Татьяна Волхова – Северный мир. Южные земли. Часть первая (страница 8)

Никто не знал, когда понадобятся эти военные ухищрения, но их делали, готовясь к непредвиденным событиям и решениям, включая бегство княжеской семьи.

Рада смогла переговорить с отцом лишь поздним вечером, когда он, устав после насыщенного событиями дня, пришёл в свои покои, которые располагались по соседству с ней.

– Батюшка, всё ли готово к встрече неприятеля? – спросила она.

– К ней невозможно быть хорошо готовым, – ответил Демид, – но всё, что в наших силах, мы делаем. Этой ночью или на рассвете войско Горина будет у городских стен. Важно показать им, что мы готовы отразить нападение и не боимся их былой славы, что летит впереди дружинников. Многие воины Яромира испытывают страх перед ними, так как выросли на рассказах своих предков о том, как молниеносно и беспощадно завоёвывали южане их территории. Очень много жертв и разрушений принесли они на плодородные и некогда свободные земли, много женщин и детей угнали в плен и так и не вернули обратно, много домов разрушили, а полей пожгли. Всё это врезалось в память и осталось пятном боли у местных жителей. Нет ни одной семьи, которую бы не коснулась та беда. Ведь многие селяне, ныне живущие в княжестве Яромира, бежали сюда со своих родных мест, которые завоёвывались пращурами Горина. Это может мешать им сражаться. Они помнят, как были повержены.

– Как мы можем помочь им? – спросила Рада.

Она понимала, что сила духа очень важна для воина. А от дружины Яромира сейчас зависела и её жизнь, а также жизни её лю́бых: отца, брата, жениха.

– Мы встанем с ними плечом к плечу и передадим нашу уверенность, – ответил мой Ладо. – А вы с Милославом можете помочь местным волхвам вдохновить воинов, а также укрыть их от стрел противника. Когда шло решающее сражение в битве с Великим Магом, Цветана при поддержке Млады укрывала наших людей, как Берегиня. Не знаю, сможет ли жена Яромира сделать подобное.

– Я не вижу в ней силы, – покачала головой Радамила, – здесь всеми магическими делами занимаются волхвы. Но княгиня сможет укрыть своего мужа и детей, любая женщина на это способна. Остальным займусь я.

Моя дочь задумчиво посмотрела в окно.

– Такое ощущение, что не просто так болезнь Милослава затянулась, и мы задержались здесь, – спустя некоторое время проговорила она. – Мы должны были помочь Яромиру и его воинству. Вы отправили гонцов за нашей дружиной?

– Да, гонец ускакал, как только мы получили дурные вести, – ответил Демид. – Но Доброслав сможет привести свои войска не раньше, чем к началу следующей Луны. Это время нам надо будет продержаться самим. Стены города крепкие, пропитания достаточно. Думаю, мы справимся… если не будет предателей, – серьёзно закончил он, вспомнив, как много солнц назад пал наш родной город, преданный воеводой.

– Я просмотрю людей из ближнего окружения князя, – проговорила Рада, – если увижу кого-то подозрительного, то скажу. А пока дам вам отдохнуть.

– Да, у меня всего пара часов для сна, – кивнул отец, – к рассвету надо быть на ногах, чтобы встретить неприятеля.

Моя дочь обняла отца и ушла к себе. Она тоже решила немного поспать и на рассвете с новыми силами творить охранную магию.

Глава 6

Тяжёлые дни

На рассвете, как и ожидал Демид, к городу Яромира подошло войско южан. Выглядело оно устрашающе. Дружинники были обвешаны кинжалами, а их лица закрыты повязками из кожи, расписанными узорами, в которых каким-то образом сквозила жестокость. Головы лошадей украшали повязки с такими же узорами. Прибытие войска сопровождалось ударами в большие бочки, обтянутые кожей. Всё это вызывало трепет у тех, кто наблюдал за этим действом. Прибывшие выглядели так самоуверенно, будто они уже выиграли эту битву.

Глядя на всё это с высоты наблюдательной башни, Демид думал о том, что южане умеют производить впечатление. И понимал, почему после нескольких кровавых побед, которые они одержали над малочисленными поселениями много солнц назад, их стали бояться все остальные: завоеватели изначально вели себя как победители, даже не являясь ими.

От нападавших отделилась группа людей и подъехала к воротам города. Это были переговорщики.

Один из них протрубил в рог и заговорил:

– Мы предлагаем вам открыть ворота города, – начал он. – Так вы сохраните жизни своих воинов и простых селян, которые укрылись за стенами. Мы обещаем справедливый суд над теми, кто виновен перед нами. Остальные станут нашими верными подданными. Иначе, – он сделал паузу, набирая воздуха, – вы все погибнете от мечей и кинжалов, направленных сейчас на город. Ваши головы, все до единой, будут вывешены на деревьях, растущих в округе. А оставшиеся сиротами дети – станут нашими рабами, выполняющими самую грязную работу!

Яромир, стоящий рядом с Демидом, сжал кулаки.

– Неужели они и правда думали, что я соглашусь на их предложение? Это же чистое самоубийство, – сказал он.

– Нет, – покачал головой мой Ладо, – они преследуют другую цель: ищут предателей среди наших людей. Тех, кто купится на обещание сохранить жизнь и тайно откроет ворота. Слова переговорщиков слышали многие, они должны были посеять смуту в умах и сердцах людей, особенно простых селян, испытывающих сейчас сильный страх и панику. Заставить их поверить в хороший исход войны, если поскорее сдаться.

– Среди моих людей нет предателей, – ответил князь.

– Но есть трусы, – парировал Демид, – надо усилить контроль. И не пропустить момент, если осада затянется, и людей начнёт покидать надежда. Тогда они могут решиться на необдуманные шаги.

– Мы победим раньше, – уверенно проговорил Яромир.

– Я тоже на это надеюсь, – продолжал Демид, – а ещё, думаю, Горин пошлёт своих людей на штурм в ближайшее время. – Говоря это, мой Ладо не знал, что южный князь мёртв. – Надо посмотреть, на что они способны. Людей у них достаточно много.

– Мой сосед никогда не отличался умом, – ответил ему князь, – но всегда был хитёр и изворотлив. Посмотрим, что он придумал на этот раз.

Переговорщики тем временем, не получив ответа, отошли к своему войску.

Весь день их воеводы с советниками занимались распределением дружинников вокруг города, изучали местность и обсуждали планы осады.

Обороняющиеся тоже не спешили нападать. Яромир хотел сначала посмотреть замысел южан. Но близко к своим стенам врагов не подпускал. Когда передовые отряды купцов попытались подойти ближе к городским стенам, в них полетел град стрел. Часть дружинников осталась лежать на земле, выжившие отошли на расстояние, недостижимое для лучников. Это всё равно было достаточно близко и составляло около трехсот шагов от укреплений Яромира.

Осаждающие заняли дома селян, расположенные вокруг стен города. Хорошо, что люди заранее покинули свои жилища. Но те, кто не смог или не захотел уйти, оказались пленниками, многие лишились жизни.

Под покровом ночи южане предприняли вылазку, атаковав город с нескольких сторон. Дозорные Яромира вовремя заметили их и закидали стрелами с привязанной к ним горящей соломой. Благодаря этому можно было отследить, произошло ли поражение, осветить место нападения и, конечно, причинить бо́льший вред нападающим.

Первый штурм закончился безрезультатно. Но было понятно, что это только начало. Южане, соскучившиеся по разбою и завоеваниям, горели желанием новых побед.

Утром они продолжили свои попытки. Шли под прикрытием больших деревянных щитов, поджечь которые лучникам не удавалось. Так нападающие успевали без потерь пройти три сотни шагов, разделяющие их со стенами города Яромира.

Под щитами они несли длинные лестницы, с помощью которых планировали забраться наверх. Но как только край лестницы касался верхушки стены, её сразу же отталкивали защитники города. А их лучники посылали град стрел на нападавших. Те в ответ посылали свои стрелы в обороняющихся. Обе стороны несли потери, но проникновения захватчиков в город не допустили.

Подобные атаки продолжались ещё несколько дней, пока нападающие не выдохлись и не потеряли часть своих воинов. Тогда решено было остановиться и продумать другую тактику.

А вот согласовать её никак не получалось. Это происходило из-за того, что у каждого купца был свой воевода, который имел собственное, единственно правильное мнение о том, как надо действовать. Поскольку избранного предводителя, который своим словом мог бы снять противоречия в стане южан, не было, то принятие решений сильно затягивалось. А обсуждения часто переходили в ожесточённые споры. Торговцы начинали подсчитывать, сколько у них погибло людей, и предъявлять своим соратникам претензии, что те бросили в бой меньше воинов, чем они.

Ведь у них был уговор: чьё войско добьётся наибольшего успеха и привезёт домой больше добычи, тот и станет новым князем. При этом завоеватели желали сохранить как можно больше своих людей для решающей делёжки. Когда же стало понятно, что быстро город не взять и предстоит долгая осада, то начали считать потери и ругаться между собой, обвиняя друг друга в хитрости и коварстве.

Штурмы временно прекратились. Это дало передышку обороняющимся, в стане которых тоже было не всё гладко. Стрелы, которыми южане осыпали защитников города, были пропитаны ядом. Не таким сильным, как тот, что плеснула Калиса в лицо Милославу, но достаточным, чтобы усугубить ранение и отсрочить выздоровление воина.