Тэффи Нотт – Неспящая красавица (страница 26)
Из собственных размышлений Андрея отвлекли тихие шаги позади. Маг усмехнулся оборачиваясь.
— Ну, наконец-то, Владимир Александрович, а мы вас уже зажд…
Но перед ним стоял не Адлерберг. Точнее, не тот представитель семьи, которого он ждал увидеть.
— Надежда Ивановна, что-то случилось?
— Прошу, Андрей, для тебя просто Надя, — полицейская улыбнулась, и в этой улыбке было так много. Обещания самых горячих объятий и самых сладких поцелуев. Жаркого шепота по обнаженной коже и тихих стонов. Андрей оттянул ворот рубашки.
— Надя, — послушно сказал он. — Что-то случилось?
Барышня качнула головой, потянулась к волосам. В пару движений распустила пучок, и темные волосы заструились по плечам. Её черты лица немедленно стали мягче, да и весь внешний вид полицейской стал менее воинственным. Будто она наконец сняла с себя доспехи, за которыми прятала настоящую себя.
Надя преодолела те несколько метров, что разделяли их, оказываясь совсем близко, коснулась запястья мага.
— Прошу, только не надо вопросов, — тихо произнесла она, заглядывая в глаза. Андрей с ужасающей ясностью понял, что тонет в этой синей бездне ночного неба.
Маг протянул руку, касаясь темной прядки у лица, пропуская её сквозь пальцы. Любуюсь каждой черточкой красивого лица, разглядывая каждую родинку, изгиб брови, линию губ и тонкий шрам. Склонился, вдыхая аромат её волос.
Из головы вылетели все разумные мысли, которые Андрей так долго собирал, стоя у камина. Не вспомнил он о том, что с минуты на минуту в кабинете может появиться Владимир Александрович, и о том, что вот так дотрагиваться до незамужней барышни он не имел никакого права. И всё же маг коснулся нежной щеки ладонью, склонился к полицейской и поцеловал.
Этот поцелуй был совсем не похож на первый. Теперь аккуратные, изучающие прикосновения стремительно перерастали в нечто большее. К удивлению Андрея именно Надя оказалась более смелой, наступая, сминая его и сводя все попытки быть деликатным на нет. Становилось всё жарче, и вовсе не от того, что камин разгорался всё ярче. Пальцы запутались в волосах на затылке, маг рывком притянул Надю вплотную к себе… И через мгновение в его голову уперлось дуло револьвера. Раздался знакомый щелчок.
Андрей торопливо отпрянул, почувствовав металл. И пока разум мага возмущался, более мудрое сердце трусливо ухнуло в пятки, первым почувствовав опасность.
— Что за… — Андрей проглотил половину фразы, потому как перед ним стояла совсем не Надя. А он сам.
— Что, Андрюша, не рад видеть? — Фельдфебель напротив усмехнулся, дохнув на Андрея спиртовыми испарениями, убрал пистолет.
Как такое может быть, Андрей уже не спрашивал, догадывался, что очередное видение. Только от знания этого легче не становилось. Офицер-дознаватель перед ним покачнулся, махнул револьвером, пьяно улыбнулся. Русые волосы были всклокочены, на скуле наливался синяк, парадная форма, такая же, в которой он обычно щеголял на балах, была в беспорядке. Такая же, как на фотографии на камине.
И если от видения в подвале было страшно, то от этого кривого зеркала было жутко. Да и такое уж оно кривое?
— Полюбила я милёнка черненького кажется, — затянул Андрей напротив. — А он, рыжая зараза, гуталином мажется! И-и-их!
Мужчина махнул револьвером и сам рассмеялся своей незатейливой шутке, то ли на ходу сочиненной, то ли прослушанной где. Маг поморщился. Неужели он и вправду так выглядит со стороны? Выглядел раньше.
— Что ты хочешь? — Андрей сделал ещё полшага назад. — Я знаю, что ты — всего лишь видение.
— Да? Бесстрашный? — Его двойник сделал широкий шаг навстречу. — А видение может так?
Фельдфебель вскинул пистолет и выстрелил. Звук на мгновение оглушил Андрея, но хуже было другое, в полу дымилось пулевое отверстие. Такое от бестелесных духов точно не остается. Маг поспешил сжать в кулаки дрожащие руки.
— Эх, Андрюшка! — Двойник широко расставил руки. — Куда ж ты нас затащил? Помимо того, что в столице проштрафился, в какую-то глушь кинули, так еще и в доме чертовом оказался, откуда ни входа, ни выхода. Да с кем…
— Что ты хочешь? — С нажимом повторил Андрей.
— А помнишь ту песенку? “От Адлербергов и Барановых избави Боже, дом Романовых”, — напел двойник слащаво-приставучую мелодию базарной песенки. — Ты на кого рот-то свой раззявил? На дочку Юлии-свет-Фёдоровны? — Фельдфебель рассмеялся. — Думаешь, тебя по головке нагладили, в чине подняли, так ты теперь — пуп земли? Вот умора!
Двойник расхохотался, а Андрею стало совсем жутко. Этот второй Андрей как будто и правда был им самим. Той его частью, что пряталась в тени, что заставляла сомневаться, бояться, отступать. Что знала все его потаенные страхи.
— Она тебе что сказала? — Двойник выжидательно уставился на Андрея. — Ну, чего молчишь? — Дуло нагана посмотрело в переносицу мага. — Что девка тебе сказала, когда ты предложение ей делать собрался?
— Что надо подождать, — нехотя ответил Андрей, покосившись на револьвер. Какова вероятность, что пули тут всё же настоящие?
— Нахрен ты ей не сдался потому что! — Фельфебель жестко усмехнулся. — Если бы любила, думать не стала.
— Она не ветряная вертихвостка, — тихо ответил Андрей, уже без былой уверенности. Прав ведь, шельма, прав.
— Конечно! И на кой черт такой барышне, дочке Адлерберг и генерала, ты? — Дуло очертило силуэт Андрея. — В приданном деревня у черта на рогах, ни связей, ни имущества. Друзья-пьяницы, да несколько убийств за душой. И ладно убийств, так дуэлей. Невинных загубил, Андрюша! Знаешь, кем ты до конца жизни в глазах ее будешь?
— Убийцей… — Тихо выдохнул Андрей.
— Убийцей! — Возопил двойник, торжествующе воздевая руки к потолку. — А она кто? Правильно, полицейская! Капитан-дознаватель Огонь-Догоновская. Таких как ты она в околоток ловит, а потом в Сибирь отправляет. Но никак не ходит с ними под венец.
Андрей молчал, стиснув зубы, сжав кулаки. Прав, тысячу раз прав штабс-фельдфебель.
— Ты в церкви-то когда в последний раз был? Да знаю, не отвечай, — махнул рукой офицер. — Давненько. Ты меня-то глазенками своими не буравь, себя спроси: что я, Андрей Сергеевич Голицын, хорошего в этой жизни сделал? — Не дождавшись ответа, сам произнес: — Ни-чер-та!
И снова расхохотался. Андрей во все глаза смотрел в это “кривое зеркало”. Мужчина напротив казался ему умалишенным, похожий на магов, на чью долю приходится либо слишком много горя, либо слишком много силы, которая по итогу поглощает их. Профессиональная болезнь, как говорили в ведомстве.
— А знаешь, что давным давно тебе надо было сделать? — Двойник снова оказался рядом. Холодное дуло на этот раз уперлось в подбородок Андрея, тот вскинул голову. — Опять молчишь, гад. Не зна-а-аешь, — протянул фельдфебель. — Я зато знаю.
Мужчина отпрянул. Взвел курок, в мгновение ока вставил дуло себе в рот. Андрей было дернулся, чтобы остановить это безумие, но раздался выстрел. Тело фельдфебеля, разбрызгивая кровь и внутренности черепа, медленно завалилось на пол.
Андрей не мог ни пошевелиться, ни отвести взгляд. Его била крупная дрожь.
Нет-нет-нет, — билось в голове. Не так все это должно закончится. Не такой печальный конец ждет Андрея Голицына, ни здесь, ни в столице, ни где-либо ещё. Да, он много ошибок совершал, но это не значит, что не было в ней и чего-то хорошего.
Теперь Андрей ясно видел, что будет, продолжи он в том же духе. Пьяные выходки, дуэли, отсидка за спинами старших товарищей. Маг крепче сжал кулаки, впиваясь короткими ногтями в кожу. Нет уж, пока он жив, он может многое.
Маг обернулся к камину. Огонь задорно, с треском и свистом пожирал поленья. Можно было просто ждать, а можно было действовать. Андрей выбирал второе.
Переступив через собственное мертвое тело, маг решительно отправился прочь из кабинета, туда, где его ждала судьба.
***
Тьма никогда не пугала Надю. Даже в детстве, когда дети обычно боятся засыпать без ночника, маленькая Наденька чувствовала себя скорее уютно. Чувствовала себя защищенной. Но не теперь.
Полицейская кричала, колотила в дверь, но ответом ей была лишь тишина. Чувствуя накатывающее отчаяние, Надя с усилием сглотнула комок слёз. Спрятала оружие, путаясь в подоле юбки, отступила от двери. Отставить панику, нужно было подумать логически.
К сожалению, выход из этой комнатушки был один, и он сейчас был Наде недоступен. Ни окон, ни потаенных дверей, просто комната. Может получится вскрыть замок? Но для этого надо немного света.
Надя похлопала себя по карманам. Револьвер в этом случае — не помощник. Стрелять в темноте она бы не рискнула. Зато в соседнем кармане задребезжало что-то. Полицейская победно вскрикнула. Спички!
Барышня торопливо вытащила из кармана тонкую и продолговатую коробочку. На ощупь вытащила одну спичку, попыталась поджечь. Вышло с первого раза, но пламя ярко вспыхнуло, проглотило спичку в одно мгновение и обожгло Наде пальцы. Полицейская вскрикнула от неожиданности, роняя и огарок спички, и коробочку. Спички звонко рассыпались по полу.