Тайга Ри – Печать мастера. Том 2 (страница 83)
Коста замер и не двигался. Тварь — тоже. Холодный пот стекал по лопаткам, но Коста не отводил глаз. Эта дуэль взглядов — продолжалась вечность…
Коста задышал ровнее, успокаиваясь.
Глаза покачивались перед ним в вышине из стороны в сторону. Из стороны в сторону. Размеренно и плавно.
Коста облизал губы.
Но мысли не успокаивали — тело предательски дрожало. Спина стала холодной от ледяного пота, руки свело от напряжения, пульс ускорился… и перед глазами опять вспыхнуло алым.
Тварь остановилась на миг, и тут же движение из стороны в сторону продолжилось, как только Коста выровнял дыхание.
Сверху полыхнуло — рябь прошла по всему силовому куполу, расцвечивания защиту всеми цветами красок… раз… ещё раз… ещё линия… как будто сверху над ареной кто-то кидал плетения…
Желтые глаза твари напротив замерли — она перестала двигаться совсем, перестал двигаться и Коста и даже перестал… дышать.
Узкие черные кинжальные полосы дрогнули и расширились… Коста неосознанно отступил назад. Шаг. Ещё шаг. Зрачки расширились ещё раз и потом… тварь прыгнула…
Перед глазами полыхнуло красным так, что он почти перестал видеть, и все вокруг приобрело оттенки алого.
Тварь рванула обратно. А потом прыгнула снова. А потом снова рванула обратно. Как будто кто-то дергал поводок. А потом прыгнула ещё раз — дальше…
Коста не находил других объяснений.
Коста успел отбежать в другую часть арены, но тварь догнала его играючи, прыгнула снова… и снова рванула назад…снова вперед… назад… а потом — как будто поводок отпустили… и желто-алые глаза кинулись сверху вниз так стремительно…
Что Коста с испуга сделал только то, что умел, то, что привык лучше всего, то, что отрабатывали сотни раз на тренировках декады подряд…Сплел четыре иглы — и метнул вперед со всей силы одну за другой… Две иглы прошили воздух, одна ударилась в чешую и отскочила, а одна попала в глаз… в прозрачное второе веко, пробив наискось…
Тварь взревела так, что его оглушило. Перед глазами всё снова вспыхнуло алым — и он потерял на миг зрение. Звук вибрировал, распрораняясь везде… отражался от стен и усиливался возвращаясь назад…Пленка над ареной полыхнула — по ней прошла крупная дрожь и волны силы…
Все заняло доли мгновения, но Косте казалось — вечность… страх сковал его так, что он не мог двинуться, не мог пошевелиться… Звук рева пронизывал насквозь…пульс ускорялся с каждым мигом… пока он сам весь целиком не стал страхом…
Исчез он — Коста. Остался только страх. И тогда Мир — исчез тоже.
Сколько это продолжалось — он не знал. И кто он — не знал тоже. Он двигался, скользил, следил, и знал, что у него одна задача — «выжить». Не думать — действовать.
Красное изменило ход времени. Время растянулось и замедлилось — тварь двигалась так, как будто вязла в воде или воздух стал внезапно стал слишком густым
Коста не задавался вопросами, потому что сейчас здесь не было Косты. Здесь не было страха, не было вообще ничего.
Он видел мир, как переплетение линий. Алых извивающихся канатов, образующих узлы на стенах, опоясывающих все вокруг. Видел алую сеть сверху, накрывающую их куполом, видел сетку под песком…и главное — он видел движения Зверя напротив с красными глазами…
И они — «играли».
В алом мире плетений весь мир составлял большой холст… один огромный пергамент… на котором можно было рисовать только алой тушью….и они — рисовали…
Зверь не помнил, что такое штрихи, но то, что выходило у них было красивым.
Штрих — движение шипастого хвоста начинается от песка — хвост взлетает вверх — и он знает — видит… где кончится штрих. Новое движение снова очерчено алой линией силы… и он снова успевает увернуться в последний момент с того места, куда пригодиться оглушительный удар…
Игра.
Им обоим это нравилось.
Почему это нравилось Зверю напротив, он не знал… это не важно… а его Зверь — учился…
Хвост снова взмывает вверх….и медленно летит вниз… И он видит, начало штриха силы… и в какое место придется удар… И снова успевает прыгнуть в сторону, нырнуть, оцапавшись о чешую на пузе, ободрав щеку, и перекатиться с другой стороны…
Они — танцевали… Движения Зверя — стремительней и красивей росчерка туши…. хвост — изящней кисти… скорость…Мир вокруг расцветал алыми штрихами — зверь кружил вокруг… И он успевал…
Он не задавался вопросами, не думал, не действовал… Он просто — был. Во всем мире осталось только две вещи — он — и танец, который вел Зверь.
Страх исчез — испарился — ему не место в алом мире. Здесь нет страха, нет мыслей, и нет воли. Весь мир сузился до одной простой задачи «играть»…
Он видел хвост, позвонки, гребни, зубы, когти, вспыхивающие алым. Шипастый кончик хвоста, чешуйки… это было — красиво…
Красные линии.
Линии красной туши.
Как будто хвост шекка был кончиком кисти. И Зверь внутри знал заранее, куда ведет каждый штрих. Где начало движения, и куда придется конец удара.
Как будто весь мир — это рисунок.
И линии — штрихи.
И танец.
И ритм, как скользит кисть.
И они рисуют создавая рисунок вместе.
Вплетая линии движения.
Создавая танец.
Но иногда Зверь напротив замирал и боролся… ломал рисунок, когда алый канат, обернутый вокруг шеи, уходящий наверх, дергали особенно сильно.
Новый звук отвлек внимание и они — на миг остановились.
«Убить».
Он рванул в непонятного сторону звука, но хвост рухнул сверху перегораживая путь, подняв вверх фонтаны песка.
«Играть».
«Играть» — легко согласился Зверь у него внутри, звук — подождет… «убить» можно позже… И он прыгнул в сторону, приглашая начать новую игру…