Татьяна Зинина – Трофей Его Высочества (СИ) (страница 50)
Догадывался ли он тогда, что я Эниремия? Возможно. У него вообще могли быть самые разные мотивы. Но если опираться только на факты, то я выжила во много благодаря Мару. Не думаю, что без его вмешательства меня хватило бы ещё хотя бы на несколько дней. Я уже на площади во время того гадкого отбора хаити была почти на грани.
Так имеет ли моя симпатия к врагу право на жизнь? А имею ли я право на эту симпатию?
Имею! И мне всё равно, что многие меня осудят. После мрака жизни под личиной Рены, я стала иначе относиться к моментам радости и душевного покоя, как и к чужому мнению. А рядом с Анмаром чувствовала себя на своём месте.
В обсерваторию мы не пошли – там нечего делать, когда небо затянуто тучами, которые стали только плотнее. В общежитие возвращались уже после наступления темноты. Мар прикрывал нас от дождя магическим куполом, но ноги я всё равно промочила. Увидев, что наступила в лужу, Анмар без слов подхватил меня на руки, и нёс так до самого входа в общежитие. Он прижимал меня к себе крепко, но осторожно, а я просто глупо наслаждалась его близостью. Хотелось самой обнять своего хайта, но на это мне решимости уже не хватило.
– Спасибо за прекрасный вечер, – сказал Мар, когда мы оказались в нашей гостиной.
– Спасибо тебе за всё, – искренне проговорила я, поймав его взгляд.
Он смотрел на меня с лёгкой грустью. И я чувствовала, что больше всего ему сейчас хочется подойти ближе, обнять, поцеловать. Не буду скрывать, мне и самой хотелось того же. Но что-то останавливало.
Сегодня нам было хорошо вместе. Да, мы просто разговаривали, узнавали друг друга, гуляли, как самые обычные парень и девушка. Словно всё в наших жизнях просто и понятно. Но лишь стоило вернуться в комнаты, и иллюзия спала.
Я сделала шаг назад, а Мар понимающе усмехнулся и едва заметно кивнул. Он отпускал меня сейчас, хоть и хотел совсем другого. Давал мне право отказаться, дарил эту видимость свободы. Но даже за это я была ему благодарна.
– Пойду к себе. Хочу подготовиться к завтрашним занятиям, – сказала, словно оправдываясь. – Остальные уже проучились больше недели. А у меня со знаниями в области магии не всё гладко.
– Ты всегда можешь обратиться ко мне, если что-то будет непонятно, – ответил Анмар. – Я с радостью объясню. И на практике тоже смогу помочь. Из-за связи между нами, у меня есть возможность контролировать и направлять твою магию.
– Постараюсь справиться сама, но, если не получится, обязательно воспользуюсь твоим щедрым предложением.
– Рена…
Он вдруг шагнул вперёд, протянул ко мне ладонь, будто желая коснуться, но я снова отошла назад, почти упираясь спиной в стену.
– Не Рена, – сказала, глядя ему в глаза. – Уж лучше зови Эниремией.
– Я лишь хотел сказать, что завтра после занятий отправляюсь в замок Айнс. – Мар больше не пытался приблизиться. – Хочу побеседовать с твоим братом. Он как раз пришёл в себя. Ты поедешь со мной?
– Конечно! – воскликнула, мигом забыв обо всём ином. – Ты позволишь мне с ним поговорить?
– Да. И хочу, чтобы ты присутствовала при всём нашем разговоре.
Я была настолько поражена его сообщением, что даже не нашла что ответить. Молча кивнула, опустила взгляд и хотела уже спрятаться в своей комнате, но остановилась.
– Мар, что с ним будет потом? – спросила, снова поймав взгляд своего хайта.
– Не знаю, – ответил он, а в глазах появилось сочувствие. – Это решать не мне. И, боюсь, сейчас я мало что смогу для него сделать. Отец… – он оборвал сам себя и отвернулся к окну. – Его Величество запретил мне появляться во дворце.
– Почему? – выдала удивлённо. Это что же получается? Мар в немилости у собственного родителя?
– Скажем, мы не сошлись во мнениях по ряду вопросов, – ответил он уклончиво. – Такое у нас иногда случается. Не бери в голову. Я со всем разберусь.
Может, это и неправильно, но за Анхельма я почти не переживала. Он жив, идёт на поправку, а с остальным справится сам. Мой брат явно знал, что попадёт в плен. Более того, это было частью его плана. Он сказал, чтобы я верила в него. И я верю. Хельм явно что-то задумал, и лучшее, чем я сейчас могу ему помочь, это не мешать. Но поговорить нам точно нужно. Вот только… глупо, но мне страшно узнать правду. Ведь одно дело догадываться, что мою жизнь сломал мой собственный отец, и совсем другое – знать наверняка.
Некоторое время мы с Маром просто молчали, почему-то не спеша ни расходиться, ни говорить. Мне очень хотелось расспросить его о причинах ссоры с королём, но я сомневалась, что имею на это право. Сам Анмар просто смотрел на меня, словно старался запечатлеть в памяти мой образ и весь этот момент.
В итоге первой покинуть гостиную пришлось именно мне. И когда за спиной закрылась дверь спальни, я прислонилась к ней затылком и тяжело вздохнула. Ох, чувствую не зря Кейр обмолвился, что принц пошёл ради меня на немыслимое. Боюсь, дела обстоят куда хуже, чем казалось сначала.
Ладно, завтра пока будем ехать в замок, наберусь смелости и спрошу его прямо. Пока же лучше отвлечься на учебники. А вот когда мои эмоции придут в норму, сердце перестанет биться, словно ненормальное, и желание немедленно вернуться к Мару немного утихнет, придёт время всё спокойно обдумать. Мы с ним в прошлый раз уже поддались эмоциям, сбежали ото всех, и это закончилось войной между нашими странами. Теперь нужно действовать умнее. А спешка в сложных делах никогда никому не помогала.
Да, я уже не могла отрицать, что хочу быть с Анмаром. Хочу… но вот могу ли, пока, увы, непонятно. Выбор, перед которым он меня поставил, совсем не прост. Но однажды мне всё-таки придётся его сделать.
Глава 32. Серые маги
Лёжа в кровати я глупо смотрел в тёмный потолок и пытался навести порядок в собственных мыслях. А там, увы, уже несколько дней творился настоящий бедлам. И мой срыв с Эниремией был только началом. Можно сказать, что он стал отправной точкой неприятностей, которые покатились дальше, как снежный ком.
Мою хаити приняли в академию, хоть это и оказалось непросто. Но наедине ректор высказал мне всё, что думает по этому поводу. Именно он обрисовал неблагоприятные перспективы для Эниремии, предсказал возможную травлю со стороны других студентов, неизбежные слухи, которые всё ещё больше усложнят. Снова напомнил про необходимость для неё принять присягу, и добавил, что совет академии настаивает на том, чтобы это произошло в самое ближайшее время. Некоторые преподаватели на самом деле отказались учить её, и это искренне меня огорчало.
Выйдя от ректора, я решил, что теперь уж точно могу отдохнуть, а заодно рассказать Рене… Эни о правилах академии. Но прямо в коридоре дорогу мне заступили два стража из личной гвардии отца и передали настойчивое приглашение во дворец. Отказаться не было никакой возможности.
Долгожданная встреча с родителями вышла горькой. Мама, конечно, обняла меня, сказала, что соскучилась. А вот отец даже руки не протянул. Смерил меня холодным взглядом и просто приказал немедленно доставить принцессу Эниремию в дворцовые подземелья. Ясное дело, что согласиться на это я никак не мог.
В общем, семейный ужин в отчем доме закончился скандалом.
– Глупец недалёкий! Только полные идиоты дважды попадают в одну и ту же ловушку! – кричал мой обычно уравновешенный и собранный папа. – Да эта вертихвостка верёвки из тебя вьёт! Однажды уже подставила, и теперь снова сделает это!
– Она моя хаити, и не сможет мне навредить, – повторял я в сотый раз.
– Тебе-то да, а остальным? Академии? Твоему брату? Нам с мамой? Мы её враги! Гервин лично прирезал её папашу! Такое никто не простит! Никогда! Но ты не видишь дальше её прелестей!
– Папа, Эниремия очень изменилась, – я старался отвечать спокойно.
– Сыграть можно всё, что угодно! – не сдавался отец. – Я прикажу выставить её из академии.
– Тогда мне придётся уйти вместе с ней. Ритуал связал нас очень крепко.
Папа хмуро свёл брови, а в его кулаке согнулась серебряная вилка. И всё же следующую фразу он сказал куда более ровным тоном, который всё равно звенел от напряжения:
– Ты поступил опрометчиво, притащив её в академию. Она пленница. Я настаиваю на разрыве ритуала!
– Это станет возможно не раньше, чем через месяц, – напомнил ему.
– А я сказал, что вы разорвёте его завтра же! – отец с силой стукнул кулаком по столу, от чего на том зазвенела посуда.
Хорошо, что сегодня ужинали мы только втроём, иначе скандал быстро вышел бы за границы этой комнаты.
– Нет, – ответил, вставая. – Это слишком опасно. Её магия нестабильна. Эниремия только осваивает дар…
– Мне плевать! Ты сделаешь это!
– Нет, отец, – я отрицательно покачал головой. – Спасибо за ужин. Мне пора возвращаться в академию.
И направился к выходу. Он не кричал мне вслед, но я кожей чувствовал его обжигающий взгляд. Перед тем, как прикрыть за собой дверь, я снова посмотрел на родителей. Мама стояла у кресла отца и, гладя его по плечу, что-то тихо говорила. Всё же хорошо, что она присутствовала при этой встрече. Иначе Его Величество так просто меня бы не отпустил. С него бы сталось меня самого закрыть в подземельях.
Когда вернулся в наши покои в академии, Эниремия спала. Я несколько минут простоял в её комнате, любуясь безмятежной улыбкой на её милом личике. И всё же ушёл к себе.