Тая Ан – Резервация монстров: Одна среди них (страница 57)

– Разумеется, – кивнула та, протягивая мне светлый овал экраном вверх. – Одна пойдешь?

– А есть варианты? – Приблизив изображение, можно было различить поэтажный план малого замка. Что ж, если меня впустят, я с успехом найду так называемую снежинку, а если повезет, то и Германа вместе с ней. Если, опять же, повезет.

– На твоем месте я бы серьезно озаботилась насчет охраны, – посоветовала та.

Я коротко кивнула. Думаю, можно будет договориться с бабулей насчет одного из ее карателей для моего сопровождения. Хотя, чего мне бояться? Кто посмеет причинить вред дочери повелителя? И с этими мыслями я решительно направилась к выходу.

30.

Мимо меня резко замелькали дома, деревья, удивленные лица. Вот так, сама от себя не ожидая, я перешла на летящий бег. Если к дому Гера от замка я дошла минут за двадцать, то обратно домчалась всего за семь.

Малый замок возвышался в сотне метров от родительского, и назывался так оттого, что уступал в высоте большому метров на пятнадцать. Исполинские строения разделял лишь внутренний двор с общим для обоих замков тем самым садом.

Остановившись посреди двора, я с минуту напряженно сверлила взглядом темную громаду, ноги чесались, чтобы направиться туда прямо сейчас, не теряя ни минуты, но здравый смысл шептал о том, что стоит последовать совету Лали, и позаботиться об охране. Я чертыхнулась про себя, и уже сделала шаг к большому замку, как невольно вздрогнула, почувствовав знакомую тяжесть на плече, и ухо нетерпеливо защекотало теплыми усами.

– Малый замок! – Непривычно грубо рявкнул Фуниан, – быстро!

Я не заставила себя долго упрашивать. Лишь взметнулся кофейный веер широкой юбки, и я уже мчалась к вожделенным дверям. Высокие, тяжелые, окованные листовым железом, они совсем не были похожи на двери Большого замка из тонкого, но прочного стеклянного материала. Создавалось ощущение, что жителям малого замка было что скрывать, и оно укреплялось лишь достоверным знанием. Тем более, что дверь оказалась запертой. Как я уже успела узнать, на Тсарниан двери домов закрывались на замок крайне редко, поэтому я зло затарабанила в железную пластину, едва не отбив себе руки.

Заслышав шаги, горностай юркнул в мой карман, и затаился. Дверь почти бесшумно скрылась в стене, предъявив гостеприимно осклабившегося хозяина.

В свободных темных штанах, черной футболке с коротким рукавом и в мягких тапках с заячьими мордочками Ктиаран выглядел на удивление по-домашнему. Не выказав положенного в данной ситуации удивления, он лишь иронично отступил в сторону, приглашая войти. Я сердито поджала губы в ответ на подобную гостеприимность, и прошагала мимо, демонстративно уставившись в овальный гаджет. Точка оставалась неподвижной.

Я прошла несколько метров и остановилась, осторожно оглядываясь. Если Большой замок отличался светлотой, воздушностью и невесомой полупрозрачностью, то здесь наоборот, царил плотный душный полумрак. Стены, отделанные темным деревом, бордовые портьеры, бронзовые статуэтки, вычурная мебель – местный интерьер больше напоминал декорации к старинному фильму ужасов, нежели семейную резиденцию. Я вздрогнула, едва ощутив чужое горячее дыхание на своем затылке. В ту же секунду подарок Лали жалобно пикнул, прощаясь, и отключился. У меня внутри что-то ощутимо оборвалось, резко оставив после себя лишь ледяной страх сожаления о своем здесь присутствии. Всеми силами стараясь подавить растущую панику, я повертела невесомый пластик, разглядывая его со всех сторон, и не обнаружила ни малейшего намека на какие-либо кнопки. Потемневший экран отражал лишь мои полные отчаяния расширенные глаза.

– Поломался? Какая жалость… – Донеслось из-за спины. В подобного рода сочувственный тон мог поверить только законченный идиот. Я была не настолько близка к данному определению, и поэтому не поверила.

Резко развернувшись, я подняла голову, с ненавистью уставившись в этого чересчур самоуверенного индивида.

– Сам проводишь, или предложишь мне поискать самостоятельно?

– Идем, – добродушно кивнул тот, хитро улыбнувшись, и неспешно направился к полукруглому люку в полу, плотно упиравшемуся в дальнюю стену. Подойдя ближе, я смогла разглядеть широкую винтовую лестницу, тонувшую в полумраке неосвещенного тоннельного спуска. Представив себе карту, я вспомнила, что искомая точка мигала именно где-то на нижних уровнях. Вот только на каком конкретно, это оставалось неизвестным.

Полуящер нырнул в проем первым, галантно протянув мне оттуда руку. Я не стала привередничать, опасаясь за целостность своей шеи без поддержки на подобном спуске, и шагнула вниз, оказавшись в кромешной темноте. Ктиаран двигался практически бесшумно, мне оставалось лишь семенить следом, стараясь не сбиться с ритма частых ступеней.

– Почему так темно? – Поинтересовалась я примерно через минуту нашего торопливого спуска.

– Даже не знаю, как сказать…– Отозвалась темнота голосом бывшего полуящера без малейшей отдышки, – я все прекрасно вижу итак, и могу сказать, что тебе очень идут эти расширенные зрачки.

Час от часу не легче. Я постаралась нахмуриться, глядя в сторону насмешливого голоса, но ответом мне был лишь тихий смех, от которого мурашки побежали по спине.

«Почему ты стал таким, как сейчас?» – Захотелось бросить ему в лицо. Ведь теперь, не видя его лица, слыша лишь негромкий звук голоса, я представляла себе именно того Кти, каким я встретила его впервые. Но секундный порыв прошел, едва появившись. Я не была в полной мере уверена в адекватной реакции на такой вопрос с его стороны. Поэтому следовало быть крайне осторожной.

Лестница кончилась, и теперь мы шагали в той же темноте, но по мягкому ровному полу, скрывавшему звуки шагов. Я попыталась слегка высвободить руку из чересчур крепкого захвата, но не смогла. В ответ мутант сжал мою ладонь еще крепче, с силой дернув на себя. Я зашипела от возмущения. Так или иначе, но спокойно сносить подобное обращение я не собиралась.

– Что ты творишь?!

Он резко остановился, отпустив меня. Кровь прилила к онемевшим пальцам, заставив их болезненно запульсировать.

– К чему эта агрессия, Кти? – Укоризненно повторила я, разминая ладонь. – Ведь я итак иду рядом.

– Агрессия? – От этого тихого, леденящего душу напряженного голоса сердце заколотилось где-то в горле. Я сделала непроизвольный шаг назад, и тут же за это поплатилась. Жесткая рука, до этого так безжалостно мявшая мою собственную, теперь вцепилась в волосы на моем затылке. Я задохнулась от боли, и застыла, боясь пошевелиться. К глазам подступили обидные слезы. Казалось, невидимость мучителя делала ситуацию еще страшней. – Да что ты знаешь об агрессии?

Отвечать желания не возникало. Лучше бы я с самого начала молча терпела, чем сейчас испытывать такое. Но умные мысли, по традиции, пришли с опозданием. Отчего ты стал таким, Ктиаран? Или не стал, может просто всегда был… Умение притворяться, лицемерить ради выгоды, выставляя себя не тем, кем являешься на самом деле, было нынче обычной практикой. Разве может любовь быть такой? Звериной, ненормальной, злой. Если да, тогда я вовсе не желала быть ее объектом. Но бывший мутант считал иначе.

Сжимая мои волосы одной рукой, другой он зафиксировал мой подбородок. Я почувствовала горячее дыхание на лице, и рефлекторно зажмурилась, когда он жестко смял мои губы своими. Этот поцелуй не был похож на тот другой. Тогда я подумала, что вот она, моя судьба, мое счастье. Сейчас же хотелось лишь плакать от бессилия и отвращения. И казалось, это продлится вечность. Полуящер то душил в крепких объятиях, насильно стараясь раскрыть мои губы своими, то, вдруг будто опомнившись отстранялся, давая отдышаться, гладил мое лицо, легко касался губами щек, скул, сомкнутых век, шептал что-то нечленораздельное, и затем снова и снова сминал мои несчастные губы жестокими своими, будто и не замечая моих рук, изо всех сил пытавшихся его оттолкнуть.

И никто не спешил мне на помощь. Слезы пролились. Я страдальчески всхлипнула, и мужчина резко отстранился, тяжело дыша. С минуту ничего не происходило. Мои глаза никак не могли привыкнуть к кромешной тьме. Затем я почувствовала, как хватка ослабла. Ктиаран выпустил мои волосы, и снова медленно провел большим пальцем по щеке, на этот раз аккуратно стирая влагу. Затем молча взял за руку и мягко потянул за собой.

Спустя несколько долгих минут, а по моим ощущениям, не меньше получаса, полуящер тащил спотыкающуюся меня в темноте. Наконец он остановился, отпустив мою руку. Я сдержала желание проверить, не осталась ли обширная гематома на нещадно болевшем теперь участке кожи. Ярко вспыхнула виртуальная панель на стене, заставляя зажмуриться. Прошуршала тяжелая дверь, и меня втолкнули в проем. Темнота стала плотнее. Мы оказались в новом помещении, и здесь пахло иначе. Кровью, пылью, землей и к этому жутковатому коктейлю из запахов едва уловимо примешивался один до боли знакомый аромат горьковатой ванили. Я с силой заморгала, усиленно вглядываясь во мрак. Бесполезно.

– Я не сова, черт бы тебя побрал! Мне нужен свет, – темнота безмолвно впитала мой злой шепот, и по периметру просторного квадратного помещения замерцала неяркая пунктирная лента освещения. Скудный свет мягко очертил многочисленные силуэты, застывшие вдоль каменных стен. Я почувствовала, как самообладание медленно, но верно покидает меня, малодушно уступая место вялотекущей панике, как только различила влажно блестящие в полумраке абсолютно красные глаза каждого из нескольких десятков человекообразных субъектов, подпирающих мерцающие стены. Материал этих необычного вида стен определенно напоминал красноватый камень в любимой ушной бижутерии Царнима. Нервно сглотнув, я спрятала слегка подрагивающие руки в складках платья. И в этот момент, скользнув пальцами вдоль единственного кармана, я обнаружила, что он предательски пуст. Фуниан исчез.