Тэнло Вэйчжи – Светлый пепел луны. Книга 2 (страница 25)

– Если уж ты все решил, я ничего не могу с этим поделать. И все-таки у меня есть идея, как добиться меньших жертв. Я пойду с тобой и помогу.

Она редко говорила с ним так ласково. Не отрываясь он смотрел на ее яркую улыбку и жертвенное платье и вдруг вспомнил свою спасительницу под водой: как ее омывало течением и как ослепительно сиял подол этой юбки.

Он и не заметил, как Сусу подошла совсем близко. А когда попытался сделать вид, что ему противен ее неопрятный вид, красавица невинно взмахнула своими длинными ресницами, похожими на два маленьких веера. Все в девушке дышало нежностью и свежестью. Даже от ее испачканного белого платья совершенно не пахло речным илом – напротив, тело Сусу благоухало. От нее исходил изысканно-чувственный аромат цветов альбиции[52].

Пытаясь сохранить самообладание, молодой император стиснул зубы и процедил:

– Ты что-то знаешь?

– Есть один способ…

Сусу сжала миску в руках и начала что-то шептать ему на ухо. Внезапно на ее лице появилось отвращение, а в следующий миг девушка разбила о голову юноши пустую плошку со словами:

– Я нашла для тебя подходящий способ! Ты такой плохой и подлый, что тебе поможет только удар молнией!

Таньтай Цзинь схватил Сусу за запястья и, оказавшись почти вплотную, поднял ее руки над головой.

– Думаешь, опять сможешь нас обмануть? – усмехнулся он.

Шелковые путы не только лишили ее возможности применить заклинание, но и сделали девушку слабой, она не могла сопротивляться. Раньше Сусу была опасна, как маленький бойкий сурок с острыми зубами и когтями, а стала беззащитнее кролика, пойманного в ловушку.

– Сейчас же отпусти!

Таньтай Цзинь схватил ее за подбородок и предупредил:

– Наше терпение не безгранично. Если опять что-нибудь вытворишь…

Пусть Сусу и потеряла прежнюю силу, но не ловкость! Она согнула ногу и резким движением нанесла ему удар коленом в пах, после чего попыталась высвободиться из его рук. Все мужчины, даже самые сильные и могущественные, боятся этого удара. Таньтай Цзинь не был исключением. Его красивое лицо побледнело, на какой-то момент он чуть ослабил хватку, неосознанно желая прикрыть рукой низ живота. Однако девушку все равно не выпустил. Тогда Сусу шагнула назад, опустила голову и, сверкнув черными глазами, врезалась в его грудь что было силы. Оба застонали от боли, и Таньтай Цзинь, стиснув зубы, процедил:

– Ты практиковала технику железной головы?[53]

Он посмотрел на девушку. Ее взгляд помутнел. Казалось, она вот-вот потеряет сознание. Не выдержав, Сусу оперлась на его грудь.

От жгучей боли в груди и внизу живота перед глазами Таньтай Цзиня поплыл красный туман. Опершись спиной на холодную стену, он с яростью подумал: «Почему она всегда так поступает со мной?!»

Глава 16

День совершеннолетия

Сусу сделала шаг назад, подняла голову и стиснула зубы:

– Это мой ответ тебе.

Атаковав, она сразу отступила: сейчас ей не совладать даже с Таньтай Цзинем.

Тот стоял сгорбившись, глаза его покраснели и слезились, а желваки на скулах ходили ходуном. Выплеснув свой гнев, Сусу с трудом подавила смех:

– Почему бы тебе не пойти к дворцовому лекарю?

Отряхнув рукава, молодой человек зашагал прочь. Шел он явно нетвердо, чем позабавил Сусу, и она со злорадством состроила ему вслед рожицу. Может, и к лучшему, если у повелителя демонов не будет потомства? Что бы он оставил им?

На выходе из темницы к Таньтай Цзиню бросился евнух, но тот оттолкнул его. Так с угрюмым лицом и пошел сам. Евнух оглянулся и увидел в свете свечи девушку в белом платье, презрительным взглядом провожающую императора. Ему показалось или… господин пришел навестить эту женщину, а она его избила? Подумав об этом, слуга поспешил за повелителем.

Сусу посмотрела на дверь перед собой и раздраженно пригладила волосы: Таньтай Цзинь и в самом деле собирается достать со дна речного мертвецов! Что же делать? Обычно повелители готовились к войнам, тренируя войска. Он же целыми днями только и думает, как победить с помощью демонов.

Конечно, Сусу не хотела, чтобы он уничтожил Великую Ся, но в глубине души отчетливо понимала, что Таньтай Цзинь никогда не сможет остановиться. Сама его природа отторгает чувство жалости и сопереживания, при этом он всем своим естеством жаждет отмщения тем, кто его мучил и унижал. Да и родную Чжоу-го новый повелитель ненавидит ничуть не меньше, чем Великую Ся. Он не считал граждан вражеского государства за людей, однако и своих подданных не берег, посылая их на верную смерть ради собственных устремлений.

Таньтай Цзинь – безумец, безразличный к чужим судьбам. Хотя нет, возможно, он неравнодушен к Е Бинчан. По крайней мере, перед ней он ведет себя куда сдержаннее, чем перед другими.

От мыслей об этом у Сусу разболелась голова, и у нее так и не получилось придумать, как справиться с мертвецами.

Вечером в каморку принесли несколько ведер теплой воды и чистую одежду. Немного удивленная, Сусу улыбнулась и кивнула.

– Большое спасибо.

Служанка же поспешно откланялась, даже не поднимая глаз, как будто считала узницу опасной.

Девушка сбросила одежду и наконец приняла ванну, затем взглянула на принесенное для нее одеяние: по краю белой шелковой юбки поблескивали вышитые золотом узоры, имеющие сакральный смысл. Ее поразила схожесть этого платья с жертвенной одеждой, которую она только что сняла.

Вдруг подал голос Гоую:

– Ты нравишься ему в белом жертвенном платье.

– Спи-ка себе дальше, – сердито бросила Сусу.

Тот улыбнулся про себя и умолк. К этому времени он почти восстановился и теперь снова совершенствовался, поэтому просыпаться ему было уже намного легче. К тому же и хранитель нефрита, и его хозяйка прекрасно понимали, что Таньтай Цзинь вел себя странно по отношению к Сусу. Чувства будущего повелителя демонов были то жарче кипящей воды, то холоднее льда.

А еще Гоую подумал, что лучше бы Сусу ничего не испытывать к Таньтай Цзиню: когда придет время поразить его тело Слезой угасания души, у нее не должно быть ни сомнений, ни сожалений.

Следующие несколько дней выдались для Сусу непростыми, хотя молодой правитель больше не появлялся, пока однажды Гоую не сообщил:

– Он за дверью.

Возможно, просто проходил мимо. Откуда ей знать? Она заперта и понятия не имеет, что происходит снаружи. Должно быть, лукавец что-то затевает и очень занят.

Вскоре после этого Таньтай Цзинь отправил людей выловить ходячих мертвецов, и Сусу наконец выпустили. Было пасмурно. Девушка посмотрела на затянутое тучами небо. Смертным в такую погоду вылавливать чудовищ не стоило бы: их всех поубивают. Зато для мертвецов это будет настоящий пир. Таньтай Цзинь и впрямь прирожденный повелитель демонов: он беспокоится о чудовищах и полностью равнодушен к людям.

Невдалеке стояла уверенная и серьезная женщина с мечом и пристально смотрела на нее.

– Госпожа Нянь Мунин! – позвал стражник.

Та кивнула:

– Я прослежу за тем, чтобы пленница его величества не сбежала.

Услышав фамилию незнакомки, Сусу догадалась, что она из семьи Нянь Байюя.

«У нее меч из персикового дерева – неудивительно, что Таньтай Цзинь доверил ей охрану», – подумала девушка.

Молодые женщины не отрываясь рассматривали друг друга. Нянь Мунин уже знала от брата, что есть девушка, которая постоянно дурит юного императора. Поэтому охранница не сдержала любопытства, когда наконец встретила узницу: в такой пасмурный день обманщица в белом платье с красивой золотой вышивкой на юбке выглядела невинной и благородной, а глаза ее были чище родниковой воды в колодце. Сусу, чувствуя недоброжелательность новой тюремщицы, и не подумала ей улыбнуться, своим строгим видом вполне соответствуя одеянию.

Нянь Мунин бесцеремонно подтолкнула ее:

– Не вздумай чудить. Лучше обдумай хорошенько, как сделать мертвецов послушными его величеству, иначе у тебя будут проблемы.

На руке Сусу все еще висела магическая веревка, и она не могла сопротивляться Нянь Мунин, однако не привыкла проигрывать. От толчка девушка едва не упала и посмотрела на женщину:

– Наверное, ты влюблена в его величество?

Нянь Мунин уставилась на нее:

– Что за бред ты несешь?

– Так я угадала, – улыбнулась Сусу.

Лицо Нянь Мунин потемнело, и она скривила губы.

– Хватит нести чушь! Если не сможешь ничего придумать, просто иди и скорми им саму себя.

Как и брат, молодая тюремщица с детства знала свое предназначение – возвести Таньтай Цзиня на трон. Совсем недавно Нянь Мунин спустилась с гор, где ревностно изучала даосизм и боевые искусства, и наконец у нее появилась возможность проявить себя. И пусть в боевых навыках она немного уступала брату, ее дао было чисто, и среди смертных она действительно выделялась.

Когда узница и ее стражница подошли к реке, на берегу уже толпились люди – испуганные пленники из Великой Ся, скованные кандалами по рукам и ногам. Сусу глубоко вздохнула и посмотрела на молодого человека, сидящего на высокой платформе, установленной прямо на земле. От дождя голову императора оберегало черное полотнище. Юноша сидел, наблюдая, как смертные пытаются выловить нечисть.

Первый же мертвец разорвал раба на части и жадно принялся грызть кровоточащую плоть. Губы Таньтай Цзиня растянулись в довольной улыбке, словно он увидел что-то приятное.

Сусу похолодела, а Нянь Мунин равнодушно подвела пленницу к императору. Тот, заметив девушку, перестал улыбаться, и его тонкие пальцы смяли шелк лунпао[54] любимого черного цвета с узорчатыми драконами, вышитыми серебряной нитью.