Татьяна Зинина – Карильское проклятие. Наследники (СИ) (страница 53)

Она сидела в плетеном кресле у подножия лестницы и спокойно рассматривала загорающиеся над головой звезды.

Филипп тоже на несколько секунд поднял голову, любуясь красотами ночного неба. А потом присел на ступеньку и спросил:

– Где дед?

– Уже спит, – отозвалась бабушка. – Весь день провел в дороге. Они с конюхом ездили в город, пополняли запасы провизии. Все же скоро осень окончательно вступит в свои права, а заниматься этим в холод не очень-то приятно.

– Ты же знаешь – я легко добуду вам все что угодно, стоит только попросить, – раздраженно бросил Фил.

Он с нервным видом вертел на пальце невзрачный серебряный перстень.

– Ты ведь не из-за деда приехал. Я права? – поинтересовалась леди Мари. – Из-за этой девочки, что привозил днем. Почему, кстати, так быстро уехал? Что случилось?

– Она соврала, – ответил парень, сцепляя руки на затылке. – Те люди, чьи имена она называла, не ее родители. Мне кажется, она даже их не знает.

– Возможно, – пожала плечами бабушка, но тут же добавила: – А я вот не заметила ее вранья.

– Но заметила ее кулон. И он тебя явно заинтересовал, – сказал внук. – Я видел, как ты на него смотрела.

Хозяйка дома поджала губы и задумчиво коснулась своего подбородка.

– С Кери Амадеу она точно знакома. Кулон – его рук дело, в этом я не сомневаюсь, – ответила она. – Кроме него, делать подобные артефакты пока никому не удавалось.

– И чего же в нем такого особенного? – поинтересовался Фил. – Довольно слабенький амулет, ограждающий от направленных физических воздействий.

– Ты неправ, дорогой. Силы в него закачано очень много, а функций – еще больше. Творения Кери именно тем и отличаются, что совершенно не фонят магией. Но если присмотреться внимательней, можно увидеть целый клубок различных плетений.

Филипп хмыкнул и озадаченно посмотрел на свои руки.

– У ее брата такой же. Точная копия, – сказал он, не поднимая глаз. – А Кертон – на самом деле их дядя… ну или опекун. Он несколько дней назад навещал их в академии. Кстати, они с Ником говорили о чем-то, прикрывшись пологом безмолвия.

– Знаешь, – спокойным тоном протянула бабушка, – я вот сейчас вспоминаю те плетения, что успела рассмотреть в медальоне твоей подруги, и кое-какие узоры кажутся мне знакомыми.

– И для чего они служат?

Леди Мари посмотрела на внука и снова перевела взгляд на темное небо.

– Для изменения внешности, – ответила она. – Точнее, для ее корректировки. При этом меняются лишь какие-то черты лица или оттенок глаз. Но ты и сам прекрасно знаешь, о чем я говорю.

– Значит, они не те, за кого себя выдают, – каким-то разбитым голосом протянул Фил. В голове никак не укладывалось, что он больше месяца провел с людьми, которые его обманывали.

– Да, – согласилась бабушка. – И Кери в курсе их маскарада.

– Но это может означать… что они шпионы? – озвучил свой вывод Филипп.

Тут же вспомнилась история с косточкой, пугающее количество бранных слов, каких благовоспитанные люди и знать-то не должны. Нездоровый интерес Доминика к картелам и особенностям их устройства, а еще его странная, внезапная дружба с Эдином.

– Бабушка, мне все это совершенно не нравится, – сказал парень, поднимаясь и нервно прохаживаясь перед ступеньками. – Я не знаю, что думать…

– Может, есть смысл просто спросить? – предложила она. – Не стоит с ходу обвинять людей во всех смертных грехах только за то, что они пользуются маскирующими амулетами. Вполне вероятно, что ребята просто имеют какие-то внешние изъяны, которых стыдятся, вот заботливый дядюшка и сделал артефакты.

Но Фил почему-то сильно сомневался, что ответ окажется настолько простым и банальным. Но и доказательств вины Дины и Ника не имел. Ведь пока они не сделали ничего плохого… за исключением некоторых моментов.

– Останешься сегодня у нас? – спросила леди Мари, глядя на задумчивого внука.

– Да, – ответил он, все еще продолжая анализировать поведение карильцев. – Отправлюсь в академию утром.

– Тогда я пойду распоряжусь, чтобы подготовили комнату.

И ушла, оставляя Филиппа наедине с противоречивыми мыслями. Сейчас он был даже рад, что его сосед вместе с сестрой на два дня отправляются на родину. Возможно, за время их отсутствия он сможет прийти и к другим выводам. Если же нет, то поступит именно так, как советует бабушка, – попросту спросит самих ребят, зачем им амулеты. Или даже попросит их снять.

Тогда-то и станет понятно многое. Хотя сам Фил подозревал, что правда его не порадует.

Глава 13

За окном занимался рассвет.

На небе медленно гасли звезды, но купол над столицей все еще мерцал. По внутренним ощущениям Ника, сейчас было около шести утра, но ни он, ни Терри этой ночью так и не уснули.

– Не поверишь, но я, кажется, даже с постели встать не в состоянии, – проговорил Доминик, глядя на лежащую с закрытыми глазами девушку.

– Так не вставай, – ответила она сонно. А в подтверждение своих слов переползла чуть выше и уложила голову на его плечо.

– Хочешь, чтобы я остался? – поинтересовался он, но тут же прижал сонную девушку ближе к себе и удивленно спросил: – Или тебе мало?

– Мне даже много, – поспешила ответить Терри, лениво приоткрывая один глаз. – Спи, Ник. Или ты на самом деле считаешь, что совместный сон – это слишком интимный процесс?

– Обычно – да, но сегодня, так уж и быть, сделаю исключение, – заметил парень, и глаза его сами собой закрылись.

Но перед тем как Доминик окончательно отключился, в голове мелькнули две совершенно разные мысли. И если первая была смутным воспоминанием о какой-то церемонии, на которой сегодня он обязательно должен присутствовать, то вторая – маленьким признанием самому себе, что ему нравится засыпать, обнимая Терри. Так он и уснул с глупой улыбкой на лице.

Сама Терриана, несмотря на усталость, погрузилась в сон далеко не сразу. Эта ночь оказалась для нее безумной, яркой, наполненной сильнейшими, невероятными ощущениями – но и утомительной.

Раньше она и представить не могла многого из тех вещей, что происходили между ними с Домиником. И если поначалу еще пыталась прятаться за стыд, то быстро поняла, насколько это бессмысленно. Ведь она фактически вручила себя в руки Ника, привела к себе, а он…

Терри вздохнула и блаженно прикрыла глаза. Ей впервые было так хорошо и спокойно, впервые хотелось остановить время, чтобы миг счастья никогда не заканчивался. И дело даже не в том наслаждении, что этой ночью дарил спящий рядом мужчина, не в его поцелуях, ласках, словах… Просто Терриана вдруг поняла: ей хорошо с ним. Как бы он себя ни вел, что бы ни говорил – ее сердце начинало стучать чаще.

Это чувство было гораздо больше, чем простая симпатия, и куда сильнее, чем влечение. Странная смесь восторга и умиротворения. Терри не знала, что так бывает, но, кажется, Доминик Арвайс, этот нагловатый, несносный карилец, стал для нее по-настоящему важен. Одновременно Терри понимала, что, скорее всего, при его ветрености, долго их отношения не продлятся. Вероятно, уже утром он просто уйдет, чтобы больше никогда в ее постель не вернуться.

Ведь, по сути, кто она для него? Чем отличается от остальных? Наверное, он всем своим подругам устраивает такие потрясающие свидания?

На этой не совсем приятной мысли Терри и уснула.

Ей показалось, что прошло всего несколько мгновений, когда в спящее сознание ворвался громкий звук, похожий на стук в дверь. Он сопровождался причитаниями и невразумительными обещаниями разнести тут все к демонам, что и заставило девушку стремительно вернуться из царства снов в суровую реальность.

Терриана посмотрела на спящего Доминика, которого явно не интересовало происходящее вокруг, и попыталась его разбудить. Но просыпаться парень категорически не желал, и все, чего добилась девушка, – его крепких объятий.

– Терри, открывай! – послышался из-за двери разъяренный голос.

С облегчением она отметила, что к ней, судя по всему, явилась Динара, а значит, все не так уж и плохо. Кое-как выбравшись из плена мужских рук, Терри надела длинный халат и отправилась открывать замок. А едва несчастная створка распахнулась, в комнату влетела чрезвычайно злая Дина.

– Где этот идиот? – выпалила она, оглядываясь по сторонам. Но стоило ей заметить спокойно спящего братца, как весь гнев мгновенно схлынул, оставляя после себя лишь холодную решительность.

– Я не смогла его разбудить, – будто оправдываясь, проговорила растрепанная алхимичка.

– Неудивительно, – насмешливо бросила Динара. – Наш олух спит так, что и пушкой не поднимешь. Но у меня есть пара секретов. А значит, сейчас мы будем зло шутить.

Она бросила на Терри самоуверенный взгляд и подошла к спящему Нику.

– Братик, – позвала, наклоняясь чуть ниже. Доминик даже сделал вид, что ее слушает, но продолжал спать. – Терри замуж выходит… – сообщила девушка и, заметив, как мгновенно окаменело лицо парня, добавила: – Не за тебя.

То, с какой скоростью подскочил Ник, сообщило его сестре о многом. Да и по глупой, счастливой улыбке алхимички было ясно, что она прекрасно поняла истинное значение представления.

– Что?! – рявкнул Ник, злобно глядя на Динару. – Что еще за бред? Она моя!

– Да шутка, братик, шутка, – смеясь, сообщила сестра. – Вон твоя ненаглядная. Зато я теперь знаю, как ты к ней относишься.

И только теперь Ник перевел взгляд на несколько смущенную Терри. Она выглядела такой милой, такой родной, что ему нестерпимо захотелось отправить Мелкую восвояси и вернуть свою драгоценную алхимичку обратно в кровать. Думать о чем-то другом он не желал и уже повернулся к Дине, чтобы попросить оставить их наедине. Как вдруг она заговорила сама, причем голос звучал даже слишком спокойно.