Тайга Ри – Печать мастера. Том 2 (страница 73)

— Юный господин идеалист, — пробормотал Дэй полу насмешливо. — Вместо того, чтобы облегчать бремя Главы, Наследник создает новое…

— Хорошо, — Нейер устало потер ладони лицо. — Хорошо, Син, ты спас. Отпустил троих? Сколькие из них вернулся, чтобы воровать снова, имея в кармане свиток с печатью Фу?

— Они дали слово, что не вернутся, что покинут Да-ари, — Коста снова опустил голову.

— О, Немес ашес, дай же мне сил… Что ты будешь делать, когда их будет десять? Двадцать? Пятьдесят? Что? Отпустить всех нельзя — им часто просто некуда идти. А ты в ответе за того, кого купил. Что? Что с ними делать? Без сил, необразованными, пустыми, которые не приучены ни к какой работе? Клан Фу не будет кормить нахлебников! Я жду ответа, Син.

— Я придумаю что-нибудь.

— Придумает. Он — придумает, — пробормотал Нейер медленно. — Хвала богам, этого не слышит госпожа… Она бы пустила твою покупку на опыты…

— Не пустила бы, — Коста смотрел набычившись, но очень твердо. — Это — моя покупка. Он — мой, значит я решаю, что делать.

— Это не так, госпожа имеет право…

—…или госпожа перестала бы быть моей Наставницей, потому что нарушила договор, — добавил Коста твердо. Два взгляда скрестились — непримиримый взгляд черных глаз младшего и совершенно не готового к такому повороту старшего.

И первым взгляд отвел Глава Фу.

— Немес ашес, — ахнул менталист. — Юный господин отрастил не зубы, но клыки… не рано ли, я прямо слышу эти сплетни, текущие из ушей в уши, извивающиеся, как змеи, и поливающие ядом все вокруг… Фу — будущий оплот евнухов предела!

— И потом, неужели нужно было выкупать именно тех, которых выбрали для себя наследники, неужели нельзя было найти других? Мало рабов в клетях? — Надавил Глава Фу, вспомнив часть воспоминаний о прогулке, которые ему слил менталист. — Мало других? Это улучшит отношения с наследниками? Это полезно для клана Фу?

— Полезно? — Коста застыл. — А если бы я купил этих четверых и преподнес их в дар наследнику Кло, чтобы он использовал их для «загона» — это было бы полезно? Тогда, меня похвалили бы?

Нейер потерял дар речи, не найдя, что сказать.

— Тогда, это была бы допустимая трата фениксов? Тогда, я был бы хорошим?

Менталист тревожно переводил взгляд с Наследника на Главу, которых разделяло всего пять шагов, но казалось эти пять шагов превратились в пропасть, преодолеть которую под силу разве что пустынным соколам.

— Я. Хочу. Спасать. Тепп–пперь я–я–я м–м–могу, а з–з–значит б–б–буду. Буду, — выговорил Коста, заикаясь от волнения. — Р–р–раньше н–н–не мог. С–с–сейчас м–м–могу. Ф–ф–фу не пострадают. Я найду решение.

— Вот найдешь — тогда и поговорим, — Нейер решительно развернул коляску, поворачиваясь спиной к Косте — «разговор окончен». — Тот раб, которого ты притащил с собой — полностью на твоей ответственности. Лечить, учить, защищать, отвечать, если он нарушит правила, сломает или украдет что-то. Сам купил, значит справляешься — сам. Дэй, ты сегодня остаешься. Сопровождать меня к Главе не нужно.

— Но, господин…

— Останешься здесь…Хаади — за мной, — Нейер поперхнулся, зашелся кашлем, вытер губы платком, спрятав в карман и быстро покатился из залы.

Хаади молчал. Скрестив руки на груди, не опускал головы, возвышаясь над всеми в мастерской. С высоты его роста было отлично видно, что Глава совсем не так спокоен, каким хочет казаться — то и дело перекладывал бумаги на столе из с одного места на другое, ровнял стопочку и перекладывал обратно. Главный мыслекопатель клана Фу сверлил его — Хаади — напряженным взглядом, но ему было плевать — пусть читают, пусть память трясут — ему скрывать нечего.

— Действовал согласно клятвы, принесенной Наследнику, — повторил Хаади размеренным басом. — После вчерашней вспышки излишнее возбуждение вредно. Господин хотел спасти рабов — господин спас. Моя задача — контроль безопасности. Задача выполнена — Наследник доставлен в покои в целости и сохранности, в спокойном расположении духа, и передан под опеку господина Дейера.

— Деньги… — протянул менталист. — Глава выделил Наследнику определенную сумму на траты, строго определенную…

— Вопрос денег вопросом безопасности не является, — так же отчетливо проговорил Хаади. — Я вернул господину то, что и так принадлежало ему — четыре феникса. Потому что контракт Наставника запрещает брать двойную плату, а юный господин свои деньги честно заработал. Форма наказания не соответствовала проступку, в дальнейшем мой ученик станет стараться меньше, потому что поощрение в любой момент может быть отнято…Это плохо повлияло бы на учебный процесс. Как Наставник наследника я принял решение…

— Замолчи уже… — Махнул в его сторону менталист, и сделал несколько пассов руками «скройся из мастерской, скройся».

— Он хочет выкупать рабов, он — хочет, — Нейер хлопнул по столу так, что мерные весы подпрыгнули, стопка пергаментов съехала, а серый камень покачнулся, как только они остались в мастерской вдвоем, и можно было «выпустить пар».– Нет, ты слышал?

Дей поймал глыбу, поправил, и — вздохнул, опустив голову, чтобы скрыть улыбку в усах.

— Выкупать… я думал он отвлечется в городе…

— Он явно отвлекся, — тихо пробормотал Дэй.

— Развеется…

— Он точно развеялся…

— Получит новые впечатления, я думал он устал от этих подземных переходов…

— О, новых впечатлений он точно получил, — мурлыкнул Дэйер.

— Я не понял, ты — одобряешь?

— Нет, конечно, — возмутился менталист. — Но хочу напомнить, что когда господин Ивиар первый раз дал вам допуск к клановому Хранилищу, первое, что вы сделали — насовали полные карманы артефактов и отправились в Эль-Элиф… раздавать бедным. Ведь у них нет — а у Фу — много, — язвительно закончил Дей.

— Мне было семь! Семь зим! Или шесть… — парировал Глава. — А не тринадцать…

— Кровь — не вода, и в крови рода Фу явно течет что-то… — Менталист пошевелил пальцами, уже не скрывая улыбку, — особенно, если вспомнить господина Ивиара…Хотя, госпожа Эло не отличается склонностью к подобным… подобному…

— Расточительству, — припечатал Глава. — И потом, если бы не Хаади…

— Юный господин всё равно купил бы их завтра, — вздохнув, признался Дей. — Потому что я сам планировал вернуть ему четыре золотых вечером… Потому что считаю, что поощрение заслуженно — прогресс в занятиях очевиден. Господин усидчив, выполняет всё по программе, и…нельзя поощрять за одно и наказывать…

— Запрещаю, — развернулся к нему Нейер. — Иначе он пойдет и купит ещё рабов…

Менталист подумал, обошел стол с другой и стороны, и мягко, очень мягко напомнил:

— У наследника осталось всего шесть монет. Одну он отдал авансом. Осталось пять. Четыре…вернул Хаади — девять. На ра… покупки он потратил семь, у него осталось всего два золотых. А, чтобы выкупить товары в лавке нужно пять…

Нейер помолчал и скомандовал:

— Пошли слуг выкупить его заказ, но так, чтобы Син не знал. Отдам ему дома через декаду… Иначе он никогда не научиться отвечать за последствия собственных выборов. Или рабы — или краски, в жизни ты не всегда можешь позволить себе всё и разом, клановая казна не бездонна…

— Как прикажет Глава, — Менталист кивнул, спрятав довольную улыбку в усы.

— И… пусть они положат что-то ещё, что нужно для рисования, — Нейер беспомощно взмахнул рукой в воздухе, — что там ему надо… Мама писала, что строит для Сина открытую мастерскую в саду, там лучший свет…

***

Гостевые покои клана Фу

Зала, отведенная юному господину

Коста искренне надеялся, что Хаади не попадет за него. Или, если попадет, то не сильно. Если бы не он — выбор между рабами был бы мучительным и сложным. Как помочь Хаади он пока не понимал, он себе то не знал, как помочь. Он подумает об этом, непременно, но подумает об этом — завтра.

Оказавшись в спальне, он привалился к двери, но тут же выпрямился, вспомнив, что не один.

Прикроватный коврик перекочевал в самую дальнюю часть зала, и там, сгорбившись на циновке сидел пустынник, баюкая руку. И зыркал на него исподлобья черными бусинами глаз. Никакого благоговения или радости во взгляде сына пустыни не наблюдалось.

Волчик, как есть. Грязный, побитый, тощий, недокормленный пустынный волчик, которому по недоразумению на голову навязали бусинок. И что теперь с ним делать?

Коста вздохнул, и начал снимать верхнюю одежду. Пояс и халат — на ширму и расправить, переодеть домашнее и переобуться. Пока он как ни в чем не бывало совершал привычные процедуры, пустынник сменил позу и теперь сидел, вольготно привалившись к стене.

— Тебя зовут Тук? — Уточнил Коста, вспомнив, как представлялись все прошлый раз. — Верно?

Ответом был напряженный взгляд черных глаз исподлобья.

— Будем считать, что ты сказал правду и ты — Тук. Когда ты последний раз ел? — Уточнил Коста, увидев, что тот даже не прикоснулся к подносу с ужином, который поставили на маленький чайный столик. — Я спрашиваю, когда ты последний раз ел. Когда я спрашиваю, я хочу слышать ответ.

— Вчера.

Коста потер лоб, думая.

Он такой грязный, что его точно стоит вымыть. Если вымыть — переодеть, нужно найти одежду. И — накормить. И потом лечение. Глава ясно сказал, что это — его ответственность. Но… если бы он сам не ел день… сначала — накормить — первый приоритет, с сытым всегда проще договариваться.

— Иди сюда, — позвал Коста, отодвинув одно кресло. Поднос с ужином он поделил пополам — жидкое, и питательное в двух пиалах — пустыннику, а себе одну тарелочку и чай. — Ешь, это твое.