Татьяна Зинина – Трофей Его Высочества (СИ) (страница 52)
Мне дико хотелось большего. Опустить Эниремию на подушки, покрыть поцелуями шейку, ключицы, стянуть с неё сорочку, покатать на языке горошинку соска. И моя хаити явно была не против, но я не собирался сегодня переходить черту. Это было бы слишком неправильно, а я и так совершил немало ошибок.
Заставив себя прервать этот умопомрачительный поцелуй, погладил Мию по гладкой щеке и снова легко коснулся губами губ. Всего на мгновение. А потом отстранился.
– Сейчас глубокая ночь, а утром у тебя занятия. Нужно спать, – сказал, видя непонимание в родных глазах.
И вдруг её взгляд будто потух. Она отвернулась, попыталась выбраться из моих объятий, но я не отпустил.
– Зачем целовал? – спросила с грустной отстранённостью. Но о страшном сне-воспоминании, кажется, забыла.
– Не смог сдержаться, – ответил честно.
– Но больше не целуешь.
– Потому что не хочу пользоваться твоей слабостью, – признался, проведя пальцами по её спутавшимся волосам. – Ты сейчас ещё не в себе. А я хочу, чтобы между нами всё было честно и открыто. – И снова поймав её взгляд, добавил: – Ты нужна мне, Мия. Вся, а не только тело. Мне нужна твоя душа, твой смех, твои мысли и чувства. Мне нужна твоя любовь.
– Зачем тебе любовь хаити? – в её голосе звучала горечь. – Чтобы потом жениться на другой?
– Если я и женюсь, то только на одной девушке. На тебе, Эниремия. Но сейчас не время говорить об этом. Ложись.
Отпустил её из объятий и откинул край одеяла.
Она не стала спорить. Кажется, мои слова произвели на неё впечатление. Покорно легла на подушку, но закрывать глаза не спешила. Будто боялась, что лишь стоит уснуть, и её снова затянет в пучину кошмаров прошлого.
– Позволишь остаться с тобой? – спросил я. – Буду охранять твой сон.
– Позволю, – она согласилась не раздумывая. Словно сама хотела об этом попросить, но не решалась.
Я лёг рядом, опустил ладонь на её живот поверх сорочки и прижал ближе к себе. Ощущать её рядом было безумно приятно. Правильно. Привычно. Я многое отдал бы, чтобы каждую ночь засыпать вот так. С ней.
– Как ты узнал, что мне приснился кошмар? – прозвучал в тишине комнаты её голос.
– Связь, – ответил, с наслаждением вдохнув запах волос. – Я видел то, что видела ты. Твой сон. И теперь знаю, что именно случилось.
Эниремия в одно мгновение напряглась, дыхание сбилось, она даже попыталась отодвинуться, но я лишь крепче прижал её к себе.
– Спи, Мия. А о твоём сне поговорим в другой раз.
– Не нужно называть меня этим именем.
– Ты моя Мия, – сказал твёрдо. – В тебе многое изменилось, но ты всё равно осталась собой. И сейчас, когда больше не прячешься, я это вижу. Случившееся с нами многое разрушило, но не смогло изменить главное.
– Что? – спросила она тихо.
– Моих чувств к тебе, – прошептал я. – И, надеюсь, твоих чувств ко мне.
Больше она ничего не спрашивала, ничего не говорила. Сначала просто лежала, напряжённая, как пружина. Но постепенно расслабилась, а вскоре всё-таки уснула. Я же спать не собирался, слишком о много следовало подумать. Но вот голова работать отказывалась, а мысли всё время скатывались к спящей рядом девушке. Моей Мие.
Подумать о серьёзных вещах мне так и не удалось, сон оказался сильнее. Но слушая дыхание своей хаити, чувствуя рядом её живое тепло, помня вкус её поцелуя, я окончательно осознал то, что и так было ясно давно. Я люблю Эниремию. Люблю, несмотря ни на что.
Глава 33. Пешки
Утром я проснулась с улыбкой на лице. На душе было так хорошо и светло, что хотелось смеяться и дарить радость всему миру. Это чувство оказалось таким безумно приятным и удивительным, что хотелось сохранить его как можно дольше, упиваться им, утонуть в нём. Но пришлось возвращаться в реальность.
Хотя, сегодня даже она радовала. Мне было тепло, уютно и очень спокойно. Мар обнимал меня, и в его объятиях я чувствовала себя на своём месте. Его пальцы, едва касаясь, поглаживали мою спину, но в этих прикосновениях ощущалась лишь нежность, без каких-либо намёков.
– Доброе утро, – тихо сказал Анмар. – Пора просыпаться. Скоро завтрак и начало занятий.
Я нехотя открыла глаза и поймала его тёплый взгляд. А потом он потянулся к моим губам, коснулся их в лёгком поцелуе и приподнялся на локте.
– Доброе утро, – ответила я и снова улыбнулась.
Принц выглядел непривычно растрёпанным. Волосы лежали в беспорядке, на щеке остался след от подушки, шрам немного покраснел, на подбородке виднелась лёгкая щетина. Но я вдруг подумала, что никогда не видела мужчины красивее. Ох, кажется вчера Мар был прав, говоря, что наши с ним чувства так никуда и не делись. Но об этом ещё стоит подумать.
– Мне безумно нравится, когда ты так на меня смотришь, – сказал он, тоже улыбнувшись, и поправил локон у моего лица. – Такая милая, такая родная. Я бы послал всё к демонам и весь день бы тобой любовался. Но нам всё же придётся отправиться на занятия. Да и с Анхельмом стоит побеседовать.
Упоминание брата мигом вернуло меня с небес на землю, а всё хорошее настроение растаяло, словно утренний туман. Мар заметил эти перемены, и на его лбу появилась хмурая складочка. Он сожалел, что сказал это, я чувствовала его эмоции по нашей связи. Потому и поспешила взять его за руку и ободряюще сжать пальцы. Это было порывом, но он оказался показательным для нас обоих.
Анмар обхватил мою ладонь, поднёс её к губам и поцеловал внутреннюю сторону запястья. Мы смотрели друг другу в глаза, а в душе бушевали чувства. Я уже не понимала, где мои эмоции, а где его. Меня переполняли нежность, тепло, восхищение, радость, с лёгкой толикой страха, что принимаю желаемое за действительное. Я так хотела верить этому мужчине и очень боялась ошибиться. Обжечься. Раскрыть душу для того, кому она не нужна.
И вдруг Мар протянул ко мне руку, зарылся пальцами в волосы на затылке… а его губы накрыли мои. На этот раз поцелуй оказался совсем не целомудренным. В нём будто отражалось всё, что мы испытывали друг к другу. Наши переживания, наши эмоции, наши чувства. Я упивалась сладкими ласками его языка, с наслаждением проводила по мягким губам. Даже не заметила, как оказалась сидящей у него на коленях, причём в очень провокационной позе. Обхватила его и руками, и ногами, а боялась в этот момент лишь того момента, когда поцелуй закончится.
Дева Заступница, как бы я хотела, чтобы этот момент длился вечно!
И всё же именно Мар прервал наше сладкое сумасшествие. Поцеловал уголок губ, щёку, скулу, и как финальный аккорд, на прощание снова коснулся губ.
– Мы ещё обязательно вернёмся к этому прекрасному занятию, – проговорил, гладя меня по спине и плечам, пропуская сквозь пальцы волосы. – Но кое-что я не хочу откладывать на потом.
Он сел ровнее, посмотрел мне в глаза, и выглядел таким серьёзным, будто собирался сообщить нечто такое, что изменит наши жизни окончательно и бесповоротно. Я замерла, готовясь с гордостью принять очередной удар судьбы. Даже попыталась слезть с Мара, но он удержал.
– Ну чего ты испугалась? – спросил, мигом снова став прежним.
– Не испугаешься тут, – сказал в ответ. – Ты с таким видом сидел, словно собрался приговор зачитывать.
С губ моего принца сорвался смешок, и он крепко прижал меня к себе.
– В какой-то степени так и есть. Приговор для нас обоих, – вздохнул он, но в голосе звучало тепло. – Просто хочу, чтобы ты знала… я люблю тебя. И что бы ни случилось, как бы ни повернулись дальше наши жизни, мои чувства не изменятся. Помню, что обещал тебя отпустить, и сделаю так, если ты на самом деле этого захочешь. Но даже если уйдёшь, не оставлю тебя. Пусть на расстоянии, но буду защищать и оберегать.
Я смотрела на него, и никак не могла осознать услышанное. Эти слова произвели на меня эффект огромной волны, сбивающей с ног. Даже осознавала смысл сказанного, но безумно боялась поверить… поверить, что это правда.
– Понимаю, что у меня нет права даже надеяться на твою любовь. Не после всего, что ты пережила по моей вине. Я не уберёг тебя тогда на острове. Я во всём виноват, Мия. Ты была права, нам не следовало спешить или прятаться. И убегать не следовало. Я надавил на тебя, заставил принять решение. И всё закончилось плохо.
Он медленно выдохнул, на несколько мгновений отвёл взгляд, но, начав говорить, снова смотрел только на меня.
– Война началась тоже из-за меня. И тебе пришлось прятаться, скрываться. Мия… – Он был взволнован, никогда не видела его таким. А слова проникали прямо мне в сердце, рассыпаясь там мелкими колючими искорками и заставляя то биться с немыслимой скоростью. – Я не знаю, как всё это можно простить. Понимаю, что ты вряд ли когда-то сможешь ответить взаимностью на мои чувства, но не любить тебя не могу.
И пока я переваривала услышанное, он осторожно пересадил меня на кровать, а сам поднялся на ноги.
– Собирайся. Ванная в твоём распоряжении. У нас на сборы не больше пятнадцати минут, так что придётся поспешить.
И, тепло улыбнувшись на прощанье, скрылся за дверью.
Я проводила его ошалевшим взглядом и, закрыв лицо руками, упала на подушку.
Любит?! Мамочки… Любит!
Он меня любит! А я…
За окном кто-то что-то крикнул. Не мне, а какому-то Райну. Но звук чужого голоса, заставил вернуться в реальность, где мне давно следовало мчаться в столовую и на занятия. Подскочив с кровати, я ринулась умываться. Мар прав, опаздывать не стоит.