Тэд Уильямс – Река голубого пламени (страница 7)

И мы идем вниз,

Вниз к воде.

Ах!

Где прячется рыба,

Прячется и смеется…

– Что это? – Рени наблюдала за жуком, расталкивающим угловатые камни на пляже с бездумной целеустремленностью робота, родственника тех, которые обрабатывают поверхности Марса и Луны. – Что за песню ты поешь?

– Ее обычно пел мой дядя. Песня помогала ему сохранять терпение, пока он ждал, когда рыба начнет перебираться через каменную запруду, и даст себя поймать. – !Ксаббу изящно почесался, скорее по-человечески, чем по-обезьяньи.

– А-а… – Рени нахмурилась. Ей было трудно сосредоточиться, и сейчас даже рассказы !Ксаббу о своем детстве в дельте Окаванго перестали ее интересовать.

Если бы кто-нибудь сказал Рени, что она окажется практически в волшебной стране, где историю можно переписать в мгновение ока или внезапно уменьшить людей до размеров макового зернышка, а ее – во всяком случае, в данный конкретный момент – станет мучительно волновать отсутствие сигарет, то она сочла бы такого человека сумасшедшим. Однако миновали уже два мучительных дня с тех пор, как она Рени курила в последний раз, и лишь в момент недолгого отдыха, плывя по течению на огромном листе, еще недавно бывшим кораблем, ей наконец-то вспомнилось, чего именно так не хватает.

Рени заставила себя отойти от изогнутого края листа. Лучше чем-нибудь заняться – чем угодно, – чем стоять, поддавшись страху и уподобившись динамитной шашке с подожженным фитилем. К тому же ситуация далеко не под контролем. В сущности уже с того момента, когда они оказались в виртуальном золотом городе Атаско, все пошло наперекосяк.

Отделенный от них полосой воды жук за это время уполз с берега и теперь медленно погружался в море травяных стеблей – каждый был высотой с пальму в нормальном мире, Рени осторожно перебралась в центр листа, предоставив !Ксаббу негромко напевать рыбацкую песню и наблюдать за пустым теперь берегом.

Сладкий Уильям, чей силуэт напоминал опереточного вампира, стоял у дальнего края листа, рассматривая противоположный берег реки, но остальные собрались в середине, прислонившись спинами к огромной центральной жиле. От палящего солнца их прикрывал импровизированный навес, сооруженный из оторванного с краю куска.

– Как он? – спросила Рени Фредерикса.

Юноша в псевдосредневековом одеянии все еще ухаживал за своим больным другом Орландо. Внешность мускулистого сима Орландо, даже беспомощного и обессиленного, ничем не выдавала тот факт, что его владелец – хрупкий подросток.

– Кажется, ему стало легче дышать, – ответил Фредерикс настолько искренне, что Рени мгновенно в этом усомнилась. Она взглянула на съежившуюся фигуру Орландо и наклонилась, чтобы потрогать лоб. – Это не работает, – почти извиняющееся добавил Фредерикс – В наших симах что-то меняется, а что-то нет. И температура тела, как мне кажется, почти не изменилась.

– Знаю. Это просто… рефлекс, наверное. – Рени присела на корточки. – Мне очень жаль, но вид у него неважный. – Силы ее не были безграничны, и она не могла больше поддерживать ложные надежды, хотя то, что Фредерикс рассказал ей о реальном Орландо Гардинере, терзало ей сердце. Она заставила себя отвернуться. – А как ты, Мартина? Тебе лучше?

Француженка – ныне в симе темнокожей и темноволосой темилюнской крестьянки – слабо улыбнулась в ответ:

– Мне… кажется, мне стало легче думать. Чуть-чуть. Сейчас боль от потока входящей информации уже не такая сильная. Но, – она покачала головой, – я очень долго была слепой в реальном мире, Рени, И не привыкла быть слепой здесь.

– Что значит «здесь»? – Сим боевого робота принадлежал прячущемуся за псевдокомпьютерными очками типу, который называл себя Т-четыре-Б. Рени полагала, что парень моложе, чем хочет показаться – возможно, не старше Орландо и Фредерикса, а его развязный тон теперь лишь усилил ее подозрение. – Я-то думал, что здесь никто еще не бывал. Тогда что за лапшу нам недавно вешали, если ты здесь уже была?

– Вряд ли она это имела в виду… – начала Кван Ли.

– Нет, здесь я никогда не была, – ответила Мартина. – Я имела в виду онлайн… Моим миром всегда была Сеть. Но с тех пор как я оказалась здесь… этот шум… этот ошеломляющий поток информации… из-за него мне трудно слушать и даже думать так, как я привыкла. – Она медленно и неуклюже потерла лоб. – У меня в голове словно огонь горит. Или насекомые ползают.

– Бог свидетель, насекомых нам и так более чем хватает. – Рени задрала голову и стала разглядывать далекую, но все равно невероятно огромную стрекозу, летящую через реку с громким жужжанием и напоминающую старинный самолет с пропеллером. – Мы можем чем-нибудь помочь, Мартина?

– Нет. Возможно, я через некоторое время научусь… обращать на это меньше внимания.

– Итак, что теперь нам делать? – спросила наконец Рени. – Мы не можем просто плыть по течению, как в прямом, так и в переносном смысле. Мы понятия не имеем, что мы ищем, куда направляемся и даже в правильном ли направлении движемся. Есть у кого-нибудь соображения? – Она быстро взглянула на Флоримель, которая, подобно Мартине и Кван Ли, тоже носила сим женщины из Темилюна, с интересом ожидая, когда же эта женщина проявит свои чувства, но Флоримель и сейчас промолчала, как молчала почти постоянно с начала побега. – Если мы станем просто ждать… что ж, Селларс ведь говорил, что за нами начнется погоня. – Рени обвела взглядом сборище странных на вид симов. – А не заметить нашу теплую компанию будет трудно.

– И что же ты предлагаешь, дорогуша? – Сладкий Уильям, покачивая перьями, осторожно приближался к ним по неровной поверхности листа. У Рени мелькнула мысль: не жарковато ли ему в костюме из черной кожи в этом тропическом климате? – Пойми меня правильно, все эти соображения про то, что мы «можем» или «не можем», весьма интригуют Тебе бы быть командиром в юбке. Так что, будем мастерить подвесной мотор из обрезков ногтей, или есть другие варианты?

Рени кисло улыбнулась:

– Все лучше, чем болтаться на воде и ждать, пока кто-нибудь объявится и сцапает нас. Но я надеялась, что у кого-нибудь найдутся более практичные идеи.

– Пожалуй, ты права. – Уильям уселся рядом, уткнувшись ей в ногу своей острой коленкой. Рени решила, что после бегства из дворца Атаско он немного изменился, а высокомерия у него поубавилось. Даже сильный североанглийский акцент стал менее выраженным, словно был одним из атрибутов его дурацкого сима. – Тогда что же нам делать? – спросил он. – Возможности грести у нас нет. Допустим, мы сумеем доплыть до берега (вы со смеху помрете, увидев, как я плаваю), но дальше-то что? Не очень-то меня прельщает мысль бродить среди тех жучков-переростков.

– Это они большие или мы маленькие? – уточнил Фредерикс. – Я это к тому, что они могут оказаться просто жуками-монстрами, как в сим-мире «Радиационный уикэнд».

Рени прищурилась, вглядываясь в берег. Над кромкой воды, резко меняя направление, летало несколько существ поменьше стрекозы.

– Что ж, деревья тут в милю высотой, песчинки на берегу размером с наши головы, а плывем мы на листе, который когда-то был кораблем. Что думаете? Я склоняюсь к версии «мы маленькие».

Фредерикс быстро взглянул на нее и снова перевел внимание на спящего друга. Сладкий Уильям также посмотрел на Рени с удивлением.

– А котелок у тебя варит, верно, дорогуша? – заметил он, впечатленный.

Рени стало стыдно, но лишь слегка. Все эти люди вели себя так, словно попали в какую-то приключенческую игру, в которой все обязано завершиться благополучно, и худшее, что может случиться с игроками, это то, что они наберут мало очков.

– Знаете, не рассчитывайте, что впереди вас ждет вежливое «Конец игры», – проговорила Рени, продолжая размышлять вслух. – Я сама видела, как погиб человек, пытаясь пробиться в эту Сеть. И не имеет значения, где произошло то, что мы видели, с супругами Атаско, в РЖ или ВР – они в любом случае мертвы. – Она заметила, что повышает голос, и постаралась взять себя в руки. – Это не игра. Мой брат умирает… а может быть, уже умер. И я уверена, что всех вас, так же как и меня, охватывает тревога… Так давайте займемся делом.

Настало недолгое молчание, которое нарушил Т-четыре-Б – усеянный шипами боевой робот:

– Мы слушаем. Валяй, говори.

Рени помедлила с ответом. Перед ними стояли слишком сложные проблемы. Она почти не знакома со своими спутниками, и у нее нет готовых ответов. Не говоря уже о том, что она даже толком не понимает, на какие вопросы отвечать. К тому же Рени устала подталкивать этих незнакомцев вперед. Они представляли из себя странную группу и проявляли слишком мало инициативы, которую им приписывал Селларс, а из тех немногих людей, кому она полностью доверяла, рядом находился по сути лишь !Ксаббу, потому что Мартина как-то странно изменилась и уже не была прежней, спокойной и всезнающей.

– Послушайте, – заговорила Рени снова, – я согласна с тем, что нам не следует высаживаться на берег – если только не останется иного выхода. Даже насекомые здесь размером с динозавров, а кроме них тут могут обитать и другие существа. Пока мы еще не видели птиц, но это не значит, что их здесь нет, а какая-нибудь чайка может запросто проглотить нас всех разом.

– Тогда что мы можем сделать, если не просто плыть дальше? – спросила Кван Ли.