Тэнло Вэйчжи – Светлый пепел луны (страница 42)

— Другой? — он задумчиво повторил это слово, точно пробуя его на вкус. — Я не могу практиковать боевые искусства, мои кости некрепкие, рождён с раненым сердцем, и неизвестно, сколько лет смогу прожить. Тётушка Лань Ань, и ты думаешь, есть другой способ? — Он закрыл лицо руками и недобро рассмеялся. — Почему же ты так скривилась? Ты тоже боишься меня? Всё ещё думаешь, что этот способ губителен для моей души?

Красивое лицо женщины побледнело. Совсем как тогда, когда ей пришлось оставить Тан Тай Цзиня одного. Но она довольно быстро собралась с духом и ответила:

— Разумеется, я не боюсь вас и помогу во всём, что вы задумаете. Что значит жизнь нескольких зловредных демонов, если это поможет вашему высочеству обрести силу. Ночные Тени найдут и доставят для вас столько демонов, сколько потребуется.

Тан Тай Цзинь кивнул и продолжил вытирать свои холодные костлявые пальцы.

— Конечно, я верю тебе, тётя Лань Ань, ты доказала свою преданность. Я не буду ставить тебе в вину брезгливость, но нечего их жалеть. В этом мире полно скверны. Демоны, не сумевшие себя защитить, рано или поздно находят свой конец. Я даю им возможность принести пользу.

— Ваше высочество правы, — согласилась, потупив глаза, Лань Ань.

Тан Тай Цзинь вытянул руку и посмотрел на неё почти с отвращением:

— Впрочем, я такой же, как они. Скверна неизлечима.

Сердце няни сжалось от жалости. После того, как она бросила маленького Тан Тай Цзиня на произвол судьбы, её не переставали мучить сожаления и сомнения в принятом решении, но время вспять не воротишь… Её жизнь принадлежит императрице Жоу, предсмертным желанием которой было спасение ее сына. Ребенок выжил. Лань Ань исполнила волю покойной. И раз уж она все-таки решилась взрастить великого демона — прочь сомнения.

Придворный лекарь предрекал, что мальчик вряд ли доживёт до десяти, но алхимия внутренней демонической силы помогла ему достичь совершеннолетия. Даже если этот путь порочен, он должен быть пройден. Лань Ань могла надеяться только на то, что Тан Тай Цзинь станет сильнейшим, безжалостным и хладнокровным властителем, который выживет во что бы то ни стало.

Лань Ань загляделась на прекрасный профиль юноши и вдруг заговорила о другом:

— Наше плавание продолжается уже третий день. Я слышала, что прежде ваше высочество не очень-то ладили со своей супругой — госпожой Е.

Тан Тай Цзинь, растирая пальцы, медленно спросил:

— Что ты хочешь этим сказать?

— Всего лишь то, что преступлений юной госпожи достаточно, чтоб приговорить её к казни от «тысячи порезов»****. Однако, она уже два дня томится в трюме, и ваше высочество, кажется, изволили о ней забыть.

В воздухе повисла зловещая тишина.

Тан Тай Цзинь веско обронил:

— Лань Ань, это просто смешно. Ты намекаешь, что у меня есть к ней чувства?

Лань Ань многозначительно промолчала.

Хотя предположение было нелепым, она не могла избавиться от этой мысли. Этот мальчик рос на её глазах. Она знала его лучше всех на свете.

Тан Тай Цзинь пронзил её колючим черным взглядом:

— Что есть жизнь и смерть? Если за смертью следует перевоплощение, значит, смерть — путь к новой жизни. Убивая, я дарую им новую жизнь, Лань Ань, стоит ли об этом сожалеть?

Тан Тай Цзинь с рождения не ведал жалости.

Лань Ань вспомнила, как в детстве он поймал бабочку и, сжав в ладони, наблюдал, как она трепыхалась своими изломанными крылышками. Он не убил её сразу за то, что она, усевшись на его еду, испачкала ее своими лапками. Оторвав ей крылья, он бросил насекомое умирать в сточные воды. Когда Лань Ань вошла, Тан Тай Цзинь преспокойно доедал нечистую пищу и, указав на умирающую бабочку, довольно заявил:

— Посмотри! Я научился милосердию.

Понимал ли он когда-нибудь смысл этого слова?

Нет. Это никак не милосердие, а жестокость, только ещё более циничная и извращённая. Лань Ань бессчётное количество раз говорила ему, что так поступать нельзя, и без того люди думают, что он монстр. И он задумывался над этими словами, но понял только, что для того, чтобы выжить и добиться желаемого, нужно научиться лицемерить.

Увидев девушку в трюме, Лань Ань вспомнила ту бабочку и поняла, что однажды и она исчезнет из этого мира во мраке ночи самым чудовищным образом от руки Тан Тай Цзиня.

Однако, узница до сих пор оставалась жива.

И Лань Ань не понимала, почему.

Утром она спускалась в трюм и видела, как юная третья госпожа с испачканным грязью нежным личиком безмятежно спит, свернувшись клубочком.

За два дня они почти доплыли до границы Великой Ся, а Тан Тай Цзинь не убил её и не осквернил. Он поймал прекрасную «бабочку», но пленив ее, не осмелился сломать её хрупкие «крылышки».

Е Си У усмирила его жестокость, но для Лань Ань это была плохая новость.

Со дня смерти императора Чжоу, Тан Тай Цзиня ожидала бесконечная битва за престол, и внезапное проявление чувств не делало его сильнее.

Размышления Лань Ань прервал раздражённый голос Тан Тай Цзиня:

— У тебя отвратительные мысли.

Он прижал ладонь к своей груди и почувствовал, как под нею неторопливо, удар за ударом бьется его холодное, не ведающее жалости сердце. Ему небезразлична Е Си У? Как вообще Лань Ань могла прийти к такому глупому выводу?

— Завтра, когда корабль подойдёт к крепости Цзяюй,***** я покажу тебе весёлое представление, — проговорил он холодным голосом и многозначительно посмотрел на Лань Ань. А про себя подумал: «И тогда ты увидишь, что она мне безразлична.»

Глава 24: «Отчаянное положение»

Слова Тан Тай Цзиня застали Лань Ань врасплох. Вернувшись в свою каюту, она крепко задумалась. Из головы не шла картина: Тан Тай Цзинь, поглощающий пилюлю демонической энергии в комнате, залитой кровью растерзанных демонов. Госпожу обуревали сомнения.

К ней тихонько подошла служанка и привычными движениями помассировала виски хозяйки.

— Моя госпожа, вам снова нездоровится?

— В последнее время я часто вспоминаю Юэ Кун И… — ответила та усталым голосом.

Служанка замерла. Десять лет она была доверенным лицом своей госпожи. На её глазах Лань Ань прошла путь от дворцовой служанки до жены вождя клана И Юэ.

Когда было принято решение отправить Тан Тай Цзиня в Великую Ся в качестве заложника побежденной страны Чжоу, Лань Ань прекрасно понимала, что без поддержки ему там не выжить. Поэтому она публично разорвала все отношения с Тан Тай Цзинем и слёзно умоляла императора Чжоу отпустить её из дворца. Как только его величество дали высочайшее разрешение, она, немедля, отправилась в земли клана И Юэ. Это было полное опасности и трудностей путешествие, но она стоически выдержала его. В то время Лань Ань была молода и прекрасна, но славилась не одной красотой. Девушка обладала великолепными навыками в рукоделии. Она научила народ И Юэ выращивать шелковичных червей, прясть и ткать. Открыла женщинам племени секреты маринада. Не удивительно, что вскоре умница и красавица стала женой главы клана И Юэ — Кун И. Он в ней души не чаял и после свадьбы супруги зажили счастливо.

Пока… Пока, Лань Ань не убила мужа собственными руками, единолично возглавив клан. Получив власть, бывшая няня Тан Тай Цзиня первым делом наладила тайную торговлю ядами и снадобьями, изготовлением которых всегда славились здешние места. Для осуществления своих тайных целей и она отобрала из воинов племени самых сильных и преданных и создала из них тайную армию Ночных Теней.

Никто даже не догадывался, как сильно Цзин Лань Ань боготворила покойную наложницу Жоу, насколько она была ей предана. Это великодушная женщина когда-то спасла бедную девушку от невзгод и несчастий, приблизила к себе и обучила всему, что знала и умела сама. Когда Жоу умерла, ее новорождённый сын стал для Лань Ань смыслом жизни. Ради него она должна была стать сильной и влиятельной.

Во время пребывания Тан Тай Цзиня в Великой Ся, его няня издали заботилась о нем. Для того, чтобы быть в курсе всего, что с ним происходит, Лань Ань приручила кровавых воронов и они стали для неё и принца-заложника, подобием почтовых голубей.

Цзин Лань Ань ждала, когда сын ее благодетельницы достигнет совершеннолетия и к моменту его возвращения на родину готовила тайный переворот в Чжоу Го. Но скоропостижная смерть императора Чжоу и последовавшее за этим стремительное восхождение на престол третьего принца разрушили все её с таким тщанием построенные планы, так что с возвращением Тан Тай Цзиня пришлось поторопиться.

Служанка смотрела на свою госпожу и понимала, что творится у неё на душе. Она знала, что Лань Ань была единственной, кто заботился о принце с момента, когда шестилетний мальчик стал заложником во вражеском государстве, а восемнадцатилетняя девушка вынуждена была отправиться на чужбину. За годы разлуки они прошли длинный, полный испытаний путь, но особой близости между ними так и не возникло. Время от времени госпожа вспоминала своего супруга, но сожалела ли она о его смерти? Кто знает? Да и какая теперь разница.

— Уйди. Я хочу побыть одна, — хрипло проговорила госпожа, и служанка поспешно удалилась. Из потайного места Лань Ань достала замочек на цепочке.* Детский оберег, трогательный и милый. Она прижала его к щеке и замерла с печальным выражением на лице.

Что ж, время неумолимо. Вот и она уже немолода. Тот, кто растит юного демона должен за это поплатиться. Она закрыла глаза и вздохнула.