Тайга Ри – Печать мастера (страница 23)
Развернув второй — свиток из более плотного, белого и дорогого пергамента — Коста увидел печать рода Блау. Но сир писал не сам, а кто-то из вассалов, под диктовку — штрихи ложатся иначе, и уверенность от слов другая — он помнил образцы почерка.
Коста свернул свиток, затянул черную ленту, и тщательно сложил обозный пергамент так же, как был.
И потом долго смотрел на закрытую входную дверь, перекатывая по столу огрызки сломанной кисти — туда-сюда.
Туда-сюда. Туда-сюда.
…
Вниз он спустился мгновений через десять. Из ребяческого желания досадить. Так не часто в своей жизни он хоть что-то решал сам, и — практически никогда от его решений не зависел кто-то ещё.
Мастер вскинул голову и дернул уголками губ — поощрительно. И Коста почти мгновение изучал странное и совершенно несвойственное наставнику выражение лица. Чтобы — запечатлеть, запомнить, и потом — зарисовать.
В глазах старика ярким теплом светилась — надежда.
— Я выбрал.
Коста положил свиток рода Блау перед собой на стол и накрыл рукой сверху.
И потом наблюдал. Молча. С холодным отстраненным любопытством художника, как медленно и неотвратимо умирает в глазах наставника — надежда.
Глава 9. Предатель
— Наставник, я…
— Малец, — быстро перебил его Мастер, не давая говорить. — Мы не останемся на Севере, мы поедем к морю, туда, где тепло. Через Хаджер обозом, потом до границы Восточного, там по реке, заедем в Ашке, и потом дальше — к побережью…
— Наставник подождите… я выбрал, это…
— Там тепло — всегда тепло, я же уже рассказывал… Коста, ты можешь поверить в такое, как летом, можно не носить чуни и шуб, можно рисовать на улице круглую зиму под навесом, а ветер такой горячий, что может согреть… там много рыбы, а вода такая бирюзовая, что ты никогда не видел таких красок… там можно купаться… можно заходить в воду и плавать… я научу тебя плавать, малец! Ты будешь рисовать — побережье, чаек, горы, острова, учиться, сдашь экзамен и..
— Мастер! — он стукнул свитком по столу. — Выбор. Вы дали его мне.
— Да… но…
— Выбор — священен, — повторил Коста любимую фразу Хо. — Я могу выбирать сам?
— Да, можешь, но…
— …или это выбор без выбора. Я могу уйти, Мастер?
— Десять зим, — наконец прошептал он. — Я вложил в тебя целых десять зим…
— Девять, — поправил Коста, смяв свиток — Так я могу уйти, мастер? Могу? Я… свободен?
Хо закрыл глаза и молчал. Мгновение, два, три.
— Свободен, — наставник махнул рукавом в сторону двери. — Выметайся.
Коста кашлянул, пытаясь удержать смех, но уголки губ так и ползли вверх.
— Хочешь носить вассальную? Выметайся!!!
— Блау сильный клан, это не Наставник Нейро. Рисованию учиться — разрешено, если я буду справляться с обязанностями, все будет зависеть только от меня. Фениксы, содержание, учеба, защита…
— Жрать, спать и рисовать! — гневно прошипел Хо. — Это все, что ты хочешь от жизни?!
— Вы не можете дать мне и этого. Мастер, — сухо парировал Коста. — И защиты тоже…
— Ты жив!!! Жив, щенок! До сих пор жив! Я не могу дать ему защиты! Нет, вы посмотрите!
— Жив, потому что, — Коста постучал пальцем по виску. — Меня столько раз били, что странно, что я вообще дышу.
— Да тебя вообще никто не трогал на побережье, потому что все знали, чей ты ученик! — рявкнул Хо. — Я защищаю свое!!!
— Пьяницы, — вставил Коста тихо. — Ученик — пьяницы, и это знает все побережье…
— Щщщщщенок! Да как ты посмел! Да ты… Да как…
Коста слушал с интересом, пока Наставник наговорится и выдохнется.
— Клятва, — вставив он наконец.
— Что? — пропыхтел Хо, запыхавшись.
— Я хочу клятву. Что вы не будете пить, — он постучал свитком по столу. — Я выбрал. Это… — мне не нужно. Но я хочу клятву, что вы не будете пить. Эти десять декад в Керне были отличным временем…
Коста размахнулся и одним точным броском отправил свиток с черной лентой в потухший очаг.
— Ах ты… ах ты… — начал привставать за столом Хо, — Ах ты… Щ-щ-щенок!!!
Коста увернулся от подзатыльника и отбежал от стола, чтобы мастер не дотянулся.
— А ну ка иди сюда!!! Щенок!!! Шутить вздумал!!
— Я требую клятву, мастер! — фыркнул в ответ Коста и наконец улыбнулся открыто — губы сами разъехались в счастливой улыбке.
— Клятву? Да я такую клятву тебе сейчас устрою, щенок! А ну стой!
— Ахаххха… — Коста подпрыгнул и обогнул стол, уворачиваясь от Наставника.
— А ну иди сюда! Я кому сказал!
— Ахахаха… ахахаха…
— Я тебе такую клятву устрою, мало не покажется! А ну иди сюда! Иди сюда, я сказал…
Коста подпрыгнул и побежал вокруг стола, с наслаждением уворачиваясь от попыток надрать уши и отвесить подзатыльник, и… тихо смеялся.
— А ну иди сюда… — запыхавшийся Хо остановился передохнуть. — Иди… — поманил он пальцем.
Коста в ответ строптиво покачал головой — его уши ему ещё дороги!
— Иди…сюда…
Дверь во флигель распахнулась рывком после отрывистого короткого стука, и в дом вошел, угрюмый мужик с ремесленного проулка. Принеся с собой запах свежего снега, табака и масла для выделки кож.
Хозяин скобяной лавки — определил Коста, уж очень приметный шрам был на виске. Они ходили к нему с мастером — заказать новые ремни на тубусы, да перетянуть один баул.
— Хо, — поздоровался мужик отрывисто и бросил резкий взгляд в сторону Косты, от которого сразу расхотелось смеяться.
— Наверх! — команда была жесткой и Коста вымелся. Медленно дотопал до верха лестницы, обернулся…
— Наверх! У тебя что, нечем заняться? Ты закончил вчерашнее? — Наставник следил за ним снизу, сложив руки на груди. — Тебе выдать ещё свитков для переписывания? Ты уже отработал третий шрифт?
Коста потряс головой — заданий ему хватит. Дошел до комнаты и нарочито громко хлопнул дверью, чтобы было слышно.