Тая Ан – Чародейка по вызову (страница 37)
В комнату вошел стражник и жестом приказал мне собираться на выход. Я выбралась из кровати, хмуро разглядывая его лицо, скрытое за тканевой маской, и недоумевала: это что еще за маскарад с утра пораньше?
А где завтрак?
Неторопливо умывшись, я схватила со стола единственное оставшееся яблоко и заела им зелье огнеупорности. Ну а вдруг? Лучше перебдеть, как говорится.
Стражник в маске не вызывал никаких положительных эмоций. Благо и не торопил. Погладив на прощание сундук с Мосей, я бросила туда недоеденную половинку яблока и отправилась на выход.
На площади у цитадели было не протолкнуться. Как только я проморгалась, привыкая к яркому свету, то увидела огромную толпу. Кажется, здесь собрался весь Штрудельбург.
В центре площади возвышалось печальное сооружение – огромная гора хвороста, сложенная вокруг деревянного столба.
Я с трудом сглотнула. Стражник легонько толкнул меня в спину, заставляя сделать шаг, и толпа расступилась. Я видела суровые, хмурые и безрадостные лица. Очевидно, что никто не воспринимал происходящее, словно какой-то внеочередной праздник. Просто люди не хотели враждовать с инквизицией, и потому не спешили вступаться за малознакомую меня.
Я никак не могла поверить в реальность происходящего.
Над головой всё так же светило солнце, по-прежнему дул легкий морской бриз, а где-то в вышине кричали беззаботные чайки. Только город не шумел десятками голосов, не звучала музыка, не стучали по мостовой привычные шаги прохожих. Вокруг царила жутковатая, совершенно неестественная для этих мест тишина.
Я прошла эти пару десятков метров до небольшой лесенки, ведущей на вершину кучи хвороста и оглянулась. Меня снова красноречиво подтолкнули в спину. Со вздохом я взобралась по ступенькам на двухметровую высоту.
Однако же старался кто-то, хворост собирал…
Стражник стал привязывать меня к столбу. Правда отчего-то за ноги. Пока он там возился, я задумчиво разглядывала собравшихся. Вон те напыщенные лица в первом ряду со знакомыми пряжками в виде короны на плащах наверняка и есть пресловутые наблюдатели из Каршарда.
Руана, я полагаю, так и не нашли, зато подозреваемую ведьму покарают. Это ли не счастье? В их понимании, наверняка так оно и есть. Жалкие люди…
Один из них держал свиток пергамента с незнакомой алой печатью. Неужели текст обвинения? Ну что ж послушаем за какую такую провинность они не погнушаются сгубить человеческую жизнь.
Деловито встряхнув бумагу, Каршардский посол повернулся к толпе.
– Подождите! – раздалось вдруг оттуда знакомым басом. – Подождите!
Расталкивая с дороги чужие ноги, среди людей показался Гирш.
– Дайте ведьме попрощаться с ее фамилиаром!
32
Енот шустро взобрался по лесенке, затем взлетел на мое плечо, обнял его цепкими лапками и зашептал:
– Не бойся. Когда огонь скроет тебя из виду, Даниэль активирует портал, и ты тут же вернешься в свою темницу.
Я закусила губу, чтобы не улыбнуться. Напряжение отпустило в один момент, и я бы обняла своего доброго шерстяного друга в ответ, кабы не связанные руки.
Енот исчез так же быстро, как и появился. Проводив его взглядом, я расслабленно выдохнула, насмешливо поглядывая на стражника в черной маске. Теперь понятно, почему он стал привязывать меня, начиная с ног.
– Эта ведьма! – в мою сторону устремился карающий перст Каршардского наблюдателя. – Обвиняется в похищении единственного наследника Королевства Каршард!
– Где доказательства? – выкрикнул кто-то из толпы. – Когда был суд?!
Каршардец дернулся, но не обратил на выкрики внимания, продолжив громко зачитывать:
– За подобное злостное деяние преступница приговорена к смерти через сожжение!
Толпа зашумела, не вдохновленная подобной провинностью.
– Поджигайте ее скорей, – проворчал каршардец, и рядом со мной вспыхнуло пламя. Настолько неожиданно, что я вздрогнула.
Один из мужчин с каршардскими пряжками стряхнул с пальцев очередной огонёк, и тот резво шлепнулся рядом с моими ногами.
А что, так можно было? Костер вроде как лучше поджигать снизу…
Стражник загородил хворост своей широкой спиной, и сухое дерево тут же вспыхнуло по всему периметру кучи. Кто-то в толпе истошно закричал.
Народ отхлынул от затрещавших веток. Костер разгорался стремительно, расшвыривая повсюду яркие искры. Я смотрела сквозь огонь, чувствуя, что дышать становится всё тяжелей. Но это ничего, главное, что языки пламени, поднимающиеся возле моих ног, не причиняли никакого вреда.
Толпа волновалась, я видела показавшиеся из цитадели алые плащи. Они сдерживали беспокойных людей, натянув вокруг костра магическую цепь, но кто-то прорвался сквозь оцепление, пытаясь потушить костер. Его быстро вернули обратно.
Вокруг бушевало пламя. Оно гудело, разрастаясь во все стороны. Явно непростое, магическое…
Я поняла, что не смогу колдовать при всём желании. Дело было в веревках, сковавших мои руки. Они оказались пропитаны чем-то вязким и скользким.
Я попыталась незаметно призвать поток свежего воздуха, но у меня ничего не вышло. Я начала задыхаться, и стражник в маске вдруг обернулся. Знакомые глаза сверкнули едва ли не ярче пламени. И как я не узнала их раньше? Не прошло и секунды, как мне в лицо пахнуло приятным ветерком.
– Спасибо, – прошептала я одними губами, наблюдая, как у моих ног начинает загораться магическая печать.
Никогда бы не подумала, что однажды мне безумно захочется вернуться в свою маленькую темницу. И тем не менее…
А между тем в толпе творилось что-то невообразимое.
Что произошло? Неужели люди поняли, что в любой момент могут оказаться на моём месте? Стоит лишь своевольному наследнику избрать их дом в виде очередного укрытия, и никто не будет застрахован от костра. И даже инквизиция их не спасёт.
Так и до бунта недалеко.
Но неужели Даниэль не догадался их предупредить, что это всего лишь спектакль для уважаемых иностранных наблюдателей, дабы предотвратить возможную войну?
Или эти возмущения тоже часть спектакля?
Толпа гудела едва ли не громче пламени, но костер поднялся выше моей головы, загораживая обзор, и мне стало откровенно скучно. Ну огонь и огонь… Я уставилась на магическую печать. Чем больше становилось пламя, тем ярче та светилась.
Сколько еще ждать? А ведь сегодня я даже не позавтракала толком.
И вдруг, заставляя меня вздрогнуть от неожиданности, в костер что-то стремительно влетело. Маленький круглый камешек на серебристой цепочке стукнулся мне в ноги и перламутрово засиял.
Это что еще за невидаль?
Мягкое сияние вмиг окутало мои ступни и поползло вверх, слегка щекоча кожу. Я недоуменно наблюдала, не зная, стоит ли переживать. А как же печать? Разве портал – не она?
Вскоре я получила ответ на свой вопрос. Сияние накрыло меня с головой, и всё вокруг погрузилось во тьму. Костер, толпа, солнечная площадь цитадели… всё исчезло на долгую минуту, пока я падала в эту странную темноту.
А потом снова почувствовала под ногами твёрдую опору и открыла глаза.
Портал сработал. Вот только вместо привычной уютной темницы вокруг были увешанные гобеленами каменные стены. Я стояла посреди огромного зала на алом ковре, который вел к массивному золоченому трону.
Подняв голову, я встретилась взглядом с восседающим на нем мужчиной в тяжелой стальной короне.
– Ну а теперь отвечай, ведьма…– протянул тот, злобно сощурившись. – Где мой сын?
***
По правую сторону от трона замер знакомый сыщик с тем самым шариком в руках. Амулет переноса всё еще испускал затухающее перламутровое сияние.
Так вот кто перебил нужный портал! Ну спасибо вам большое за самоуправство!
Надеюсь, с Даниэлем всё в порядке, и он не пострадал.
– Где мой сын, ведьма? – повторил седовласый мужчина в короне крайне недружелюбным тоном. – Твоя казнь меня не интересует, куда больше мне интересно местонахождение собственного наследника.
Да неужели? Тогда что за фарс с наградой за мою голову?
– Штрудельбургский инквизитор не хотел тебя отдавать и не допустил к тебе моих дознавателей, так что извини, что пришлось пойти на столь крайние меры. Итак, я жду ответ на свой вопрос.
Ну ничего себе! Передо мной даже извинились. В таком случае следует быть максимально вежливой, иначе кто знает, что еще может быть в арсенале этого недовольного монарха, помимо портальных амулетов?
– Я думаю, ваш сын сам даст вам знать свое местоположение, если пожелает, ваше величество, – приосанилась я.
Седые брови короля сошлись на переносице. Мужчина явно не терпел уклончивых ответов.
– Ты его встречала? – поинтересовался он хмуро.