Татьяна Василевская – Па-де-де (страница 3)

– Чуть дальше по шоссе заброшенный кирпичный завод. Километров пятнадцать примерно отсюда. Там тело точно не найдут. А если и найдут лет через сто, это уже не будет иметь значения.

Клык пожал плечами. мысль была дельная.

– В багажник? – подтащив труп к машине, поинтересовался Клык. Пустой задумчиво смотрел перед собой своим удивительным «никаким» взглядом. На губах, как обычно, блуждала его непонятная улыбка.

– Нет. Сажай его на пассажирское сидение. Если, вдруг менты, ну мало ли, скажем пьяный. А то вздумает какой-нибудь шибко активный служитель закона от скуки машину проверить, а в багажнике труп…

– Ну да, точняк… – протянул Клык, испытывая что-то сходное с восхищением по отношению к товарищу. Пустой всегда все продумывает до мелочей. Голова! У него еще с детства мозги хорошо работали. Самому Клыку, да и крысенышу Венику в этом отношении далеко было до Пустого.

Пристегнув безжизненное тело ремнем безопасности, Клык снова обратился к товарищу:

– Кто за рулем ты или я?

Пустой в очередной раз загадочно улыбнулся.

– Ты, Клык за рулем, ты…

Он шагнул вперед и положил руку на широкое плечо Клыка, друга по детским играм, товарища по темным и далеким от закона делам нынешним. За двадцать лет, что они друг друга знают, Клык практически не изменился. Все также предпочитает роль ведомого. И все также не большой любитель соображать.

– Ничего личного, Клык, – ровным голосом без какого-либо выражения, сказал Пустой. Он резко ткнул рукой в область солнечного сплетения приятеля, вонзив похожий на кинжал нож с длинным узким лезвием по самую рукоять.

Выпучив глаза, Клык медленно опустил взгляд туда где в нижней части его груди торчала покрытая затейливыми узорами рукоять. Его убийца выдернул нож из раны и кровь толчками начала выплескиваться на одежду и на траву под ногами. Клык издал булькающий звук. Из уголка приоткрытых губ потекла тоненькая струйка крови. Сейчас он еще сильнее походил на вампира. Попытавшись дотронуться до раны рукой, Клык зашатался и рухнул на землю.

Теперь в машине было целых два трупа. На пассажирском месте немного съехав вбок расположился Веник. А место водителя занимал Клык.

Развернув автомобиль в сторону, где дорога имела заметный уклон вниз, Пустой переключил скорость на коробке передач.

– Ничего личного, Клык, – все также без выражения повторил он. – Ничто не представляет большей опасности, чем глупость. А ты, друг мой, был до крайности глуп.

Он захлопнул дверь и подтолкнул машину в сторону дорожного спуска.

– Прощайте, ребята, – на губах заиграла загадочная улыбка «без выражения». – Думаю, я иногда буду немного скучать. Друзья детства привыкают и даже привязываются друг к другу.

Машина медленно покатилась постепенно набирая скорость. Спустя пару минут послышался звук удара, а спустя еще некоторое время раздался резкий и невероятно громкий в ночной тишине звук взрыва. Чернеющий вдоль

дороги лес озарился всполохами пламени горящей машины.

Кто там на этот раз «прижмурился» разбираться никто не станет. Спишут на потерю управления, или на вождение в нетрезвом состоянии, или на очередные разборки. Ни в одном из этих случаев упираться в поисках истины не станут. Такая жизнь, что подобные происшествия стали обыденными и слишком часто повторяющимися явлениями, чтобы носится с каждым из них, докапываясь что, как и почему, да и неинтересно никому, всем важно другое, связанное с собственными интересами, остальное все шелуха.

Пустой взглянул на висящую высоко в небе круглую луну. Хорошо, что все закончилось. Веник подложил им свинью, в надежде, что все сойдет ему с рук и никто не догадается что он прикарманил общие деньги. Этот его родственник, старая гнида, подал идею племяннику, что можно кинуть друзей и разбогатеть. Как в том фильме: «Это нужно не всем, это нужно одному…»

Но впрок деньги не пошли ни дяде ни племяннику. Со старого хрыча Клык, в прямом смысле слова шкуру спустил. Разумеется он запел соловьем и о том как с Веником сговорились и где деньги спрятали и какие планы строили на их использование. Кстати, планы, как и следовало ожидать, были самые идиотские. Хорошо, что не успели привести задуманное в исполнение. Пропали бы деньги, без пользы, просто ушли бы и все. А ведь старый урод, которому уж о душе пора было думать, а не о наживе, пострадал из-за собственной жадности. Мог бы получить вознаграждение за временное «сохранение» их «общака», как договаривались. Мог бы свою халупу в порядок привести, или вообще в город переехать и купить себе с женой маленькую квартирку и доживать старость вполне безбедно. Но нет, ему захотелось большего. И вот результат – вместо спокойной старости мучительная смерть. Ну и жена на старости лет без мужа осталась и вообще без всего. Один дом развалина, в котором и жить может уже нельзя, после того как он заброшенный две зимы простоял. Жадный ублюдок устроил подарок женушке, в благодарность, что борщи варила, да его ублюдка терпела всю жизнь.

А Веник и вовсе крысюк. Кинуть друзей детства это каждый скажет – нехорошо. И глупо, как оказалось в итоге. Потому что на каждого такого кто мнит себя самым умным, всегда найдется тот кто поумнее будет.

Ну, а Клык, он просто дурачок. А дурачки время от времени творят глупости. И этим они и опасны. И не желают вроде плохого, а в какой-то момент возьмут, и сами не понимая что творят, доведут до беды. Кстати, Клык, как обычно заблуждался ввиду собственного скудоумия – маленькие девочки бывают очень сообразительные.

До дома было километров двадцать. Ничего, он ежедневно совершает пробежки пусть и на половину этого расстояния. Два десятка км вместо одного как-нибудь тоже одолеет. Выполнив в качестве разминки пару дыхательных упражнений, Пустой побежал по вымершему шоссе. Ни одной машины. Вокруг только ночная тишина. Словно во всем мире остался только он да сияющая бледно желтым светом луна.

Двигаться в ночном прохладном воздухе было легко и приятно. Все хорошо. Все закончилось. Впереди только самые приятные перспективы. И больше он удачу из рук не выпустит, даже на время. Произошедшее можно считать уроком. Полезным уроком.

Вспомнились лица Калмыков, с которых и началась вся эта история с деньгами. Знакомый нарик, близкий к криминальным кругам и промышляющий себе на наркоту сливом всевозможной информации, дал наводку на тех самых калмыков. Отец одного из них, под общую неразбериху прикупил в Иркутске завод а затем выгодно перепродал его иностранной компании. Наварил бабла. Причем законно, что редко случается. Но человеческая натура основывается на ненасытности. Всегда мало. Всегда хочется большего. В общем, калмык провернувший куплю продажу завода подумал, что можно бы еще подзаработать. Решил воспользоваться ситуацией нестабильности, в том числе и в курсе валюты и дождавшись нужного момента, сыграть на разнице этого курса, преумножив имеющееся. Можно называть деловым подходом, можно жадностью. Но, в данном случае, в первую очередь это оказалось глупостью. Потому что «делать еще большие бабки», оборотистый калмык поручил сыну. Если сам отец и вправду соображал неплохо, раз так ловко провернул дело с заводом , то сын был однозначно недоумком. И удивительно, что папаша об этом не знал. В общем, молодой отпрыск предпринимателя растрезвонил всем знакомым, что едет по поручению отца в Москву. Делать большие деньги. Так, собственно, нарик информатор и узнал про это дельце. Калмык вместе с дружком, таким же молодым оболтусом, взяли, в прямом смысле, чемодан денег, так как сделка с заводом удивительным образом была произведена за нал. И прилетели в Москву. Еще в аэропорту у себя дома они познакомились с отличным парнем. Молодым бизнесменом из Москвы. И так им пришелся по душе новый знакомый, что они с радостью приняли приглашение погостить в его загородном доме. А чего не провести время весело? Дело молодое. Совместить приятное с полезным всегда хорошо.

Новый знакомец по честному устроил отличный прием гостям. Хороший дом, море выпивки, еда из дорогого ресторана. Приятная веселая компания. Гости были довольны…

Когда Клык перерезал горло сначала одному, потом другому из гостей, они были настолько пьяны, что даже и не поняли ничего.

Времена неспокойные. Чтобы пристроить с умом большие деньги и не нажить при этом проблем, нужно было подождать подходящего момента. А чтобы не разделить участь калмыков, деньги до подходящего момента нужно было хранить в надежном месте, таком о котором не пронюхают любители дать наводку, подобные сдавшему калмыков нарику.

Решено было «пристроить» на хранение бабки в деревенском доме у родственника Веника. Разумеется, родственнику о размере суммы никто сообщать не собирался. Просто Веник должен был попросить родича присмотреть за «ценными вещами», за некоторое вознаграждение. Пустой не знал сам ли Веник проболтался про то сколько всего денег. Или ушлый родич догадался что «ценные вещи» намного более ценные, чем преподнес это племянник. Но так или иначе дядька Ермолай проведал о том, что под боком у него целое состояние и уговорил Веника, что деньги нужно поделить между собой. Даже целый план разработал, старый ублюдок. Будто он с баблом сбежал, а Веник не при делах. Веник и повелся. Жадность затмила рассудок. За что и поплатились. Оба. Жадность в сочетании с глупостью всегда приводит к беде.