Татьяна Устинова – Весенние расследования (страница 34)

— А Витя к угонщикам вообще никакого отношения не имел, его только как свидетеля таскали… — тетка Таню явно расстроила, девушка чуть не плакала.

— Не обращайте внимания, — посоветовала Юля и неожиданно призналась: — Я, когда сюда ехала, видела на дороге машину без номеров. Не на трассе, уже около деревни. Я ночью ехала. А утром узнала, что человека сбили.

— Участковому сказали?

— Нет еще.

— Скажите. Правда, он сегодня утром в Москву уехал. С женой. У жены вроде мать болеет. Завтра обещал вернуться.

— Завтра и скажу, — решила Юля. — Обязательно скажу. У меня в машине регистратор, может, на нем что-то полезное для полиции есть.

Таня занялась следующим покупателем, Юля вышла на освещенную солнцем улицу.

Около дороги распустился первый одуванчик, рядом с ним вились сразу две пчелы.

Не заходя домой, Юля толкнула соседскую калитку, уверенно пошла к дому.

— Здравствуйте, — вышел ей навстречу на крыльцо Роман.

— Где твоя машина? — устало спросила Юля. Поставила сумку с продуктами на траву, посмотрела на него снизу вверх.

Подбежала Ванда, запрыгала на Юлю, Юля погладила длинные уши.

— Чесноковым одолжил, — удивился Роман. — Соседям. У них ребенок болеет, они его в Москву повезли. А что?

— Ничего, — мрачно ответила Юля. — Когда они взяли машину?

— Вчера, — он спустился с крыльца, остановился рядом.

Сегодня глаза у него не были грустными, сегодня они были озадаченными.

— Подожди-ка, — догадался он. — Ты решила, что я сбил Анатолия Ильича? Но почему я?

— Потому что машина без номеров была светлая, — буркнула Юля. — И потому что Ванда не лаяла, когда я приехала.

— А почему она должна лаять? — удивился он. — Ты же на свой участок приехала, не на наш.

Юля подняла сумку, повернулась к калитке и не поняла, как получилось, что он обнимает ее за плечи и его глаза совсем рядом.

— Почему ты не хотела звонить участковому?

Почему?… Потому что ей с ним хорошо и спокойно, и кажется, что она знает о нем все, и страшно думать, что на его машине может быть вмятина.

Она не ответила, отвела его руки, отвернулась.

— Почему, Юля?

Он опять взял ее за плечи, развернул к себе. Он больше не спрашивал, он понял.

Губы у него оказались сухими и шершавыми.

Они знакомы всего второй день, она ведет себя непозволительно.

— У продавщицы Тани брат путался с какими-то угонщиками, — хрипло проговорила Юля, высвободившись из его рук.

— Не знаю, кто с кем путался, но я знаю Витьку, это нормальный парень, — отрезал Роман и объяснил: — Я живу здесь почти год, я многих в деревне знаю.

Короткие волосы щекотали ему лоб, когда он целовал ее. Ему хотелось зарыться в них носом, но он не решился.

— Вчера кто-то приходил к участковому и жаловался, что угнали машину.

— Это не я.

— Я поняла. Я сказала Тане, видела машину без номеров и что у меня в машине регистратор.

— А у тебя регистратор?

— Да.

— Идем-ка посмотрим, — вздохнул он и первым направился к ее дому.

Следом за ним побежала Ванда, и только потом поплелась Юля. Роман остановился, подождал, когда Юля его догонит, и только тогда догадался взять у нее сумку.

Запись видеорегистратора Роман просматривал много раз, Юле даже надоело смотреть, как он это делает.

— Завтра позвоню участковому, — вздохнула Юля.

— Почему завтра? — он так и не оторвался от экрана ноутбука.

— Потому что он с женой сегодня куда-то уехал и будет только завтра.

— Понятно. — Роман еще посмотрел в экран, потом перевел взгляд на Юлю: — Кому еще ты говорила, что в машине есть регистратор?

Вчера он заснул с мыслями о ней и с мыслями о ней же проснулся. Он думал о ней с той минуты, когда заметил, что она чего-то боится, и ему захотелось ее обнять. Это было глупо и ни к чему путному привести не могло. Он только сейчас начал приходить в себя от кошмара, который случился год назад, и нужно ценить равнодушное спокойствие, с которым он начал воспринимать жизнь, а не ввязываться в пустые и ненужные интрижки.

Утром он дал себе слово больше не появляться на ее участке и даже Ванду не выпустил бегать по двору.

— Никому.

Ему опять захотелось уткнуться носом в короткие волосы. Она уедет, и он помрет здесь от тоски.

— Парень какой-то в магазине был, когда мы с Таней разговаривали, — вспомнила Юля.

— Какой парень?

— Не помню. Я на него даже не посмотрела. Обычный парень.

Роман побарабанил пальцами по корпусу ноутбука, посмотрел в окно.

— Я купила мясо, — сообщила Юля. — Хочу сделать жаркое и угостить вас с Вандой.

— Ты любишь готовить? — Лена никогда не возилась на кухне. Покупала продукты и готовила женщина из соседнего подъезда, и это всех устраивало.

— Нет. Это то немногое, что я умею стряпать. — Зря она это предложила. Прозвучало как навязчивость.

— Спасибо, — кивнул он. — Мы будем очень рады. А вечером я приглашу тебя в ресторан. Ресторан на трассе. Правда, я там ни разу не был, но говорят, готовят вкусно.

— А почему не был? Не любишь рестораны?

— Не люблю, — кивнул он. — И никогда не любил. Жена любила ходить, и я ходил.

Она резко поднялась со стула, на котором сидела, подошла к окну, уставилась на яблоню за окном.

Ей со вчерашнего дня казалось, что она все о нем знает. Дура.

Она ни разу не позвонила Олегу, а надо было позвонить. Олег очень занят, ему некогда думать о Юле, и она должна сама о себе напоминать. Если не хочет остаться старой девой.

— Мы развелись осенью.

— Почему? — не поворачиваясь, спросила она.

— Потому что у меня погиб друг, и я приехал на неделю раньше срока. Я застал ее с любовником. Смешно, правда?

Конечно, надо было позвонить, но он не мог. Он ни с кем не мог разговаривать, даже с Леной. Он отпирал дверь квартиры и мечтал, как наконец обнимет Лену, и спрячет лицо в ее волосах, и наконец очнется от ступора, в который впал после Серегиной гибели.

Он долго не понимал, что видит в собственной квартире. Наверное, целую минуту.

— Смешно, — мрачно подтвердила Юля.