Тэнло Вэйчжи – Светлый пепел луны. Книга 3 (страница 20)

Неужели она действительно обещала Таньтай Цзиню нечто подобное? Нет, это невозможно. Наверняка он солгал. Когда-то она была настолько глупой, что решила встать на его сторону, вообразив, будто ей по силам принести мир и безопасность простым людям в двух государствах. Ценой ее наивности стала гибель Сяо Линя. Однажды принц Сюань сказал ей, что она никогда не сможет понять мысли Таньтай Цзиня и верно оценить свое место в его сердце. И действительно, прирожденный демон мог улыбаться ей и казаться жалким и ранимым, а в следующее мгновение выпустить в нее стрелу из вод Жо и превратить в марионетку, лишенную собственной воли. Она никогда больше не станет его недооценивать.

Внутри небесной колесницы было просторно, как в большой комнате, и пролетала она по тысяче ли в день. Сусу подошла к бесчувственному Юэ Фуя и коснулась пальцем его лба между бровей. Он сильно пострадал.

Значит, Таньтай Цзинь действительно пытался их убить. Не отразись она в Зеркале прошлого и не яви ему свой прежний облик, их с Юэ Фуя, скорее всего, уже не было бы в живых.

Один из собратьев заговорил с ней, успокаивая:

– Сестрица, не волнуйся, владыка Цюй Сюаньцзы обязательно излечит Фуя.

Она молча кивнула и откинулась на спинку кресла. Неожиданно она почувствовала холодок на шее, как будто что-то двигалось. Девушка только сейчас заметила у себя на груди новую подвеску. Она сняла украшение и поняла, что оно похоже на голубой кунхоу. Его струны переливались перламутровым блеском, сильно бросаясь в глаза. Откуда… у нее эта вещица?

Чон Юй чувствовал беспокойство Сусу, но заговорить при посторонних не решился: небесные артефакты не способны породить духов оружия, такое под силу только божественному артефакту. Поэтому все, что ему оставалось, – взлететь на ладони Сусу, выписывая контуры сердца. Подумав, что эта безделица чрезвычайно мила, девушка невольно улыбнулась.

Кунхоу хранил молчание. Восстановив души в расписном свитке Тысячи ли, совершенствующиеся и боги обычно забывали все, что произошло за это время. Он хотел напомнить Сусу, что на ее руке была печать Памяти и она сама сотворила ее, но пока не мог раскрыть себя. А позже и вовсе передумал: раз печать Памяти сожжена, так зачем обо всем ей рассказывать? К чему заставлять Сусу чувствовать себя виноватой?

К тому же кунхоу не слишком нравился молодой человек, способный призывать арбалет Убийцы богов. Хорошо, что этот опасный тип теперь будет подальше от девушки. Зачем ей такое чудовище под боком? И все же Чон Юю стало не по себе.

Неожиданно в тишине раздался звук компаса фэншуй[48], лежащего на столе. Его дал младшей соученице Гунъе Цзиу, беспокоясь, что в тайном царстве она может попасть в беду. С помощью звука, который подает это магическое устройство, он нашел бы ее где угодно.

Сусу охватило нехорошее предчувствие. Почему Гунъе Цзиу решил отыскать ее сейчас? Девушка быстро взяла компас в руки и спросила:

– Старший собрат?

Ответа не было.

– Старший собрат, ты слышишь меня?

Спустя долгое время оттуда раздался испуганный голос:

– Собрат Гунъе в беде… Помогите… Ах, помогите!

Звуковой компас фэншуй сильно затрясся и замолчал.

Собратья из секты Хэнъян, которые все слышали, заволновались. Гунъе Цзиу – лучший среди них. Но даже для него гора Тайсюй – опасное место. Что же там случилось? До Хэнъяна лететь еще два дня. Подумав, Сусу решила:

– Продолжайте свой путь и доставьте Фуя домой, к владыке. А я отправлюсь на гору Тайсюй и выручу собрата.

Ученики наперебой предлагали помочь. Большинство из них уже достигли ступени золотого эликсира и считались будущим секты.

Девушка молча сложила мудру, и в тот же миг из кончиков ее пальцев вылетел огненно-красный феникс с синим хвостом. Хотя очертания птицы оставались размытыми, от его перьев веяло властной силой кармического пламени. Всполохи огня танцевали вокруг Сусу.

Девушка подняла глаза:

– Я иду спасать старшего собрата!

Все смотрели на феникса широко раскрытыми глазами, и на этот раз никто не возражал.

В это самое время Таньтай Цзинь и Цан Хай летели на тыкве-горлянке. Толстяк с грустью взглянул на притихшего младшего собрата в белых одеждах, сидевшего скрестив ноги, и снова вздохнул: он и так не отличался общительностью, а теперь и вовсе ушел в себя. Как только он осмелился связаться с дочерью самого Цюй Сюаньцзы? Тут не просто разница поколений – между этими двумя непреодолимая пропасть.

– Младший соученик, – решился заговорить Цан Хай, – ты в самом деле напал на собрата из Хэнъяна?

Юноша открыл глаза и покашлял. Губы его тотчас окрасились кровью. Толстяк страшно испугался, и сердце его сжалось.

– Ладно, ладно, ничего не говори, я верю тебе. Это наверняка какое-то недоразумение, – встревожился Цан Хай и вдруг увидел, что младший собрат смотрит на него с улыбкой.

– А куда мы летим?

Голос молодого человека был мелодичным и приятным.

В клане Сяояо все совершенствующиеся отличались простодушием и бесхитростностью, и Цан Хай никогда не считал, что это плохо. Он честно ответил:

– На гору Тайсюй.

– Тайсюй?

– Точно так. – Цан Хай немного смутился. – Все секты отправили туда своих добровольцев, почему Сяояо вечно остается в стороне? Я спросил об этом главу в письме – он сказал, что и сам собирается лететь и все разузнать.

Владыка Чжао Ю – один из двух уважаемых старейшин секты Сяояо. Поскольку она малочисленна, в такое время только он мог действовать от лица секты.

– Хорошо, летим на Тайсюй.

Тыква-горлянка раскачивалась, но, к счастью, летела очень быстро. Вскоре они достигли горы, и Таньтай Цзинь прищурился.

– Что такое, младший собрат? – забеспокоился Цан Хай.

Он прекрасно знал, что этот малый отличается сообразительностью.

Тот, видя, что на над горой Тайсюй поднимается демоническая ци, поднял брови, взглянул на него и сказал:

– Здесь что-то не так.

– Что? Где?

Таньтай Цзинь произнес заклинание и взмахнул рукой перед глазами Цан Хая. Тот оглянулся и ошеломленно застыл. Лучше бы он не смотрел.

Гору окутывало облако ужасающей демонической ци, настолько плотное, что вокруг не осталось ни следа духовной энергии. Трава в этом месте пожухла, и даже горные ручьи высохли.

Цан Хай опрокинулся на тыкву-горлянку и пробормотал:

– Неужели мы видим рождение демона засухи?.. Младший собрат, это выглядит так ужасно!

Таньтай Цзинь спокойно сказал:

– Да, похоже.

Добродушный толстяк не верил своим глазам. Единственным его желанием было удрать куда подальше, однако, представив, что наставник все еще находится внутри, он не смог сделать ни шага. Прикинувшись, что ему не страшно, он велел:

– Собрат, тебе лучше вернуться, а я пойду посмотрю, что там.

Молодой человек заметил дрожь в ногах старшего соученика, но ответил:

– Хорошо, тогда я ухожу.

– Так… холодно… – сказал Цан Хай.

На миг в небе мелькнуло голубое свечение. Заметив его, Таньтай Цзинь остановился и, медленно сжав кулаки, прикусил щеку. Внезапно он холодно бросил:

– Собрат, я пойду с тобой.

Глава 14

Во власти обмана

Цан Хай не понял, почему его младший собрат так быстро передумал, и просто согласился:

– Ладно, ладно.

Хотя соученик молод, перед лицом трудностей он сохраняет спокойствие и иногда даже более надежен, чем сам Цан Хай. Толстяк почувствовал себя увереннее и вместе с Таньтай Цзинем направился к горе Тайсюй.

Как могущественные старейшины совершенствующихся обладают естественной способностью подавлять слабую нечисть, так и могущественная нечисть подавляет слабых последователей светлого пути. Как только Цан Хай начал подниматься по склону, каждая волосинка на его теле встала дыбом от ощущения опасности. Не прошли они и нескольких шагов, как в сухой траве заметили тела погибших учеников. Цан Хай в задумчивости хотел было что-то сказать, но младший прошел мимо него, пристально глядя перед собой.

– Помедленней, ты еще не оправился от ран! Тебе следует быть осторожнее!

Кунхоу замер над землей, и Сусу легко спрыгнула в сухую траву. Духовный инструмент снова превратился в изящный кулон на шее.

Поскольку девушка совершенствовалась по даосским канонам, полагаться на свой меч, запятнанный демонической ци, она больше не могла. Но он не был небесным оружием высокого уровня, поэтому ее это совсем не расстроило.

Сусу больше волновало, откуда взялся кунхоу. Пока они летели, девушка спросила Чон Юя об этом, на что тот пробормотал:

– Я… сокровище, которое ты получила в тайном царстве Изначальной синевы. Просто-напросто мощное божественное оружие. Не бери в голову.