Татьяна Виноградова – Академия (страница 9)

Но не успел парень подобрать слова, чтобы как-то отреагировать на вновь открывшиеся обстоятельства, как Дина энергично добавила:

— И знаешь что, надо, наконец, что-то сделать с этой чёртовой розеткой!

— Точно, розетка, — спохватилась Сэл, вспыхнув, но не отводя взгляд. — Тед, ты умеешь чинить розетки?

— Розетки? — курсант пришёл в замешательство. Вот как это у девушек получается — непредсказуемо перескакивать с одной темы на другую и вспоминать о всякой бытовой ерунде в самый неподходящий момент? — Да ведь это просто… умею, конечно! И вы умеете, — на всякий случай напомнил он. — А что с ней?

— Не знаю, — Сэл пожала плечами. — Она с самого начала не работала.

— И что, вы за полтора месяца не нашли никого, кто смог бы вам помочь?

Девушки переглянулись и фыркнули.

— Такое важное дело не каждому доверишь, — пояснила Дина.

— Ну тогда надо было сказать коменданту, он прислал бы монтёра, — недоумение Теда возросло. Ох уж эта милая женская беспомощность. Особенно если вспомнить, как уверенно и точно Сэл орудует паяльником на практикуме по физике.

Но его слова почему-то ещё больше развеселили девушек. Так, словно «розетка» была паролем, кодом, понятным только этим двоим.

— Ну давай посмотрю… прямо сейчас? Ну что за спешка! А отвёртка найдётся?

— Поищем, — пообещала Сэл.

— М-м… Сэ-эл…

— Что?

— Если ещё что надо будет починить — кофемашину там или выключатель — зови только меня.

— Я подумаю, — пообещала девушка. — Может, монтёр всё-таки лучше?

— Э-э!!! — вопль Теодора выражал крайнюю степень возмущения. — Он старик, ему сорок пять уже, и он плохо выбрит!

Сэл рассмеялась.

— Действительно. Где уж тут розетки чинить. Ну а если у нас ничего не сломается?

— Тогда тем более зови меня, — с энтузиазмом предложил парень. — Я это исправлю.

Глава пятая. На войне как на войне

Погода становилась всё холоднее, листья на деревьях давно облетели, а по утрам за окном было темно. Неумолимо приближалась сессия.

Однажды утром Тед отошёл от кофемашины, помешал ложечкой сахар и поискал глазами, куда бы ему сесть. На его собственном стуле грудой лежали распечатки по математике и несколько непарных носков, на койке была разложена отутюженная форма — и он присел за терминал Кирилла.

— Тед, не нахальничай. Лучше бы свои вещи прибрал! — заметил Кир, возясь с тугой пуговицей манжета.

— А что такого? Тебе этот стул всё равно не нужен, — будущий пилот наклонил кружку и «покормил» биоклавиатуру соседа. Та выпустила псевдоподию, слизывая органику.

— Ну ты бы ещё мои трусы надел! — в сердцах брякнул Кир. — И почему это при расселении решили, что у нас психологическая совместимость?

Пуговицу наконец удалось пропихнуть в петлю, но вторую приходилось застёгивать левой рукой, а время поджимало.

— Потому что ты — спокойный, неконфликтный и аккуратный, — пояснил Тед, снова плеснув кофе. — И компенсируешь своими достоинствами мои недостатки.

— Это я неконфликтный? Отдай кружку!

Кир бросил неподатливый манжет и шагнул к напарнику.

— В каком смысле «отдай»? Это моя кружка! — опешил будущий пилот.

— Ещё не хватало, чтобы моя! — не очень логично выпалил Кир и потянул кружку на себя.

Тед, не выпуская источник бодрости и энергии из рук, попытался уклониться. Стул покачнулся, и парень вскочил, чтобы не грохнуться вместе с ним.

— А-а!..!!

Кир выпустил кружку и отступил на шаг.

— М-да… — только и сказал Тед, никак не комментируя неожиданные лексические познания соседа. Кофе выплеснулся на форменную бежевую рубашку Кира, и теперь от воротничка и вниз расплывалось огромное коричневое пятно. Парни замерли, Тед — глядя на Кира, а Кир — в зеркальную дверцу шкафа.

— Ты не ошпарился? — неловко спросил Тед.

— Хуже, — Кир резко выдохнул. — У меня ГРОБ первой парой.

Теодор проникся окончательно. В особенности погано было то, что теперь Кир не упрекал ни словом.

— А запасная?

— А запасную я вчера отнёс в прачечную, будет готова только к вечеру, — с мрачным фатализмом пояснил Кирилл.

— Возьми мою!

— Ты шутишь или издеваешься?

Действительно, Тед был намного крупнее.

— Да не всё ли равно? Под кителем не видно. Что ты теряешь?

Однако результат был плачевный. Рукава «укоротили», закрепив канцелярскими резинками, но слишком широкий воротничок, придавленный галстуком, безобразно топорщился.

— Ладно, попытка — не пытка, — Кирилл пожал плечами. — Всё, побежал, может, ещё успею.

Тед, у которого настроение тоже упало, быстро допил кофе и вышел следом.

Гражданская оборона — в просторечии ГРОБ — у Теда была второй парой.

— На звено ПХЗ возлагаются следующие задачи, — Охренович внимательно оглядел аудиторию. — Разработка и осуществление мероприятий по защите населения…

Теодор скучал. Вот уж кем он не собирался становиться в этой жизни, так это командиром звена противохимической защиты.

— Курсант Лендер!

— Я! — парень подхватился с места и изобразил стойку «смирно».

— Какие простейшие средства защиты вы могли бы предложить в случае утечки хлора на предприятии?

— Закутаться в простыню и ползти… — тихий шёпот подсказки не был слышен подполковнику.

— Закутаться… — Тед вовремя сообразил, что Онгой, сидящий сзади, попросту издевается. — Виноват, товарищ подполковник. Защитить органы дыхания тканью… влажной… заделать щели окон и… и дверных проёмов… и… и… залезть на стол или шкаф, — обречённо закончил Тед.

— Почему на шкаф? — терпеливо спросил подполковник.

— Потому что хлор тяжелее воздуха, — похоронным тоном сообщил Тед. — По этой же причине необходимо избегать понижений местности…

— А что бы вы сделали, будучи начальником пункта ПХЗ? — Ахремович прищурился.

— Оповестил бы население о надвигающейся угрозе! — бодро отрапортовал Тед, обретая почву под ногами.

— И?..

— И аварийно-спасательные формирования… инженерно-технические службы… а также органы внутренних дел, — сообщил Тед.

— И?..

— И медицинские учреждения! — радостно нашёлся парень.

— Садитесь, Лендер! — подполковник с брюзгливым выражением лица сделал пометку в своём «кондуите» — пухлой пластиковой записной книжке. Электронным средствам Ахремович не доверял — то есть, не доверял полностью, считая, что хороший хакер из студентов с лёгкостью взломает пароль. Поэтому всегда дублировал свои пометки «на бумаге». — Вы хоть что-нибудь можете, кроме как на симуляторах летать?