Тэнло Вэйчжи – Светлый пепел луны. Книга 2 (страница 2)
Люди просто хотели жить спокойной жизнью. Но очевидно, новый император Чжоу-го оказался безжалостнее прежнего, и принять это было страшно.
– Да кто их разберет, этих чудищ?.. Поди, не кошки и собаки…
Пройдя еще пару шагов, собеседники наткнулись на Сусу с Сяо Шанем и остолбенели. Откуда в лесу взялась такая необыкновенная красавица? Или это не человек, а… Но прежде чем они успели испугаться, девушка громко поприветствовала их и задала мучивший ее вопрос:
– Братья, скажите, а как зовут нового императора Чжоу-го? Не Таньтай Цзинь?
Услышав добродушный тон и поняв, что от нее не веет демоническим соблазном, охотники заметно расслабились, и тот, что был посмелее, ответил:
– Мы не знаем его имени.
Судя по их разговору, Великая Ся переживает не лучшие времена. К тому же Сусу было любопытно, почему сейчас стоит такая жара. Совсем не похоже на начало третьего месяца, когда она вошла в пустошь.
– Братец охотник, скажи, а какой сейчас месяц?
– Седьмой.
– А что вы делаете в лесу одна с ребенком?
– Я ходила в горы за лекарственными травами, но так и не нашла того, что искала, и заблудилась…
Один из мужчин обеспокоенно предупредил:
– Барышня, у нас тут очень неспокойно: Чжоу-го лезут со всех сторон. Его высочество принц Сюань охраняет ворота. Не ищите никаких трав, спешите домой и, не мешкая, уезжайте с семьей подальше.
Сусу порадовалась, что ей повезло встретить хороших людей, и поблагодарила:
– Спасибо за добрый совет! Мы с братишкой поторопимся домой. Но вы сказали, что генерал Е потерпел поражение на реке Мохэ? Как это случилось?
– Покойный император Чжоу-го держал при себе белолобого тигра[5] с выпученными глазами, ростом с небольшой холм. Эта тварь разметала армию генерала Е прежде, чем началось сражение. Воины в страхе разбежались кто куда и проиграли без боя… Крепость на реке Мохэ пала – теперь она в руках неприятеля.
– А сам генерал Е жив? – встревожилась Сусу.
– Я слышал, его раненым принесли с поля боя и он все еще очень плох. Наш принц Сюань остался вместе с войском защищать Юйчжоу.
От таких известий в сердце девушки разлилась тревога. Она была уверена, что пробыла в Бесплодной пустоши всего три дня, а оказалось – три месяца. Видимо, время там бежит иначе. Пока она отсутствовала, все изменилось к худшему, хорошо лишь, что яд весеннего шелкопряда в ее теле продремал все это время.
«Так, значит, Таньтай Цзинь убил Минлана и столкнулся с армией Великой Ся, которую возглавил принц Сюань. Отец тяжело ранен, старший брат отравлен, второй стал предателем. Какие неутешительные новости! К тому же не успела глазом моргнуть, как наступил седьмой месяц».
Сусу поблагодарила охотников и пошла с Сяо Шанем своей дорогой.
– Спустимся с гор и попрощаемся, – сказала она ему. – Сестрица должна идти в Юйчжоу, а там опасно. Для тебя я найду хорошую семью.
Тот в отчаянии уставился себе под ноги. С ним это происходило не в первый раз: сначала незаметно исчез отец, мать изредка навещала сына, потом тоже сказала, что уезжает в далекое место, и больше не вернулась, а теперь и эта девушка покинет его.
Он прошептал:
– Сестрица, я дорожу тобой…
Он привык к расставанию и не знал, сколько еще проживет, его же спасительница не похожа на обычного человека. Видно, ее ждут большие дела, а потому он не должен ей мешать.
Хотя Сусу всей душой рвалась в Юйчжоу, жалкий вид мальчика ранил ее сердце. Она сорвала бамбуковый листок, капнула на него своей кровью[6] и превратила его в изумрудно-зеленую птичку, вспорхнувшую Сяо Шаню на запястье.
– Это тебе, чтобы ты не грустил.
Зимородок легонько клюнул мягкую ручку мальчика, и он поджал губки, но в глазах его загорелись огоньки.
– Правда? Мне?
– Конечно! – улыбнулась Сусу.
– И она останется со мной навсегда?
Девушка кивнула. Она создала зимородка с помощью духовной силы Цветка отрешения от мира, и если Сусу умрет, то пичужка вновь превратится в бамбуковый листок.
Сяо Шань посмотрел на девушку и произнес торжественно и твердо:
– Я буду ее беречь!
Маленькая волшебная пташка чирикнула и взлетела, чтобы тут же снова вернуться к хозяину.
В городе у реки Мохэ на троне лениво расположился молодой человек в черном, а у его ног лежал красивый белолобый тигр. Юноша холодно посмотрел на связанного министра, и тот упал на колени. Чуть поодаль толпилась дворцовая знать.
– Предатель! Ты убил императора! Ты недостоин стать новым правителем! Я лучше умру, чем подчинюсь тебе, – запальчиво выкрикнул пленник.
– Что ж, тот, кто оскорбил императора Чжоу-го, недостоин легкой смерти, – невозмутимо ответил Таньтай Цзинь.
Покойный император имел немало последователей в Чжоу-го. Они провели рядом с ним десятки лет, и ни один не был готов присягнуть на верность тому, кто совершенствуется порочным путем, тем более что изувеченное тело Таньтай Минлана все еще висело снаружи.
Этот звереныш на троне не человек! Если они, образованные, ученые люди, сдадутся и склонят головы перед предателем и убийцей императора, что напишут о них в исторических хрониках тысячелетия спустя? Думая об этом, знать распалялась все больше, ругая Таньтай Цзиня на чем свет стоит. Шум в зале становился громче и громче. И только пара генералов из народа и-юэ обливалась холодным потом, с ужасом поглядывая на трон.
Глава 2
Возвращение
Министры так вдохновенно ругали Таньтай Цзиня, что ни разу не повторились в выражениях. Тот же внимал потокам высокопарной ругани спокойно и внимательно. Юноша не возражал им и не приказывал казнить, и бесстрастность узурпатора только больше распаляла вельмож: в конце концов, он еще не признан императором, кто он такой? Просто никчемный отщепенец! Шесть лет провел в заложниках во вражеской стране, явился в компании чужаков и прихвостней – такой человек не заслужил права сидеть на троне великого государства Чжоу-го! Смелость вельмож питала искренняя убежденность в том, что властитель, желающий признания и славы, не осмелится расправиться с представителями верховной власти и вынужден будет договориться.
Пришедший Ян Цзи застал странную картину: перед спокойным юношей раскричались, как торговцы на базаре, министры и чиновники. Те гневно ругали его, говоря: «Раз у тебя нет детей, то умрешь мучительной смертью!»[7] Стоял такой шум, что если бы он не помнил, как вошел во дворец, то перепутал бы это место с рынком.
Ян Цзи бросил обеспокоенный взгляд на Таньтай Цзиня, и его усы встопорщились от ужаса. Найдя неподалеку Нянь Байюя, он прошептал:
– Что здесь происходит? Эти старики больше не хотят жить? Его высочество не разгневан?
Управитель межгосударственных дел понимал, что во время войны было бы опрометчиво уничтожить министров и чиновников, но, если они так и не признают Таньтай Цзиня, он им этого не спустит.
Глава отряда Ночных Теней, Нянь Байюй, шепотом ответил:
– Уже целый большой час он слушает их брань.
Е Чуфэн, стоявший рядом, смотрел в пол и молчал.
Покричав еще примерно с чашку чая[8], придворные наконец истратили свой запал и запас слов, и в зале стихло. Таньтай Цзинь зевнул и поинтересовался у чиновников:
– Вы закончили?
Однако его хладнокровие снова раззадорило их.
– Сколько угодно держи нас здесь, а императором мы тебя не признаем!
– Можешь убить нас, узурпатор, но я, Гуань, служить тебе не желаю! – возмущенно выкрикнул один из вельмож.
– Думаете, мы[9] позвали вас, чтобы привлечь на свою сторону? – тихо рассмеялся юноша на троне, приложив руку ко лбу. Затем хлопнул в ладоши и приказал: – Подавайте!
Присутствующие в недоумении переглянулись. В следующий миг двери зала распахнулись, и дворцовые слуги внесли большой котел, полный бурлящей похлебки.
– Трусливый вор вроде нас по природе своей не кровожаден, – проговорил Таньтай Цзинь. – А вы потратили столько сил и времени на ругань, что наверняка устали и проголодались. Мы уже уяснили: каждый из вас непоколебимо и всецело верен своему императору. Это так трогательно, что мы решили вернуть его вам.
Ян Цзи овладело зловещее предчувствие. Он растерянно посмотрел на Нянь Байюя, но тот стоял с опущенной головой.
Когда внесли суповые миски и начали разливать варево, Таньтай Цзинь усмехнулся:
– Сейчас мошенник и отщепенец окажет важным людям свое глубокое почтение.
Слуги схватили одного из придворных и, сдавив ему подбородок, насильно раскрыли рот, чтобы накормить похлебкой. Советник министра бросил взгляд на мясо в миске, и его ошеломила ужасная догадка.
– Это суп из нашего покойного императора!
Повсюду раздались вопли страха и возмущения. В ответ Таньтай Цзинь велел, не мешкая, накормить супом остальных министров. Их лица исказились, они отчаянно вырывались, но разве может государственный служащий противостоять убийцам из племени и-юэ? Вскоре у многих чиновников началась рвота.
Тогда с деланой печалью в голосе Таньтай Цзинь проговорил: