

Сан Цзю закрыла лицо русалочьим шёлком рукавов, приказывая себе не ревновать.