Теа Сандет – Голос Вессема (страница 14)

Очень быстро я поняла, что за двенадцать часов нам не дойти. Мы постоянно увязали в грязи, натыкались на заболоченные озера, которых раньше тут не было, приходилось останавливаться и искать обходной путь.

Я сунула в ухо наушник, и теперь тихий голос Нико подсказывал мне, что делать, хотя толку от этих подсказок зачастую не было. Но направление мы держали нужное, и на том спасибо.

Под вечер мы наткнулись на остатки асфальтированной дороги и обрадовались. Наверняка это старая дорога до Вессема, взамен которой потом построили новую, обходную на северо-восток, сейчас дойдем как по бульвару. Покрытие было сплошь в трещинах, из них росли деревья, трава и папоротники, кое-где асфальт был взломан корнями, и мы их перешагивали и шли дальше. Я даже поверила, что к ночи мы будем в городе, когда лес внезапно расступился и мы вышли к мосту.

Бывшему мосту. Потому что на самом деле мост давно обрушился, остались только опоры и метров пятьдесят собственно моста, а под ним, далеко внизу, текла река. Я выругалась сквозь зубы. Нужно было снова искать обходной путь. Почему Нико ведет нас этим маршрутом? В прошлый раз было проще. Шли себе по лесу, никаких мостов.

Но да, будь мост целым, дорога оказалась бы короче на несколько часов.

Я дошла до края и глянула вниз. Постояла, сплюнула. Коди со мной не пошел, усевшись на перегородившее дорогу поваленное дерево, а Теодор и Марко увязались следом и теперь тоже стояли и пялились на реку.

– Вот бы селфи сделать, ― с энтузиазмом сказал Марко, глядя на склон, поросший елками.

Я не стала комментировать это заявление.

– Выглядит так, будто его взорвали, ― заметил Теодор, разглядывая противоположный кусок моста.

Я пожала плечами. Его, может, еще в Гражданскую взорвали, что теперь?

– Нико, ― тихо сказала я, когда Теодор и Марко пошли обратно, ― моста нет. В смысле, мост обрушился, не перебраться. Мы пойдем вдоль реки, не удивляйся.

Мы вернулись и двинулись по краю обрыва. Рано или поздно где-нибудь будет или нормальный мост, или нормальный спуск. Ничего.

Через пару часов, когда обрыв сильно измельчал и превратился просто в склон, мы спустились и перешли реку ― глубина там была от силы по щиколотку. Стоя посередине реки и чувствуя, как вода омывает высокие армейские ботинки, я не удержалась и обернулась в ту сторону, где остался мост. Моста видно уже не было ― естественно.

Теперь Нико вел нас той же дорогой, которой мы ходили в первый раз. Еще через полчаса мы вышли из леса на довольно большое поле, сплошь заросшее зонтичными растениями. Мы остановились, ошарашенно глядя на огромные, метров пять в высоту, бурые стебли, на концах которых раскрывались такие же бурые мертвые цветы.

– Что за черт, ― пробормотал Марко.

Я впервые была с ним согласна. Пять лет назад здесь этого и в помине не было. Было просто поле, поросшее просто травой. Вон у того валуна мы делали привал, и Тенна уснула, и мы никак не могли ее разбудить, а потом Коди решил, что она притворяется, вылил ей на голову воду, и она страшно ругалась, а Эме смеялась, и Тенна на нее обиделась… А вот этого всего тут не было. Конечно, что здесь особенного ― ну выросли какие-то уроды, подумаешь, ― но идти вперед почему-то не хотелось.

– Может, обойдем? ― спросил Марко, и я встряхнулась.

– Страшно? ― ухмыльнулась я и хлопнула его по плечу. ― Не бойся, Сити, они тебя не укусят.

И первая двинулась вперед. Корявые ветки цеплялись за одежду. Подул ветер, и сверху стал доноситься тихий, мерзкий шорох, с которым сухие цветы терлись друг о друга. За спиной послышались шаги ― кто-то из парней пошел следом. Я обернулась и увидела, как Теодор и Марко старательно обходят уродливые стебли, стараясь их не касаться. Замыкал процессию жизнерадостно улыбающийся Коди.

«Все же жутковатое место», ― заметил он, догнав меня.

– Ну да, ― кивнула я. ― Не видела, чтоб они такие здоровые вырастали. К тому же эти штуки вроде ядовитые.

Мы наконец вошли в нормальный лес и остановились.

– Только на солнце, ― подал голос Теодор.

– А? ― обернулась я.

Теодор уже стоял за моей спиной, Марко все еще пытался перейти поле и не умереть. Выглядело это смешно.

– Мантегацци ядовиты только на солнце.

Чушь какая. Растение либо ядовито, либо нет, при чем тут солнце?

Задавать вопросов я, впрочем, не стала. Какая мне разница.

В лесу мы с Коди, не сговариваясь, решили пройти еще пару километров, прежде чем устроиться на ночевку.

Маршрут Нико вывел нас на поляну, окруженную корявыми елками, в паре километров от несуществующей военной базы, и Коди дал знак остановиться и ушел проверять окрестности. Я успела поставить палатку, когда он наконец вернулся.

– Ну что там? ― спросила я.

«Да ничего. ― Он поморщился. ― Грязь. Дошел почти до военных, у них тоже тихо».

– Ты не засветился?

«Нет. Посмотрел из кустов и ушел».

– Ладно. ― Я поморщилась. ― Так, костер не жечь! ― прикрикнула я на Марко, который пытался сложить нечто, напоминающее шалаш, из сырых веток. ― Дым будет виден даже в Гетто, ― пояснила я в ответ на его недоуменный взгляд. ― А тут военная база под боком.

Коди уже достал из рюкзака две банки консервов, открыл одну и протянул мне. Я принялась наворачивать холодные водоросли с крилем. Теодор и Марко последовали моему примеру, правда, в их банках было что-то другое. Мы молча поужинали и расползлись по палаткам. Некоторое время я еще слышала ворчание Марко, что он устал как собака, потом он угомонился, и теперь я прислушивалась к шорохам и потрескиванию ветвей. В походы мы ходили нечасто, но каждый раз мне казалось, что рядом с палаткой кто-то есть, и я долго не могла уснуть, вслушиваясь в ночные звуки и пытаясь различить в них шаги того, кто пришел к нашему лагерю.

Проснулись мы в несусветную рань, и утро порадовало нас густым туманом. Это хорошо, значит, сегодня будет не так холодно, хоть мы и вымокнем до костей. У меня еще со вчерашнего дня одежда не просохла.

– Туман, ― заметил Теодор обеспокоенно. ― Мы не заблудимся?

– Не заблудимся, ― заверила я его, включая комм, и тихо позвала: ― Нико, выведи карту. Если сойдем с маршрута ― дай знать.

Некоторое время я пялилась в экран комма. Подошел Коди, заглянул мне через плечо.

– Сейчас идем по лесу четыре километра, ― объявила я, ― там будет пересохшее русло реки. Ну, сейчас, может, уже не совсем пересохшее. По нему идем до самого Вессема. Всего ничего осталось.

Коди уже упаковался и теперь смотрел, как Теодор сражается с палаткой. Нам бы такую, с завистью подумала я. Она точно не протекает.

На этот раз я пошла впереди, рядом с Коди, надеясь, что у парней хватит ума следовать за нами и не потеряться. Через полчаса подал голос Нико:

– Рета, возьми правее, вы сильно отклонились на запад.

– Спасибо, ― ответила я.

Марко, который шел на пару метров позади, тут же оказался рядом со мной.

– Это кто? ― спросил он нервно.

– Никто, ― ответила я с досадой. Как я могла забыть про наушник! ― Считай, что это наш штурман.

– Он в городе?

– Можно и так сказать.

В конце концов, то, что осталось после кремации, действительно было в городе.

– И все-таки я хочу знать, ― сказал он твердо. ― Кому еще вы рассказали о том, что мы идем в Вессем?

Я сказала Эме, но сознаваться в этом не собиралась.

– Никому. Следи лучше за своим другом, чтоб не отстал.

Марко обернулся, потом уставился на Коди:

– А ты кому-то говорил?

Коди только отмахнулся.

– Эй, это все серьезно! ― повысил голос Марко. ― Мы же договорились не пользоваться коммами! С кем вы сейчас говорили?

– Да заткнись ты! ― не выдержал Коди.

Я поняла, что наш гонорар под угрозой.

– Так, делаем привал, ― сказала я.

Теодор, который как раз нас догнал, тут же уселся на мокрые листья. Я поискала место посуше и тоже села.

– Значит, так, ― начала я. Срочно требовалось что-нибудь соврать. ― Мы договаривались, что вы двое не будете пользоваться коммами. То, что это все серьезно, мы знаем получше вас. Здесь, ― я подняла комм, ― у меня программа-штурман. Когда мы в прошлый раз ходили в Вессем, я отметила маршрут и сейчас включила подсказки. И еще у меня сбито геопозиционирование, так что мой комм не отследят, и не твое собачье дело, как я это сделала. А тебя, ― я ткнула пальцем в Марко, ― если еще раз начнешь орать на меня или на Коди, я прямо тут прикопаю. Что мы говорили? В Вессеме мы не хотим даже шепотом лишнего слова от вас слышать. Ясно? Если тебе это правило не нравится, можешь разворачиваться и топать обратно.

Марко помолчал, потом нехотя кивнул. Теодор копался в рюкзаке и, кажется, вообще не обращал на происходящее внимания.

Я выждала минут пятнадцать, чтобы все точно успокоились, и скомандовала вставать. Вскоре мы вышли к руслу реки. Когда-то она была, наверное, глубиной по колено, зато шириной метров двести, мелкая быстрая речка, из которой камни торчат, как клецки из супа, а теперь она представляла собой низину с грязной жижей на дне. Спускаться и идти как в прошлый раз было бессмысленно, и мы пошли по лесу, стараясь все время держать ее в поле зрения. Когда начали попадаться первые признаки приближающегося города, стало ясно, что надо все же лезть вниз и перебираться на другой берег. Мы вылезли в грязи по колено, и пришлось снова делать привал и чиститься.