Тая Наварская – Бывшая жена. Я восстану из пепла (страница 17)

Закончив с багажом, Миша направился за руль, а девица, будто ощутив мое внимание, обернулась. Глянула в окно. Я дернулась, но отступить не успела, и на мгновение наши взгляды встретились… А затем губы блондинки растянулись в улыбке. Триумфальной такой, победоносной…

Потом она оправила шубу, дернула плечами и скрылась на пассажирском сидении Мишиного автомобиля. А я так и смотрела им вслед, чувствуя себя, будто старый хлам, который за ненадобностью вынесли на помойку…

— Ну и слава богу, — говорит Вера, выдергивая меня из мрачных воспоминаний. — Хоть задышишь полной грудью! Понятия не имею, как ты терпела этого предателя все минувшие дни…

В ответ я лишь пожимаю плечами. Хотя в словах подруги, безусловно, есть доля правды: теперь, когда Миша больше не маячит у меня перед глазами, жизнь и впрямь должна стать чуточку проще. Я смогу сосредоточиться на детях. На выздоровлении. И на том, чтобы во время развода не лишиться того, что принадлежит мне по праву.

Конечно, я не думаю, что Миша будет совсем уж наглеть. Будь я какой-нибудь бесприданницей — мог бы. А так… Все же авторитет моего отца не позволит бывшему мужу устроить откровенный беспредел.

Но за протекцией к папе я обращаться не собираюсь. Разве что в самую последнюю очередь. Постараюсь урегулировать бракоразводные вопросы сама. Все же я уже взрослая женщина: с опытом, со связями и собственным накопленным капиталом, который мне ой как пригодится.

Вера меняет тему, пустившись в рассказ про свою свекровь, которая, как обычно, треплет ей нервы. А я обхватываю чайную чашку пальцами все еще не совсем послушной левой руки и снова устремляю взгляд в сумеречную даль за окном.

Весна. Раньше я верила, что это время года всегда приносит обновление, затягивает старые раны и позволяет начать жизнь с нуля.

Так ли это теперь? Смогу ли я преодолеть физические и душевные травмы и возродиться из пепла? Или продолжу тонуть, медленно, но верно погибая в трясине жизненных невзгод?..

Глава 26

— Ну как, Адель, готова к первому рабочему дню? — Наташкин голос, доносящийся из динамика, вибрирует воодушевлением.

— Готова, — киваю я. — Хотя мандраж такой, что аж руки трясутся.

Это правда. Перед долгожданным выходом в офис я просто жутко нервничаю. Вчера даже уснуть до часу ночи не могла. Но в то же время понимаю, что этот шаг необходим. Не только с точки зрения финансовых потребностей, но и с точки зрения моего личностного роста и развития.

Я чувствую, что пора. Мой час пробил.

— Понимаю. Я ведь через полгода тоже выхожу из декрета. Как подумаю об этом — так дрожь берет.

В последнее время мы с Наташей спелись. Во-первых, она жена моего брата, а значит, самая что ни на есть родственница. Во-вторых, жизнелюбие и юмор этой женщины кого хочешь заразят позитивом. Ну и в-третьих, между нашими младшими детьми всего полгода разницы. Так что наши с Наташей интересы во многом пересекаются.

— Ты-то после декрета, — хмыкаю. — А я — после затяжной болезни. Надеюсь, мой мозг все еще способен на сложные мыслительные процессы и генерацию новых идей.

— Я в тебя верю, — твердо заявляет Наташа. — Профессионализм не пропьешь.

Усмехнувшись, кошусь на настенные часы и тут же снова становлюсь серьезной:

— Ну ладно, Наташ, мне пора. Не хочу опаздывать в первый день.

— Конечно, беги. Ни пуха ни пера.

— К черту!

Отложив мобильник, взбиваю стильное, тщательно уложенное каре и смотрю в зеркало. Улыбаюсь — невольно, несмело, одними уголками рта. Потому что до сих пор страшно признать, что мне нравится собственное отражение. Впервые за долгое время нравится.

Волосы, которые когда-то пришлось сбрить из-за экстренной операции на мозг, отрасли и теперь гладкими шоколадными прядями обрамляют лицо. Аккуратно подведенные глаза сияют. Лицо больше не режет взгляд худобой, а в области груди и бедер наблюдаются округлые женские формы.

За те три года, что минули с момента моего выхода из комы, столько всего произошло…

Я развелась с мужем.

Поправила здоровье.

Вернула себе контроль над телом и жизнью.

Конечно, порой было непросто. До слез непросто, до зубовного скрежета. Успехи накрывали волной эйфории, а неудачи повергали в пучину тоски. Я преодолела уйму преград: как ментальных, так и физических. Научилась терпеть, слушать себя и верить. Верить по-настоящему, безусловно. Верить вопреки.

Любой прогресс — это три шага вперед и два шага назад. Откаты неизбежны. Ошибки — лишь часть пути. Я занималась здоровье, растила любимых детей и утешала себя мыслью, что однажды моя жизнь наладится и все будет хорошо. Что я восстановлюсь, выстою, восстану из пепла.

И, кажется, этот момент настал.

Сейчас о пережитой трагедии напоминает лишь мизинец левой руки: время от времени он немеет, причиняя легкий дискомфорт. Во всем остальном — я абсолютно здорова. Занимаюсь йогой и танцами. Дважды в неделю хожу в бассейн. На досуге — вместе с сыном разгадываю кроссворды и зачитываюсь русской классикой, которую жутко не любила в школе.

По статистике, лишь двадцать процентов людей, очнувшихся после комы, полностью возвращаются к прежней жизни, и мне каким-то чудом посчастливилось быть среди них.

Разумеется, немаловажную роль сыграли забота и возможности моей семьи. Близкие не только неизменно меня поддерживали, но также сделали все, чтобы меня наблюдали лучшие специалисты Москвы: реабилитологи, неврологи, психотерапевты.

Мое здоровье оказалось в руках у профессионалов своего дела, и это, безусловно, дало свои плоды. Я окрепла. Расцвела. Стала сильной. И теперь готова покорять новые вершины, одной из которых станет возвращение на любимую работу.

Ведь я так долго этого ждала!

В одном мне повезло: я никогда не знала ни нужды, ни бедности. Мои родители богаты, да и бывший супруг всегда зарабатывал хорошие деньги. Но, несмотря на это, я никогда всерьез не рассматривала вариант «просто сидеть дома». Работа была моим стимулом, моей страстью, средством удовлетворения амбиций, которых во мне немало.

Иногда Миша ворчал: мол, зачем ты столько сил отдаешь работе? Ведь я готов тебя обеспечивать! Но в ответ я лишь усмехалась и качала головой.

Обеспечивать? Звучит благородно, вот только мне этого не нужно. Ни капельки. С юных лет я считала, что поистине счастливый брак — это равноправное партнерство двух достойных друг другуалюдей. А не созависимый союз, где кто-то должен кого-то «обеспечивать».

Я была благодарна мужу за его готовность взять на себя все финансовые заботы, но при этом ни на секунду не задумывалась о том, чтобы стать домохозяйкой. Ну не такой я человек, понимаете? Кого-то, может, и прельщает тихая семейная жизнь, но мне нравится быть в гуще событий и среди людей. Нравится творить, вдохновлять, добиваться результатов.

Впервые я пришла в сферу рекламы на последнем курсе института. Пришла и пропала. Маркетинг захватил меня с головой, и все это время я неутомимо строила карьеру: придумывала рекламные концепции, слоганы, стратегии продвижения. В планах даже было открыть собственное рекламное агентство, но… не сложилось.

Меня настиг инсульт, и жизнь развалилась на ошметки.

Вспоминать об этом по-прежнему больно, но уже много лет я делаю это без слез. Не сетую, не жалуюсь, не злюсь. Не терзаюсь бесплодными вопросами: «За что это мне?» Я просто приняла себя, свое прошлое и даже свой страшный диагноз, который чуть не лишил меня жизни.

Приняла и отпустила. Ведь я все еще жива, время не стоит на месте. А значит, и мне нужно двигаться вперед.

Навстречу новым вызовам и приключениям.

Глава 27

Одергиваю ворот шелковой деловой блузки и, вновь окатив взглядом свое улыбающееся отражение, выхожу из гардеробной. До начала трудового дня осталось чуть меньше двух часов, а мне еще нужно отвезти Лизу в садик. Решила, что пока буду делать это сама. Без помощи водителей или нянь.

Дочка ходит в детский сад уже третий месяц и потихоньку привыкает к новой реальности. Поначалу, само собой, было трудно: капризы, слезы, громкие вопли «Мама, я хочу домой!» В общем, все по классике.

Но я понимала, что малышке нужна социализация, да и мой выход на работу был не за горами. Поэтому я ласково и методично подготавливала ребенка к новому этапу ее жизни. Сначала, как водится, оставляла в саду всего на пару часов. Потом — на полдня. Ну а с конца прошлого месяца — на полный день. Чтобы привыкала.

— Доброе утро, сын, — спустившись на первый этаж, выхватываю взглядом фигуру Леньки, который сидит за обеденным столом и лениво жует бутерброд.

— Привет, ма, — отзывается. — Ты сегодня при параде!

— Ну так на работу же иду, — улыбаюсь. — Вот и нарядилась.

— Ты очень красивая! — искренне выдыхает сын.

И моя улыбка становится еще шире.

За те три года, что минули со дня нашего с Михаилом развода, Ленька подрос, возмужал. Почти парень уже! Классная руководительница говорит, что девчонки в школе за ним так и увиваются… Да я и сама вижу, как он повзрослел.

Когда муж только съехал, сыну было непросто. Он очень скучал по полноценной семье… Но не зря говорят, что со временем люди ко всему привыкают. Так произошло и с Леней. Прошло пару месяцев — и он смирился с тем фактом, что отныне родители не будут вместе. Смирился и перестал видеть в этом какую-то вселенскую трагедию. Ведь и я, и Миша по-прежнему оставались рядом.