Тая Ан – Развод. Не твоя истинная (страница 21)

— Это я, Рина.

Рина… какая еще Рина? Где я вообще? Ах, да…

— Терпимо. Где это мы находимся?

Опять…

Привстав с шелковых подушек, я хмуро огляделась вокруг.

Явно не сырое подземелье, не тюрьма и даже не тот пыльный сарай с решетками на окнах.

Я проснулась во вполне себе приличной спальне с добротной дубовой мебелью, камином и чьей-то огромной шкурой на полу. Издалека ее вполне можно было принять за одного моего знакомого герцога.

— Мы в удаленном имении господина Кронара, сюзерена местных земель.

Я часто заморгала, окончательно приходя в себя.

— Ты его знаешь, этого Кронара?

Служанка мотнула головой, поджав губы.

— Нет, но он кажется весьма неплохим человеком. Поселил нас во флигеле, дал новую одежду, накормил и велел слушаться экономку. Ее зовут Мария, она тоже очень приятная женщина. Говорит, мы все будем жить здесь и заботиться о поместье.

— А я что буду делать?

Она мягко улыбнулась.

— И вы тоже будете жить здесь, госпожа, в поместье.

Об остальном она деликатно умолчала.

Еще никогда мне не было так стыдно за оправдание собственной бесполезности наличием якобы привелигерованного положения. Да я обычный менеджер по продажам в средненькой фирме! Почти такой же пролетарий, как и вы!

Но попробуй объясни…

Видимо, у этого Кронара, старого знакомого Тианны, были на меня свои собственные планы. Оставалось только выяснить какие именно.

— И что же, вы решили принять своё положение и будете служить Кронару?

Она пожала плечами.

— Почему нет? Здесь вполне приличные условия, куда лучше, чем у прежних хозяев. Он нам даже платить будет. Честно говоря, мы и не ожидали подобного.

Хм… Я невольно задумалась. И чем же тогда их нынешнее положение подходит для роли рабов? Тем, помнится, не платят… Или я, опять же, чего-то не понимаю.

— Я думаю, нам очень повезло, — констатировала Рина, опять же умолчав обо мне.

Потому что моя судьба оставалась неясна.

— Я принесла вам завтрак и платье. Господин распорядился исполнять любой ваш каприз.

И почему от этого факта мне ни разу не легче?

Завтрак был сервирован на маленьком столике у камина. Прежде, чем приступить к еде, я тщательно перенюхала все предложенные блюда. От хлеба до каши. И даже фрукты и морс не избежали моего скрупулезного изучения.

Но с ними, похоже, всё было в порядке. Да и зачем новому собственнику травить ту, за кого он отвалил мешок денег?

Рина, поинтересовавшись моими пожеланиями и получив отрицательный ответ, оставила меня завтракать в одиночестве.

После еды я нашла ванную, где умылась и привела себя в порядок. И только потом обратила внимание на кресло у камина. На нем лежало принесенное Риной платье.

Серебристое и легкое, оно выглядело таким воздушным, словно было соткано из нежнейших цветочных лепестков. Не чета тому громоздкому сооружению, что я носила в замке серого дракона…

Тут же стянув с себя прежнее платье, я примерила это серебряное совершенство.

И оно оказалось как раз. С небольшим шлейфом, крошечными рукавами, удобное и приятное на ощупь. Никогда бы не снимала. Умеют же шить…

Подойдя к овальному зеркалу в золоченой раме, расположенному в углу возле камина, я оглядела себя с ног до головы.

Новый наряд мне невероятно шел, словно был изготовлен специально для меня. Осознав такую простую мысль, я замерла, удивленно глядя на свое отражение. А может, так оно и было на самом деле?

Уловив за спиной движение, я резко обернулась и поймала на себе чужой взгляд.

Мужчина стоял в дверях, небрежно опершись плечом о косяк и сложив руки на широкой груди. Я узнала этот взгляд. Это был он, наш хлебосольный хозяин собственной персоной.

Но даже сейчас, без своего мрачного черного плаща, в простого кроя темной рубашке и подпоясанных широким поясом штанах, он не мог сойти за обычного человека.

Слишком уж цепкий взгляд, слишком мрачная улыбка и волнами исходящее от него чувство опасности. Да кто он, чёрт побери, такой?

Серебристые, чуть волнистые волосы до плеч, тяжелый подбородок и светло-серые глаза под темными бровями. Хищный нос, изогнутые в усмешке губы, легкая щетина. Его можно было назвать красивым, не будь он таким…жутким.

— Доброго дня, миледи, — мужчина первым нарушил молчание, одобрительно оглядев мой наряд. — Вижу, вам понравился мой подарок.

Я вздохнула, жалея, что не могу стянуть с себя прелестное платье в этот же момент. И без того моё нынешнее положение под неизвестно чьей крышей чересчур уж шатко и непонятно.

— Доброго. Да, благодарю вас, чудесное платье.

Я не торопилась расслабляться. От этого огромного темного человека веяло жутью, как от пожара дымом, так что следовало быть начеку.

— Неужели вы меня так и не вспомнили? — поинтересовался он вдруг, делая плавный шаг вперед.

Я покачала головой, сетуя на чужую память. Та так и не торопилась предоставлять сведения об этом подозрительном мужчине.

Он глубоко вздохнул, с непонятным выражением разглядывая меня с ног до головы. Полупрозрачный подол, расшитый мелкими самоцветными камнями лиф платья, мои кудрявые, рассыпавшиеся по плечам волосы.

— Как же это, оказывается, приятно осознавать, — признался он вдруг, делая еще один шаг навстречу.

— Что именно?

Подойдя ближе, Кронар склонился надо мной, как удав над кроликом, и насмешливо прищурился.

— Что та, которая когда-то дерзко отказала, теперь полностью в моей власти…

Я удивленно распахнула глаза. Перед внутренним взором вдруг замелькали долгожданные картинки прошлого. Знакомое поместье, всё та же плечистая фигура напротив. И страх, обуявший всё моё существо…

Но если у меня он вызывал только страх, то Тианна боялась своего бывшего поклонника просто до ужаса, до крика, до дрожи в коленях. Именно потому и отказала.

Я моргнула, выныривая из чужих воспоминаний.

— Диахар?

Диахар…

Но вот беда, ничего, кроме имени в голове больше не всплыло. Ни обстоятельств тех дней, ни обрывков какого-либо диалога, который пролил бы свет на происходящее. Ни почему, собственно, Тианна предпочла серого дракона этому мрачному Диахару.

Хотя, возможно, выбирала вовсе не она, и командовал там отец. Но этого я, наверное, уже никогда не узнаю.

Мужчина тем временем удовлетворенно улыбнулся.

Даже странно было видеть на его лице нечто иное помимо мрачной усмешки. Улыбка очень ему шла. Правда задержалась ненадолго.

— Видимо, тогда я не произвел на вас должного впечатления. Или же ваше очарование будущим мужем оказалось столь велико, что затмило все остальные воспоминания.

Неужели до сих пор ревнует?

— Воистину, мой бывший муж производит очень сильное впечатление… Я бы даже сказала неизгладимое.

— Бывший?