Татьяна Цуканова – Танькин пирог (страница 1)
Татьяна Цуканова
Танькин пирог
Танькин пирог
На Макса Танька обратила внимание ещё в первый день занятий – только взглядом скользнула по его высокой фигуре и всю как жаром обдало. На протяжении целой лекции она глядела на него, почти не отрываясь. К её великому разочарованию Макс так и не ответил ни на один взгляд.
Очень скоро группа между собой перезнакомилась и передружилась, и вот уже по новому, заведенному порядку Танька с новыми приятельницами каждый день после занятий сидела на лавочке в парке, обсуждая прошедший день.
Мальчишки от девчонок первое время держались особняком, но эта стена обособленности быстро рухнула, и парни примкнули к шумной девчачьей компании. Да не просто примкнули, а после всеобщего воссоединения моментально, как-то сами собой сложились две романтические парочки.
Октябрь одарил неожиданно теплой и солнечной погодой. Солнышко приветливо заглядывало в окна аудиторий, ветерок вдоль бульвара трепал разноцветные листья, и настрой у Татьяны был такой же яркий и радостный. Ей безумно нравилось учиться, у неё появилось много новых друзей и новых интересов. Одно только огорчало – мальчишка из группы, который поселился в её сердце, так ни разу и не посмотрел на неё.
Танька ревнивыми глазами наблюдала за тем, как Макс общается с другими девушками и всякий раз облегченно всякий выдыхала, понимая, что за его улыбкой ничего не стоит. Кажется, что он никого из девушек в группе особенно не выделяет, но он так же равнодушно смотрит и на неё. И в тоже время некоторые поступки Макса и внутренний голос уговаривали принять эти поступки за проявление внимания: именно он одолжил авторучку на уроке, именно он заметил, что шнурок на кроссовке развязался. Так хотелось принять подобные мелочи за особое внимание, но разум подсказывал, что это – домыслы, пустое и чепуха. Сколько раз возникали ситуации, когда вроде бы должен Макс что-то сделать для неё, но абсолютно ничего не происходило.
Однажды он вызвался помочь ей отнести в библиотеку книги, а хранилище библиотеки находилось в темном и уединенном подвале. Казалось бы, вот оно, что-то важное сейчас произойдет, но… дело было сделано, а они друг другу и слова не сказали. В другой раз вызвался проводить её до дома после посиделок в кафешке. По идее романтическая атмосфера могла бы помочь ему воспользоваться шансом, но они просто дошли до её подъезда:
– Пока, до завтра …, – Макс развернулся на месте и потопал в обратную сторону.
Танька терялась в догадках: «Это была робкая попытка – сделать шаг навстречу? А может я сама себе что-то напридумывала?»
Макс ей нравился, очень нравился, но как сдвинуть ситуацию с мертвой точки, она не знала.
Однажды... В столовой было полно народу. Студенты изрядно оголодали, вспомнив, что всё-таки надо питаться не только знаниями, но и хлебом насущным, К тому же, из кухни по всей столовой распространялся аппетитный аромат, сводящий с ума посетителей.
Около стойки с раздачей пищи толпилась длинная очередь жаждущих отобедать, а все посадочные столы в зале были заняты, причем заранее, и если не приложить сноровку и скорость, то существовал великий риск – поглощать пищу, стоя с тарелками в руках.
Вичка, заметив, что от одного из столов поднимается компания, бегом бросилась занимать стулья, и делала она это чуть ли не наперегонки с каким-то парнем.
Успела, добежала первой, с грохотом бросив на один стул свою сумку и схватившись руками за второй.
- Девочки! Положите вещи на стулья, а то растащат! – крикнула Вичка подругам, стоявшим в хвосте очереди за обедом. И правда – на стулья уже косились… Наконец очередь осталась позади, и Танька с салатом, макаронами и кофе осторожно потопала между столов, пытаясь не упасть, споткнувшись о многочисленные ноги и расставленные сумки.
– Дай помогу…, – чья-то рука схватила её тарелку с салатом, и от неожиданности Танька чуть не выронила чашку с кофе.
Это был Игорь Макаренко, одногруппник. Танька давно заметила, что он на неё глаз положил, но перспектива, ходить под ручку с рыжеволосым и лопоухим смешливым клоуном местного разлива, не вдохновляла. Почти с месяц она старательно делала вид, что не замечает попыток Игоря добиться от неё внимания. Вот и сейчас, он так услужливо рванул ей помогать, но его неуклюжая расторопность только вызвала всплеск Танькиного раздражения.
– Игорь! Напугал меня! – воскликнула она на всю столовую, сердито сверкнув при этом молниями, что до этого тихо и мирно спали под накрашенными ресницами. .
– Да ладно… Какие планы на выходные? – Игорь из-под чьей-то задницы вытащил стул и плюхнулся напротив Таньки, но тут же встрепенулся, глядя на вход в столовую, – О! Смотри, наши красавцы идут!…
Танька же невольно отметила про себя, что все девушки сидящие в столовой аж от своих тарелок оторвались! На Макса заглядываются!
Макс и Вовка остановились, осмотрели столики и, заметив своих, направились к ним. Макс встал около Танькиного стула, так близко, что она почувствовала запах его одеколона. И она сама неожидая от себя вдруг мысленно представила их физическую близость.
Игорь вопросительно посмотрел на Таньку:
– Ты чего покраснела-то, как свёкла? Что это с тобой? Не температура поднялась?
Вичка фыркнула от этих слов, чуть не поперхнувшись чаем, и тоже посмотрела на Таньку:
– Правда, Тань, ты совсем на себя не похожа? Что случилось?! Рассказывай, не держи в себе.
Завладев одним на двоих стулом, Макс и Вовка сложили на него свои вещи и ушли за обедом.
– Вот ведь как…, решишь поесть – и то стоя придется…, – бормотал на ходу Макс, осматриваясь по сторонам и выискивая – где бы взять ещё один свободный стул.
– Тань, ты всё? – Надюшка встала со своего места, взяла сумочку и начала протискиваться осторожными, неторопливыми движениями, чтобы не толкнуть никого, к выходу.
– Я?… А…. Да…, – Танька одним залпом выпила, обжигая горло, горячий кофе, – Ребят, садитесь.
Схватив сумку, девушка поспешила за удаляющейся подругой.
Уже после занятий, сидя с подругами в парке на любимой лавочке, Вичка вдруг спросила Таньку прямо в лоб, нисколько не боясь показаться любопытной : «Тань, тебе Макс нравится?
– Мне? С ума сошла??! – Танька попыталась придать себе равнодушный вид, но у неё ничего не получалось: она то краснела, то бледнела, выдавая себя с потрохами.
– Да, ладно. Никто не слышит, – Вичка тоже вдруг покраснела до корней волос, и будто прилипла глазами к полу. Как же ей хотелось узнать правду!
– Ничего себе – никто!!! – возмутилась Танька, кивнув на ребят, – А – Света, Саша, Катя, Таня, Ира, Надя и все остальные?… Весь белый свет узнает! Так всегда бывает!
Вику Танькин взрыв не смутил и она продолжила, немного заикаясь:
– Я давно заметила, что он тебе нравится. Вообще-то, Тань, это очень заметно. Ты что? Не умеешь глубже прятать чувства? Это же – самое драгоценное, что есть у человека!
Танька ошарашено уставилась на Вику. Остальные примолкли наблюдая за происходящим.
– А он – ничего, красивый, – Вичка старательно разглядывала что-то у Тани на груди. Краска сошла с лица, только руки дрожали, выдавая волнение, – Мне кажется, ты ему тоже небезразлична. Может, он просто боится тебя? Ты у нас девушка красивая, решительная. Таких мужики боятся!
Последнюю фразу Вичка сказала уже бодрым тоном. Конечно, же она, просто, решила поддержать совсем растерявшуюся подругу и предала собственному голосы новые, позитивные тона. .
– Я не поняла: если что-то не так, то я извиняюсь. Тань, ты, правда, влюбилась в Шарова? – в разговор встряла Катерина, подошедшая поближе, чтобы вникнуть в суть беседы.
Тут Танька не выдержала и сдалась. Она кивнула головой и неожиданно… заплакала.
Кому-кому, а Катьке Татьяна доверяла на все сто процентов. Ей бы она рассказала и доверила все сокровенные тайны, даже сердечные, потому что Катерина – самая рассудительная изо всех девушек, которых она когда-либо встречала; спокойная, умная и… самая непривлекательная внешне. По крайне мере, из ближайшего Танькиного окружения.
Все девушки тут же кинулись утешать бедную влюблённую, убеждать – какая она красавица, как все восхищаются ею, а Сашка Богданова даже вытирала ей слёзки своим платком.
Ничто так не объединяет девичью компанию, как чья-то неразделенная любовная история. Весь вечер девушки обсуждали ситуацию и думали, чем можно помочь Таньке.
– Тань, ты только не обижайся, – сказала Светка, оглядывая фигуру подруги, – Но ты одеваешься слишком просто, неярко. Словом, буднично.
– Я же не на танцы иду, – попыталась оправдаться Танька.
– Вот он и не смотрит, потому что – не на что. Мужики, они – что? Они же – как петухи, на яркое западают.
У Таньки от таких откровений только рот раскрылся, но ничего возразить она не успела – девушек идея завела!
Таньку надо нарядить! Как модель! Чтоб можно было сразу – на подиум!
С этого дня они, словно сговорившись, подбирали Татьяне гардероб всей компанией. Тщательно, в ногу с модой… Делились украшениями, перед занятиями собирались заранее в женском туалете и делали ей невообразимые прически, макияж и, естественно, не скрывали восхищения. Манёвр имел определенный успех – около аудиторий, в которых занималась Танькина группа, резко возросло количество студентов мужского пола. Они делали вид, что что-то читают, обсуждают или разглядывают на стенах.