Татьяна Цуканова – Замша (страница 5)

– Поленин достал! – Сергей выпрямился и достал из кармана сигареты.

– Поругались?

– Можно сказать – да… Чушь, короче…

– Расскажешь? – Настя присела рядом.

– Достал меня своей влюблённостью. Ты же знаешь, что он в Марину влюблён?

– Со школы. Мне кажется, что об этом все знают.

– Так он и к ней не подходит и с другими встречаться не хочет. Сегодня привел я его на встречу к девице, а он опять ушел. Говорит, мол это – не Марина. Заколебал! Третий раз вот так уходит. Так стыдно перед девушками! Из-за него поругался с Настей, это – девушка, которая мне нравится.

– Как так – ушел? Может, девушка его обидела? – удивилась Настя.

– Не успела. Я с девушкой, с Настей моей, недавно познакомился – пару раз встретились. Ну так, ещё… Погулять сходили, в кафешке посидели. Я, дурак, ещё сам предложил – мол, есть подруга без парня? У меня вот друг никак с девушками не может познакомиться, потому что он очень стеснительный. Она подругу какую–то позвала. Кстати, симпатичную очень девочку. Встретились у метро: привет– привет…. Это – Наташа. Это – Дима. Пошли в «Шоколад- ницу»? Пошли. Заходим в кафе, заказываем себе… Сидим и ждём, когда принесут, и вдруг Дима встаёт хватает куртку и испаряется. Молча, без единого слова. Вижу он из кафе вышел и топает на остановку. Я – за ним. Говорю, Дим, ты куда? А он отвечает –мол, это не Марина. Вот как девушке объяснить – почему убежал друг? Я пытался, но подруга расстроилась и ушла, а моя – следом. Теперь моя телефон не берёт. Заблокировала меня, наверное.

Рассказывая историю, Серёжа был серьезным и заметно расстроенным: скорее всего, та девушка ему и правда очень понравилась.

– А ты – к Марине? – спросил он.

– Ой, что–то заслушалась я тебя. Мы в театр с Мариной идём. Серёг, я побежала, – встрепенулась Настя.

_________________________________________________________________________

– А тебе идёт, – восторженно всплеснула руками Настя, увидев обновлённую подругу. – Почему такую прическу раньше не делала?

– Правда–правда? – Марина и так знала, что ей новая причёска – к лицу, но всё же воспользовалась моментом, чтобы получить ещё одну поощрительную фразу в свой адрес.

– Всё, парни – твои! – поддакнула Настя. – С такой красоткой ходить теперь опасно – украдут.

Марина рассмеялась – ей было очень приятно от слов подруг. Даже на мгновение показалось, что в душе посветлело.

– Хорошо проведите время, – напутствовала мама, закрывая за подружками дверь, и те согласно закивали головами.

Как не хвалила спектакль мамина театральная приятельница, но в этот раз она была совершенно не права: сюжет оказался на редкость скучным, нудным и даже глуповатым. Уйти со спектакля по середине действия подругам не позволила совесть, но как только прозвенел звонок, оповещавший об антракте, подруги тут же отправились в гардероб.

Выйдя из театра, они медленно побрели в сторону метро, на ходу ругая то мамину подругу и её дурной вкус, то режиссёра, то погоду, то неудобные кресла в зале.

В самый разгар негодований по поводу неудобного кресла и уставшей поясницы Настя вдруг прервалась на полуслове и резко остановилась, уставившись куда-то в подворотню.

– Насть! – окликнула застывшую подругу Марина.

– Погоди ты… Смотри! – Настя указала на стенку дома - где, поблескивая серебристыми звездами на синей табличке светилась реклама – «Гадалка Рада». Указатель показывал во двор дома.

– Зайдем, а?

И не дождавшись ответа Марины, Настя развернулась в сторону небольшой арки ведущей во двор.

– Насть, ты что! Уже поздно! Все спят! – Марина попыталась остановить уверенно шагающую в темноту Настю.

– Мы только посмотрим, – отмахнулась та и уверенно дернула дверь, над которой горела такая же синяя реклама. Дверь легко открылась, звякнул колокольчик, извещая хозяев о визите, и девушки оказались в маленькая прихожей. Около двери гордо и одиноко стояла вешалка для одежды, нарядный коврик с африканским слоном настойчиво предлагал ногам вытереться об него… Далее подруг встретила тумбочка с зеркалом, внутрь помещения протянулся маленький коридор, где таинственно молчали четыре закрытые двери. На вешалке уже висели чьи-то вещи, на тумбочке валялась дамская сумочка, легкомысленно оставленная хозяйкой без присмотра.

– Добрый вечер! – вдруг открылась одна из дверей, и к девушкам вышла стройная, смуглая женщина в длинном платье. – У Рады сегодня много посетителей, поэтому я приглашаю вас в комнату для гостей.

Она открыла другую дверь, приглашая девушек следовать за ней.

– Чай? Кофе? Сок? – предложила женщина с улыбкой, потом, поймав напряженный взгляд Насти, падающий на сумку, пояснила:

– У нас не воруют. Вы можете тоже тут оставить свои вещи, и я вам гарантирую, что ничего не пропадёт. Если требуется воспользоваться удобствами, то это – комната с чеканкой.

Женщина указала рукой на дверь с красивой картинкой, изображающей африканку с корзиной фруктов; на других дверях чеканных работ не было.

Комната, куда прошли девушки, была оформлена в мистическом стиле – драпированные окна, горящие свечи… Дымились ароматические палочки, на полках лежали различные магические атрибуты, на стенах висели картины с волшебными сюжетами, на журнальном столике громоздилась мистическая литература, уложенная в аккуратную стопку, а в углу комнаты чинно стояли кулер с водой и кофе машина. В мисочках на столике кто-то (видимо, эта женщина) разложил баранки, конфеты, печенье.

Настя сразу направилась к огромному кожаному дивану и, взяв в руки журнал, удобно устроилась рядом с электрическим торшером, как раз и предназначенного для того, чтобы создавать удобство при чтении.

Марина никогда раньше не бывала у гадалок и даже больше – сама никогда не гадала. Ещё в детстве, когда девчонки повально увлекались карточными пустяковыми гаданиями на мальчиков, Марина никогда в подобных затеях не учувствовала, сторонилась страшноватых игр с вызовом потусторонних духов, считая это неправильным, опасным мероприятием; вот и сейчас, сидя в мрачной комнате с наглухо занавешенными окнами, задыхаясь от ароматических свечей и навязчивого запаха воска, ужасно жалела о своём согласии на эксперимент.

– Насть, может, пока не поздно пойдем отсюда? – Марина потрогала за локоть подругу.

Настя отвлеклась от чтения.

– Мариш, ты чего?

– Мне как-то не по себе… Я не знаю, что хочу спросить у гадалки. Да и вообще гадать – грех… Понимаю,если бы у меня была какая–то сложная проблема, а я ж здесь от любопытства…

– Да ладно тебе! – отмахнулась Настя. – Интересно же знать – что будет?

– А вдруг гадалка что-то страшное расскажет, и я всю жизнь буду этого ждать… Как Пушкин… Историю про Пушкина и гадалку слышала?

– Марин! – начала её уговаривать Настя. – Может, ты узнаешь о плохом и сможешь избежать неприятности.

– Нет! Если тебе суждено умереть завтра, так ты и умрешь завтра! Нет от кирпича по башке, так автобус собьет… Не автобус собьёт, так в ванне утонешь… Это – судьба!

В коридоре раздались голоса, звякнул колокольчик, хлопнула входная дверь и в комнату вошла та же высокая женщина, но теперь её плечи скрывала цветастая шаль. Она, осмотрев девушек, жестом пригласила Марину:

– Ваша очередь, – с этими словами она вышла в коридор, указывая дорогу.

Марина представляла гадалку молодой женщиной, ярко накрашенной, одетой в соответствии с мистической тематикой и увешанной различными побрякушками. И обязательно – с огромными кольцами на пальцах, но войдя в дверь она испытала небольшое разочарование: цыганкой Радой оказалась пожилая женщина, одетая в просторный темный халат; её волосы были обвязаны черным платком.

– Садись, раз пришла, – гадалка показала на высокое мягкое кресло, стоящее напротив стола, за которым восседала сама. – Ты же не с вопросом пришла ко мне. Уж, не по принуждению ли?

– Нет… Но, если честно…, – начала Марина, понимая, что краснеет и просто не знает, о чём говорить дальше.

– Хорошо, дай руку. Не бойся! – цыганка посмотрела на её раскрытую ладонь. – Судьба твоя – замша. Всё, уходи! Больше ничего не скажу!

Марина и сама не поняла, как оказалась за дверями комнаты, в которой принимала Рада.

Насти не было долго, не менее минут сорока. Выйдя, она не улыбалась, как обычно – растерянно поискала свою сумочку около дивана и окликнула задумавшуюся Марину:

– Пошли…

Только дойдя до метро, Марина решилась прервать задумчивое молчание подруги:

– Она тебе что сказала?

– А тебе?

– Странную фразу – «Твоя судьба замша». И всё…

– Замша? Замша – это кожа такая…К чему бы это? Может, тот кто любит носить одежду из кожи? – предположила Настя.

– Так кожаные куртки, штаны есть у многих, а вот так, чтобы только кожу носил… Не пойму – байкер, что ли? Хоть обратно иди за разъяснениями…, – словно разговаривая сама с собой, произнесла Марина. – А тебе-то она что сказала?

– Очень многое. Я не ожидала даже. Марин, я не готова сейчас это озвучить, – Настя выглядела подавленной. – Она и окрылила, и как по морде отлупила. Сказала, что живу я неправильно, что с мужиками веду себя бессовестно, и что, если не прекращу рвать сердце для нескольких сразу, то за- кончу жизнь в сумасшедшем доме, в одиночестве.

– Жесть какая–то…

Всю дорогу до дома девочки молчали и, только прощаясь, чтобы разойтись в разные стороны, Марина нарушила молчание.