Тая Север – Между звезд и руин (страница 37)

— Привыкла быть сильной, да? — спросил он, его глаза внимательно изучали моё лицо.

В комнате было темно, лишь свет от луны из окна освещал его силуэт.

— Да, — коротко ответила я, не отводя взгляда. — Я привыкла рассчитывать только на себя.

— Знаешь, мышка, — произнёс он, медленно приближаясь ко мне. Его голос звучал непривычно мягко, а в глазах читалось что-то, чего я не могла понять. — Попросить помощи не значит проявить слабость.

Его слова повисли в воздухе, создавая между нами невидимую связь. Я чувствовала, как сердце начинает биться чаще, а дыхание становится прерывистым. В темноте комнаты его силуэт казался ещё более внушительным.

— Ты не обязана мне ничем, — продолжил он, останавливаясь в шаге от меня. Его взгляд был таким пронзительным, что я не могла отвести глаза. — Просто... тебя почему-то хочется оберегать. Такая маленькая и хрупкая... — протянул он, словно не замечая моего смятения.

Я чувствовала, как моё сердце бьётся где-то в горле. Моё лицо горело, словно я стояла у палящего костра. Я не знала, как реагировать на такого рода откровения. Он всё это серьёзно говорил? Оберегать меня... Атмосфера в комнате стала какой-то наэлектризованной. Он ждал от меня ответной реакции, но я молчала.

— Я даже в темноте вижу, какого пунцового цвета стали твои щёки, — лёгкий смех наполнил комнату. — Ложись спать, 126539. Занимай мою кровать, на сегодня разрешаю.

Сказав это, он вышел за дверь, и я наконец-то смогла выдохнуть. Что это такое было? И он что, только что сбежал из собственной комнаты? Сам тут наговорил не пойми чего и ретировался. Вот же...

И если он вернётся, где он собирается спать? Неужели на этом крохотном диване у входа? Да он просто на него не поместится. Такая громадина. Конечно, идея занять его мягкую постель меня будоражила, но я решила не пользоваться его излишней добротой.

Стащив с его кровати подушку и верхнее покрывало, я удобно устроилась на его диване, мне здесь как раз хватило места. Лежа в темноте, я всё ещё чувствовала, как щёки пылают от его слов и неожиданного жеста. Что это было? Почему он вдруг стал таким... странным.

В голове крутились его слова. «Оберегать тебя» — не помню, чтобы кто-то вообще говорил такое. Да о чём речь, у меня и отношения были только в детском саду и то в ролевой игре. Глупости всё это, он точно не это имел в виду. Я сейчас просто придумываю себе всякие небылицы.

Я попыталась отмахнуться от этих мыслей, но они упорно возвращались. Что-то изменилось, нельзя было этого отрицать. Но я, видимо, слишком глупа, чтобы понять это.

Усталость взяла верх, и я не заметила, как провалилась в липкий сон. Не знаю, сколько прошло времени, но за окном уже светало, когда сквозь полусон я услышала, как вернулся Хилл. Слегка приоткрыв глаза, я заметила, как он внимательно разглядывает меня.

Когда он наклонился на уровне моего лица, я окончательно проснулась. Его глаза цвета огненного опала словно прожигали меня насквозь.

— Откуда он у тебя? — с неверием в голосе спросил Хилл и указал на мою шею.

— Что? — хрипло спросила я, не сразу осознавая, о чём он говорит.

Я машинально коснулась того места, куда был направлен его взгляд. Чёрт, видимо, во сне кулон вывалился из-под моей одежды. Я стиснула зубы — я точно само невезение.

— Этот кулон, — произнёс он, его голос звучал напряжённо. — Откуда он?

31. Чужая

— Мне его подарили, — честно призналась я. Смысла скрывать его существование уже не было. Нужно попробовать использовать это в свою пользу, наконец узнать, что он значит.

— Ты вообще знаешь, что это такое? — он внимательно следил за мимикой моего лица. Видимо, не до конца верил мне.

Я покачала головой, чувствуя, как сердце начинает биться чаще.

— Тот, кто подарил его тебе, даже не подумал объяснить, что он значит? Бред какой-то, — проведя рукой по волосам, негодовал Хилл. Его брови сошлись на переносице, а в глазах читалось искреннее недоумение. Я невольно поднялась с дивана. Что-то в этой ситуации явно было не так.

— Что в этом такого? — спросила я, пытаясь скрыть своё беспокойство.

— Что такого? — переспросил он, его голос стал ниже. — Ты не понимаешь, мышка. Это не просто украшение. Это символ... ответственности. Обещания. Ты должна его вернуть.

Его слова повисли в воздухе тяжёлым грузом. Я чувствовала, как напряжение нарастает с каждой секундой.

— Так объясни мне всё нормально, я ни черта не понимаю! — воскликнула я, чувствуя, как внутри закипает раздражение.

— Это древний символ, — продолжил он, его голос стал тише. — Символ принадлежности. Такие кулоны дарят наши мужчины своим женщинам.

Его слова повисли в воздухе. Символ принадлежности? Подождите, Ксар меня что, своеобразно пометил? Или я что-то не так понимаю?

— И что это значит? — спросила я, стараясь скрыть своё волнение.

— Это значит, что кто-то взял на себя ответственность за тебя, — ответил он, не отводя взгляда. — Ты принадлежишь тому, кто подарил его тебе. И приняв его, ты самолично дала на это согласие. Передать кому-либо этот кулон невозможно, если он принял тебя. Кулон в принципе не должен на тебя реагировать. Но я чувствую, как он пульсирует в такт твоему сердцебиению. Это невозможно, — его голос звучал твёрдо.

Я отступила на шаг, нервно сжимая кулон в ладони. Но зачем Ксар это сделал? Это же безумие какое-то.

— Мне кажется, он не думал, что кулон примет тебя. Ты же человек... Или он чувствовал тоже, что и я. Ведь когда ты рядом, я начинаю сомневаться в твоём происхождении, — размышлял Хилл.

Я вопросительно посмотрела на него.

— О чём ты? — не понимая, спросила я.

— Твой запах... он не такой, как у людей, — произнёс он с лёгкой хрипотцой в голосе. — Сначала я думал, что мне кажется. Но когда я привёл тебя сюда, осознал, какую ошибку совершил. Ты как афродизиак.

Его слова ударили меня словно пощечиной. Я отпрянула, чувствуя, как кровь прилила к щекам.

— Это невозможно, я совершенно обычная. Мои родители были людьми.

— Ты уверена в этом? Ты помнишь свою маму?

На мгновение я задумалась, а действительно, знала ли я свою маму? Я не помнила ни её лица, ни голоса, я вообще ничего о ней не знала. Кроме одной заученной годами фразы.

— Нет, — наконец ответила я, глядя ему прямо в глаза. — Я не помню её.

— А отца? — продолжал он.

— Отца я тоже не помню, — призналась я, чувствуя, как внутри поднимается волна тревоги. — Но бабушка рассказывала, что мама уехала в столицу на заработки и не вернулась. Меня воспитывала только бабушка.

— И у тебя не возникало ни единого вопроса? А как ты прошла классификацию? Что показала твоя кровь?

— Я... Я не знаю, девушка, которая проводила классификацию, увидев результат ноль, даже не стала проверять мою кровь, — в шоке отвечала я.

— Эти приборы не способны распознать наши способности. Поэтому результат всегда нулевой. Я не сошёл с ума, ты действительно не человек, — его лицо выражало восхищение.

— Но почему только ты почувствовал мой запах? Другие бы тоже заподозрили.

— Скажем так, у меня есть определённый дар, и распознавание запахов — это его побочный эффект. И я знаю только одного Астарийца с такой же способностью. — хмыкнул Хилл задумавшись.

Его слова повисли в воздухе, словно тяжёлые капли дождя. Я смотрела на него, не в силах поверить в происходящее. Не человек? Но как это возможно?

— Ты хочешь сказать, что я... одна из вас? — прошептала я, чувствуя, как земля уходит из-под ног.

— Пойдём со мной, — он потянул меня за руку к шкафу, точнее к его зеркалу. Он встал сзади меня и обхватил моё лицо своей огромной рукой, заставляя взглянуть на себя. — Смотри, твои глаза. Они ярко-синие, видела ли ты такой цвет глаз у обычного человека?

Я замерла, глядя в зеркало. Действительно, мои глаза всегда были странными. Многие обращали внимание, но со временем я перестала делать на этом какой-то акцент. В отражении я видела свои необычные глаза — они словно светились изнутри.

Хилл стоял вплотную позади меня, я чувствовала его горячее дыхание на своей макушке. В зеркале меня разглядывал самый настоящий хищник — разница в росте слишком сильно бросалась в глаза. Его силуэт казался ещё более внушительным в полумраке комнаты, а глаза цвета огненного опала словно прожигали меня насквозь.

Я невольно отступила, ощущая себя хрупкой и беззащитной рядом с ним. Мои тёмные прямые волосы до плеч казались тусклыми по сравнению с его белоснежными. Он был воплощением силы и власти — высокий, широкоплечий, с мускулистым телом, которое едва скрывала одежда. Он знал, что может получить всё, чего пожелает.

Его взгляд скользил по моему лицу, словно пытаясь прочесть все тайны, скрытые за маской спокойствия.

— Ты удивительная, Яра, — прошептал он, его голос звучал почти нежно.

Я вздрогнула от того, что он впервые назвал меня по имени. Его близость подавляла, но в то же время вызывала странное чувство защищённости.

Я повернулась спиной к зеркалу и напрямую взглянула в его глаза.

— То есть в роли человека ты звал меня только по коду? А теперь я заслужила обращение по имени? — цокнула я, нагло заглядывая в его глаза.

— Меня обязали называть людей только по коду, но ты же не человек, — улыбнулся Хилл, кажется, он был очень даже рад этой новости.

— Это только твои предположения, — не признавая свою причастность к ним, ответила я. Мне не хотелось верить, что теперь я точно такой же враг людям, как они все.