Теа Сандет – Радиомолчание (страница 49)

Унгвере снова притянул меня к себе и ушел, пока Хольт не заметил.

За ужином ко мне подсел Детлеф.

– Ты крута, – сказал он. – Ты просто охренеть какая крутая. Слышал, Корто? Твоя сестра – вообще нереальная.

Коди улыбнулся мне и показал движение «я знаю».

– Без Эрики бы ничего не получилось, – пробормотала я.

– Но ты же это придумала, да?

– Ну…

– Вот! Серьезно, ты вообще не отдаешь себе отчет, что ли? Ты же спасла их.

На нас поглядывали с любопытством.

– Я же ваш медиатор, – сказала я смущенно. – Я вроде как и должна была.

Детлеф посмотрел на меня долгим взглядом.

– Выходи за меня, – сказал он с чувством.

Я захихикала. Те, кто его слышал, тоже засмеялись, кто-то присвистнул.

– Я напомню, что любые отношения, кроме рабочих, внутри группы запрещены, – громко сказал Карим.

Я встретилась с ним глазами – он тоже улыбался.

И в этот момент до меня и правда начало доходить. Я, кажется, действительно сделала что-то выдающееся. Я, девчонка из Гетто, не просто не растерялась, я придумала что-то такое, что спасло человеку жизнь. Волчека уже могло бы не быть – но он есть, и он будет, и это благодаря мне. Я спасла его, потому что я хороший медиатор. И потому что я хорошо училась, я запомнила, как правильно оказывать помощь. Но главное – потому что эта технология существует, и она работает. Мы не то же самое, что операторы Измененных. Мы спасаем людей.

Глава 16

НАМ ВСЕМ ДАЛИ ДВА ДНЯ ВЫХОДНЫХ.

Вернувшись на базу, я первым делом отправилась в желтую зону. Волчек спал, и я не стала его будить – постояла в дверях палаты, посмотрела на него и пошла к Талешу.

На его глазах была повязка, и ему постоянно кололи какие-то сильные обезболивающие, и, видимо, как раз поэтому он был вполне доволен жизнью – ему пообещали, что в его новых глазах будет встроенный тепловизор и специальный модуль для вывода разной дополнительной информации, что автоматически поднимет его статус в нашей группе, так что он дождаться не мог, когда же их наконец привезут.

Оставалось самое неприятное.

Я знала, какая комната принадлежит Эрике, но внутри никогда не была. Вообще к ее двери не подходила.

Мне пришлось долго стучать, прежде чем Эрика мне открыла.

– Отвали, – сказала она вместо приветствия и попыталась закрыть дверь.

Я подставила ногу:

– Есть разговор.

Некоторое время мы играли в гляделки, потом Эрика сдалась и сделала шаг в сторону. Я вошла, плотно прикрыв за собой дверь.

Комната была такая же, как у меня, как у всех нас, хотя вещей у Эрики было побольше. На столе, кроме стандартного планшета, лежала бумажная книга, ручка, какие-то листы, карта, на спинке стула висел теплый свитер крупной вязки. Мой взгляд остановился на фотографии над кроватью: мужчина с волевым лицом, две темноволосые девочки и обнимающая их женщина. В одной из девочек я узнала Эрику – такой она была лет пять назад. А вот женщина на ее мачеху не походила ни капли.

Заметив, куда я смотрю, Эрика встала так, чтобы загородить мне обзор:

– Чего тебе?

Я вздохнула:

– Какие отношения тебя связывают с Коди на самом деле?

Эрика ожидала от меня чего угодно, но явно не этого. Ее лицо на секунду приобрело растерянное выражение, в глазах промелькнул испуг.

– Ты влюблена в Детлефа, а на Коди тебе плевать. Так чего ради ты в него так вцепилась?

– Не знаю, с чего ты взяла, но…

– Ты мне сама это показала. Постоянно представляла его на месте Волчека. И мешала мне работать.

– Тебя это не касается, – процедила Эрика.

– Это касается моего брата и модификанта из моей группы. Значит, это касается меня.

– Иди к черту. Не буду я ничего объяснять.

– Я бы подумала, что ты пытаешься заставить его ревновать, но ты сама его бросила. И ты ему все еще нравишься, это я точно знаю.

Эрика вздрогнула и изменилась в лице.

– Сама выйдешь или помочь?

– И Детлеф нормальный. Едва ли он тебя бил или преследовал, чтобы тебе нужен был подставной парень ради защиты.

– Лучше заткнись.

– Я-то заткнусь. Но если из-за твоих фальшивых отношений с Коди его сорвет, а я не смогу ничего сделать, потому что понятия не имею, что у вас произошло, это будет твоя вина.

– Просто делай свою работу. Если будешь нормальным медиатором, ничего не случится.

Я говорю не то, поняла я. Нельзя на нее давить.

Я еще раз вспомнила это ощущение – симметрия, четкие линии, кристаллическая решетка, – и твердо посмотрела ей в глаза:

– Послушай. В твоей группе мой брат. Я на что угодно ради него готова. Вот буквально на что угодно. И мне сильно не по себе оттого, что я не понимаю, в какую долбанутую игру ты с ним играешь. Ты знаешь, если медиатор не в себе, ничем хорошим это группе не грозит. А в моей группе – человек, который чем-то дорог тебе. Нам с тобой надо сотрудничать. Мы на одной стороне. Так что давай ты просто скажешь мне, что происходит, а я постараюсь сделать так, чтобы ничего не случилось.

– Ничего и не случится, если мы с Детлефом будем в разных группах! – не выдержала она. – Ты вообще ни хрена не понимаешь!

– Ну так объясни. Я же хороший медиатор.

– Может быть, но ты же тупая, как робот-уборщик!

– А мне и не надо быть умной, надо просто выполнять приказы.

– Ага, а потом ты в обход приказа решаешь подключиться к другому медиатору.

– Ты же не возражала! – возмутилась я.

– Да я могла тебе мозги спалить, если бы чуть хуже себя контролировала! Самоконтроль – вот что для нас самое важное, если ты еще не поняла, мы не можем позволить себе никаких ярких эмоций, никаких сильных привязанностей внутри группы, если твои эмоции попадают в резонанс с чужими – все, цепная реакция, тебя замкнет, понимаешь ты это?

– В каком смысле – замкнет?

– В таком, что ты не сможешь вовремя переключиться с одного бойца на другого. Просто не сможешь выйти. Или не сможешь выполнить какие-то действия, потому что не будешь чувствовать себя вправе указывать близкому человеку, что ему делать. Или вообще… случайно передашь свои эмоции всей группе, а они отреагируют, а ты отреагируешь на их реакцию…

– Почему нас этому не учат? – растерянно спросила я, вспомнив, как однажды случайно показала Коди мертвых Измененных.

Черт возьми, Эрика права, и я могла бы сама догадаться. Детлеф же мне рассказывал – она не смогла вовремя переключиться на Коди, и кто-то пострадал, а вскоре они расстались.

– Доктор Эйсуле должна была тебе сказать. Я ничего тебе объяснять не обязана.

Доктор Эйсуле должна была сказать – но не сказала. Может, просто не успела. А доктор Ланге – знает он об этом или нет?

– Но ведь ты не спалила мне мозги.

– Да, а стоило бы.

– Ну… спасибо, наверное. Но почему ты просто не объяснишь это Детлефу? Зачем было спать с Коди?