Татьяна Турова – НЕСУразные истории (страница 2)

После этого случая Юля решила выйти на новый уровень игры. Она предложила пролезть под воротами военной части и поиграть в шпионов. Сквозь дыры в воротах мы увидели высокую траву и склад вдалеке, мы разработали план — проползти в этой траве до ближайших кустов… ну а дальше — сплошная импровизация. Идея была в том, чтобы вернуться с задания незамеченными. Часовой солдат стоял чуть дальше, в конце поля с травой, возле склада.

Мы пролезли под воротами и поползли, скрываясь в траве. Нас почти не было видно, особенно меня. А вот Юлина попа иногда возвышалась над растительностью. Напомню, ее мама ну очень вкусно готовила.

Юлю, а вернее, ее попу засек часовой. У него был настоящий автомат и военная форма. Я боялась, что нас арестуют за нарушение военной тайны и замерла в кустах, даже перестала дышать. Этот солдат тоже был совсем еще мальчик, как старшеклассники из нашей школы, я удивилась, что военные бывают такие молодые, как дети. Он был светловолосым, голубоглазым, с конопушками на носу. А еще почему-то он был в больших черных сапожищах до колен, несмотря на летнюю жару. Эти сапоги громко ухали при каждом шаге солдатика. Он как-то тяжело переставлял ноги, как будто боялся, чтобы сапожищи с него не слетели. Я сидела в кустах и пыталась понять, почему он не хочет сбросить их и пробежаться босиком по прохладной траве — ведь так намного удобнее и быстрее. Солдат прошел в двух шагах от меня, но меня не заметил.

С одной стороны, я обрадовалась, что оказалась лучшим шпионом, чем Юля. А с другой, мне стало немного обидно, что меня не замечают… Так как Юля в этот момент уже очень мило болтала с часовым и улыбалась во весь рот.

Но разоблаченная шпионка решила сдать меня и указала пальцем на куст, за которым я растворилась. Солдат снова подошел вплотную, но снова не смог меня разглядеть. Мне пришлось встать, и тем самым саму себя выдать.

Нас не расстреляли в этот раз и не арестовали, а вывели за ворота. У солдата, обнаружившего нас, было такое радостное лицо, как будто он поел мороженого или сходил на свидание. Видимо, он давно не видел живых людей не в форме. Парень не ругал нас, только сказал, что здесь нельзя играть и нам нужно срочно уйти.

Начинало вечереть и мы, как положено разоблаченным шпионам, отправились на конспиративную квартиру. Конечно же, Юлину. Потому что ее мама должна была снова приготовить что-то ну очень вкусное. И в этот раз я все съела и попросила добавки, потому что хотела, чтобы в следующий раз веселый мальчишка-часовой заметил и меня.

О чем молчат девочки

— Анна, Вы что, меня боитесь? — с легкой ухмылкой в голосе спросил Евгений, с которым они недавно познакомились через интернет. Он очень торопил ее с реальной встречей. Анна промолчала и ничего не ответила. Этот знакомый мужской вопрос снова кольнул где-то в глубине души, заставив слегка оцепенеть. Что она могла ответить этому едва знакомому человеку? Так же, как ни разу не решилась заговорить о том случае из детства ни с кем, даже с родителями. Неприятные воспоминания хотелось смыть и забыть навсегда.

Тем летом, по окончании четвертого класса Анюта снова ехала гостить к бабушке в Армавир, впрочем, как и каждый год. После жаркого плацкарта было приятно вновь оказаться в тени развесистых орехов, растущих на просторном дворе. В поезде она предвкушала уже знакомые с малых лет простые детские забавы, доступные станичным ребятишкам. Главным и единственным развлечением для кубанских детей было, конечно же, купание в мутных водах быстрой горной реки Кубани — немного пугающей, но такой притягательной.

В этой реке часто тонули люди, особенно пьяные, быстрая вода сбивала их с ног и тут же уносила на глубину, закручивая в водовороты. Игра этих водоворотов темно-серого цвета была похожа на то, как осьминог закручивает свои щупальца вокруг пойманной жертвы — Аня как-то видела охоту осьминога в передаче «В мире животных».

Верным напарником в походах на речку был двоюродный брат Анюты, Сережа. Он был на год младше, доброжелательный конопатый мальчишка, хороший знаток местных развлечений для ребятни. Анюту смело отпускали с ним купаться. В те советские времена считалось вполне нормальным отпускать детей одних гулять, тем более южный городок был маленький и спокойный.

Однажды тетушки Анюты предложили ребятам: а почему бы вам не съездить в кинотеатр? Сережа хорошо знает город и вы не заблудитесь. Анюту очень удивил местный автобус — в ее большом городе она уже давно таких не видела. В нем еще остались прозрачные коробочки, в которые нужно было бросать монетку и выкручивать себе билет. Анюта всегда старалась сесть поближе к этой коробочке — ей нравилось помогать пассажирам бросать монетки и передавать им оторванные билеты. Но в тот день в этом небольшом автобусе не оказалось свободных мест. Анюта и Сережка старались держаться за поручни, чтобы не упасть, пока автобус ехал по разухабистой дороге. Им нужно было только переехать мост через Кубань, а там уже недалеко центр города с парком и кинотеатром.

Вдруг Анюта услышала:

— Девочка, садись! — Какой-то седой мужчина предложил сесть к нему на колени. Он был опрятен и улыбчив, сразу вызвал у девочки доверие.

— Какой добрый дедушка! — подумала Анюта. — И мне так неудобно перед Сережой, что я сижу, а он остался стоять. Все же как хорошо быть девочкой.

Тем временем добрый пожилой мужчина достал из кармана конфеты и протянул сначала Анюте, потом ее брату. По дороге он с большим интересом расспрашивал, куда едут такие самостоятельные дети, на что они все честно рассказали, как и положено юным пионерам — ведь в школе их учили уважать старших. Мужчина с радостью ответил, что он тоже едет в этот же кинотеатр, и взял инициативу на себя. В кассе кинотеатра он купил три билета, но так как до сеанса было еще полчаса, предложил подождать неподалеку, в заброшенном сквере, на скамейках летней площадки со сценой, заросшей травой и с потрескавшейся голубой краской.

Но Сережке долго сидеть не пришлось — седой мужчина на правах старшего отправил его посмотреть, не открылись ли двери кинотеатра. Анюта сидела рядом и ждала возвращения брата. Вдруг седой мужчина предложил:

— Что ж ты сидишь на лавочке, садись мне на колени.

В этот раз это предложение показалось девочке странным — ведь вокруг столько свободных мест, скамейки стоят в несколько рядов, а сквер совершенно безлюдный. Анюта замешкалась, и тогда мужчина поднял ее и силой усадил себе на колени. Девочке захотелось сползти обратно, но она боялась его обидеть, ведь он был так добр к ним до этого. В этот момент вернулся Сережка, но седой мужчина через пару минут снова отправил его к кинотеатру и на этот раз сказал ждать там и прийти, только когда откроются двери.

Анюте почему-то не хотелось, чтобы брат уходил — ей вдруг стало не по себе с этим навязчивым и командующим мужчиной.

Как только мальчик отошел, Аня попыталась спрыгнуть с колен старика, но крепкие руки-клешни не позволяли ей освободиться.

— Не бойся, все хорошо, — зашипел он неприятным голосом.

Анюта не могла понять, хорошо или плохо то, что происходит. Но ей было неприятно, страшно и противно. Как будто добрый мужчина из автобуса вдруг превратился в чудовище, в осьминога из телевизора, обвившего липкими щупальцами ее тело. Девочке хотелось избежать этого пугающего ощущения, но ее тело больше не принадлежало ей — она вдруг превратилось в беспомощную куклу, с которой в любой момент могли сделать, что угодно.

Чувствуя сопротивление девочки, мужчина начал заметно злиться, его движения стали суетливыми и грубыми. Руки его пугающе тянулись дальше, он все сильнее прижимал испуганную девочку к себе. С ужасом Анюта ощутила, как мужчина прижался своей потной грудью к ее спине. От бессилия она громко заплакала. В этот момент монстр ослабил свои щупальца, и она смогла каким-то чудом выскользнуть из его потных отвратительных объятий.

Отбежав на несколько метров от оборотня, Анюта спряталась за дерево и продолжала плакать. А брат все не шел — ведь липкий осьминог приказал не приходить. Теперь она поняла, почему.

Мерзкий мужик продолжал сидеть на скамейке и сердито кричать, образ доброго дедушки резко исчез, как в какой-то чудовищной сказке.

— А ну иди сюда! Иди сюда, кому я сказал! — Анюта плакала и не знала, что делать. Идти или нет? Взрослых нельзя сердить, это невежливо. Она подумала, что что-то сделала неправильно, раз добрый мужчина превратился в злого монстра.

В этот момент неожиданно из-за спины девочки раздался женский голос:

— Ты знаешь его?

— Не-е-ет! — выкрикнула с мольбой в голосе Анюта. Если б ее спросили об этом у кинотеатра, она бы сказала, что знает…

— А ну пошел отсюда! — женщина свернула с тропинки и смело направилась в сторону скамеек, размахивая пестрой авоськой, полной продуктов.

— Пошел отсюда, я сейчас милицию позову! Не бойся его, девочка…

Осьминог в тот же момент перестал быть грозным, в его глазах блеснул испуг, он резко обмяк и, прижав к сгорбленному потному телу свои щупальца, соскочил со скамейки и начал быстро убегать, постепенно растворяясь меж деревьев.

Только тогда Анюта смогла идти. Она бросилась к кинотеарту, к своему брату, ей так хотелось скорей сказать, какой ужас с ней только что случился… Но вместо этого она смогла только произнести: