реклама
Бургер менюБургер меню

Татьяна Захаренко – Нулевой меридиан, или Белые ночи в Санкт-Петербурге (страница 2)

18

Анне вдруг показалось, что сейчас вот-вот произойдет что-то исключительное, ведь Иван часто рассказывал ей о декабристах и говорил, что в прошлой жизни, наверное, тоже был морским офицером. Декабрист капитан-лейтенант Николай Бестужев стал его кумиром. Это он вывел на площадь Гвардейский морской экипаж, сыгравший важную роль в восстании. О братьях Бестужевых Анна знала не понаслышке. Летом, когда гостила у бабушки и дедушки в Бурятии, она с родителями каждый раз посещала музей декабристов и они приносили полевые цветы к месту их упокоения…

Но сегодня на Сенатской площади было необычайно тихо, и только стайки шумных и вечно голодных голубей нарушали городской покой. Вечером на площади обычно нет скопления любопытных туристов и свободных мест в парке достаточно, где можно спокойно посидеть. Чтобы не терять времени даром, ожидая заказ в кафе, они решили зайти в ближайший магазин, где купили горячие пышки, нашли свободную лавочку и устроились перекусить питерским деликатесом. Нужно было перевести дух с дороги и настроиться на энергетику и язык Санкт-Петербурга, для того чтобы город с тобой заговорил. Городской ландшафт богат и насыщен всевозможными символами, негласными сообщениями и знаками, через которые передаются смысловые образы давно минувших лет. Сенатская площадь вызывает у многих ощущение тревоги и беспокойства, но сейчас перед влюбленными открывался романтический город: величественный Исаакиевский собор в мистическом свете с парящими ангелами-хранителями Санкт-Петербурга; памятник Петру, приветливо сверкающий огнями, как светлячками; завораживающий синий свет фонарей тенями оживал на мостовых; темная вода Невы плескалась в отблесках падающих звезд.

Невдалеке сидела группа молодых людей с гитарами, и до влюбленных донеслась знакомая песня из кинофильма «Звезда пленительного счастья»:

Кавалергарда век недолог,

И потому так сладок он.

Труба трубит, откинут полог,

И где-то слышен сабель звон.

Еще рокочет голос струнный,

Но командир уже в седле.

Не обещайте деве юной

Любови вечной на земле2.

– Так символически услышать эту песню на Сенатской площади! Я была в Михайло-Архангельской церкви в Чите, в которой обвенчались Иван Анненков и француженка Полина Гебль. Ты же помнишь этот фрагмент из фильма? Сейчас в бывшей церкви размещается Музей декабристов. В нем много подлинных вещей декабристов, в том числе сохранились часы Николая Бестужева и его акварели с видами Читы и ее окрестностей. Уютный деревянный храм бережно хранит в себе атмосферу прошлых лет.

– Читинский острог, в котором были в заточении декабристы, находился неподалеку от этой церкви, поэтому в ней часто молились они сами и их жены. Там, в маленькой деревушке Чита, декабристы создали своего рода каторжную декабристскую республику.

– Сюда же Александра Муравьева, жена Никиты Михайловича, тайно привезла переданное декабристам послание Пушкина:

Во глубине сибирских руд

Храните гордое терпенье,

Не пропадет ваш скорбный труд

И дум высокое стремленье3.

– А Александр Одоевский написал ответ, в котором есть знаменитые строки: «Наш скорбный труд не пропадет, из искры возгорится пламя».

– Жизнь и деятельность декабристов в Чите, конечно, во многом способствовали развитию сибирского края. Чита своими прямыми улицами даже похожа на Санкт-Петербург. Вот в Питере я в пятый раз, и каждый раз воспринимаю его по-новому. Мне кажется, что город в мое отсутствие меняется, становится все притягательней. Пока мы ехали с тобой из аэропорта, я уже ощущала его жизнерадостный пульс. Для меня Питер – это город созидательных и творческих людей. Полководцы, писатели, поэты, художники, архитекторы, композиторы, музыканты, певцы, актеры жили и творили здесь, формируя неповторимую ауру Петербурга. Ни с одним городом России не связано столько великих имен, да и в мире такие города наперечет. Ты никогда не задумывался, почему в одном городе такое собрание гениев и талантов?

– Нет! Но он был центром огромной Российской империи, а сейчас – культурная столица России.

– Это город с особым духом творчества. Город, в котором рождается и живет вдохновение.

Возникший на болотистых берегах невской дельты город, ставший столицей огромного государства, быстро рос и развивался. Каждая эпоха наделяла его образ своими, особенными чертами, запечатленными не только в облике зданий, улиц и площадей, но и в творениях писателей и поэтов, музыкантов и художников, чья жизнь протекала на невских берегах. Петербург был центром науки и культуры. Петр I основал Академию наук. Была создана Академия художеств. Здесь появились первые в стране музеи. На театральных подмостках блистали своим мастерством прославленные актеры и певцы.

Люблю тебя, Петра творенье,

Люблю твой строгий, стройный вид,

Невы державное теченье,

Береговой ее гранит,

Твоих оград узор чугунный,

Твоих задумчивых ночей

Прозрачный сумрак, блеск безлунный,

Когда я в комнате моей

Пишу, читаю без лампады,

И ясны спящие громады

Пустынных улиц, и светла

Адмиралтейская игла…4

– Да, «Адмиралтейской иглой» называют сейчас один из главных символов города – золоченый шпиль с парусным корабликом-флюгером на башне Адмиралтейства. Вон, посмотри, его прекрасно видно отсюда. Почти сразу после основания новой столицы по указу Петра I было возведено первое здание Адмиралтейства, задуманное как верфь и крепость.

– Мы находимся с тобой в сердце Питера. Замри! Тут-тук-тук! И даже слышим, как оно бьется. Установленный в самом центре города памятник Петру I, словно языческое святилище, является главным центром притяжения всех приезжающих в Санкт-Петербург, и мы с тобой не исключение.

– Не мудрено, ведь постаменту приписывают свойство приносить богатство. Гром-камень под копытами Медного всадника вторгается в планиметрию города как магма, как извержение вулкана.

– В первый день приезда я постоянно признаюсь городу в любви и всегда загадываю желание. И не возвращаюсь в Питер до тех пор, пока оно не сбудется.

– Значит, предыдущее твое желание сбылось? Интересно, что ты загадала, Аннушка? – спросил Ваня.

– Пока секрет. У меня в Питере есть лев, любимый лёвушка, который исполняет все мои желания. Скоро я ему снова носик поглажу и желание на ушко прошепчу.

– А у твоего лёвушки случайно не гранитный камешек в груди? И где же он живет?

– Не торопи события, скоро тебе его покажу.

– Но львов здесь так много, а какой твой? В Питере живет мой друг, вместе учились. Если получится, скоро представлю тебе настоящего Льва.

– Львы бывают разные.

– Вот где бы мне найти такую львицу, чтобы желания исполняла? Ох, и разошелся бы я тогда.

Пока Иван с Анной взволнованно общались, к ним подошла молодая пара китайцев. Они поздоровались и, трудно выговаривая, подбирая правильные русские слова, поинтересовались: «Не подскажете ли вы нам, где тут рядом находится памятник ученому верблюду?»

– Какому такому верблюду? Нет такого памятника. Ученые верблюды на той стороне Невы в зоопарке живут, – Иван задумался, и ему показалось, что это какой-то прикол. – Тут нет рядом верблюдов, вон только конь с императором, – махнул он рукой в сторону памятника Петру I.

Анна вдруг заговорила с ними на китайском, чем удивила их вначале, но они быстро среагировали и продолжили общаться на родном языке. На прощание китайцы заулыбались и, поблагодарив их, ушли.

– Ваня, они интересовались памятником Пржевальскому.

– Нет, они спросили про ученого верблюда.

– Они спрашивали про памятник ученому и верблюду, но фамилия Пржевальский для них сложно выговариваемая. Вот так и получилось смешно, – Анна с Иваном громко засмеялись и долго не могли остановиться.

– Я тоже хочу к ученому и верблюду. Ведь они мои главные герои Великого чайного пути.

Памятник находился недалеко от них, в Александровском саду, и представлял собой бронзовый бюст Николая Михайловича Пржевальского, установленный на гранитном постаменте в виде скалы. На нем был мундир офицера Генерального штаба с эполетами генерал-майора. «Пржевальскому – первому исследователю природы Центральной Азии», – Иван прочитал надпись на постаменте и отдал по-военному честь генерал-майору. У подножия мраморной скалы находится бронзовая фигура его вечного спутника – двугорбого верблюда.

– Посмотри, а какой колоритный верблюд: морда блестит, горбы до блеска натерли туристы – любители селфи.

– Ты прав, тут даже иногда очередь выстраивается, чтобы посидеть на верблюде и сделать фото. Я тоже делала селфи, но получилось так себе, весь памятник не взять в кадр.

– Давай, пока нет людей, я буду тебя фотографировать, сколько захочешь.

– Пржевальский впервые описал в своих трудах диких верблюда и лошадь (впоследствии названную в его честь). А верблюд у постамента полностью снаряжен для дальнего странствия, ведь без него не могла бы состояться ни одна экспедиция в Центральную Азию.

– Я не раз проходил мимо памятника, но никогда не задумывался о роли верблюда рядом с ученым.

– Рядом находится Русское географическое общество, почетным членом которого был Пржевальский, и проживал он тут недалеко, в Столярном переулке, а значит, и гулял в этих местах, где сейчас установлен ему памятник.

– Логично. Многозначительный памятник поставили путешественнику. Как выразителен его взгляд, устремленный на восток. Ты ведь тоже член отделения географического общества?