Татьяна Томах – Ястреб Черной королевы (страница 33)
И, зарыдав, она бросилась к Михаилу Ивановичу:
– Де-е-едушка…
Михаил Иванович обнял ее, погладил по вздрагивающей спине и строго сказал старшей внучке:
– Алиса, зачем ты так?!
Та пожала плечами.
– Исключительно из сестринской любви, – холодно сказала она и, уже поворачиваясь, чтобы уйти, добавила: – Чтобы привыкала к злому и жестокому миру. А то что же она будет делать, когда любящие родные перестанут ей сопли вытирать по любому поводу?
Михаил Иванович вздохнул, глядя ей вслед, и беспомощно забормотал:
– Ну не плачь, Юленька, сейчас поедем в твои парикмахерские, накрутим тебе причесочку модную…
– И новое платье? – сквозь слезы спросила дрожащим голосом Юля.
– И платьишко, чего ж, – крякнув, согласился Михаил Иванович.
Алиса, которая уселась на диванчик возле окна, но, видимо, прекрасно все слышала, громко и насмешливо фыркнула.
Ванечка наблюдал за всей этой сценой равнодушно и наверняка привычно, с аппетитом хрустя яблоком и почитывая книжку.
Андрею было неловко, он хотел было вообще уйти, но подумал, что это покажется чересчур демонстративным, поэтому просто отошел в дальний угол столовой и принялся перебирать книжки на полке у окна.
Михаил Иванович с Юлей уехали, а Андрей не мог найти себе места. Предстоящий бал беспокоил его. Целая куча магов, а вдруг из них кто-нибудь догадается про Андрея?.. И что тогда?
Так и не решив, чем заняться, Андрей решил пойти поупражняться с фамильярами. Благо любопытная Юля уехала, можно особенно не осторожничать. Поэтому он отошел недалеко.
И совершенно зря.
Когда он вернулся, возле дома его встретила Алиса, которая листала книжку, развалившись в гамаке под соснами.
– Так-так, – сказала она насмешливо и подняла на Андрея серые с прозеленью глаза, – значит, твой фамильяр – котенок?
Андрей похолодел.
– И зачем ты всем врешь? Дедушке тоже? Или он тебя покрывает?
Андрей молча стоял перед ней, не зная, что ответить и как поступить. «Как теперь быть? Рассказать князю? А он… что сделает? Не убьет же Алису, чтобы она никому не разболтала?»
– Ладно, отомри, – Алиса махнула на него рукой. – Я не собираюсь никому говорить. Пока. – Она прищурилась.
– Что значит – «пока»?
– Пока не пойму, что за всем этим стоит, – пояснила она. – Или ты расскажешь?
– Нет.
– Так и знала. – Она вздохнула.
– Значит, ты будешь молчать? – уточнил Андрей.
– А что мне за это будет? – она опять насмешливо прищурилась.
– А чего хочешь?
– Ух как серьезно… Значит, тебе зачем-то очень нужно держать это в тайне… Интересно…
– Лучше не лезь в это, – хмуро посоветовал Андрей, – целее будешь. Я не шучу.
– Ого! Все интереснее и интереснее…
– Если пообещаешь хранить все в тайне, я тоже никому не скажу. Иначе…
– Иначе что?
– Иначе мне придется рассказать князю, что ты узнала. И тогда он примет меры… – Андрей замялся, но насмешливая улыбка Алисы его уже сильно напрягала, и он не знал, как донести до нее, что это на самом деле не шуточки. Поэтому договорил: – Которые тебе не понравятся.
– Ух ты, тут еще и князь замешан! – восхитилась Алиса.
Андрей нахмурился, чувствуя себя идиотом. Как получалось, что, уговаривая Алису молчать, он сам все больше рассказывал ей про свою тайну?
– Ладно, ладно, – хмыкнула Алиса. – Я поняла, что все серьезно. Как и пообещала, пока никому не скажу, а там посмотрим. И ты будешь мне должен.
– Что? – мрачно спросил он.
– Я позже придумаю. – Алиса широко и довольно улыбнулась.
Наверное, Юля слишком увлеклась парикмахерскими и выбором нового платьишка – вернулись они с дедушкой позже, чем собирались. Юля, с новой прической и макияжем, важная и повзрослевшая на пару лет, сияла. Михаил Иванович недовольно хмурился и сразу же принялся всех поторапливать.
Алиса, впрочем, была уже готова. Она спустилась из своей комнаты в черном длинном платье и с черной заколкой в виде раскрытых крыльев в темных распущенных волосах. Этот простой и одновременно шикарный наряд очень ей шел. Ее светлые глаза, только чуть подведенные тушью, оказались вдруг яркими, зеленоватыми и мерцающими. Из пацанки Алиса вдруг превратилась в принцессу, но не розово-воздушную, какой, видимо, пыталась стать Юля, а темную, опасную и загадочную.
«Шантажистка, – подумал Андрей со смешанными чувствами, – но красивая». Он так и не решил, рассказывать князю об Алисе или нет. Похоже, она сама пока не понимала, что узнала и как опасна эта тайна. Может быть, действительно пока поверить в то, что она будет молчать, как обещала? К тому же если рассказать – значит, признать, что сам, идиот, расслабился, не осмотрелся вокруг как следует, прежде чем вызывать фамильяров…
– Магически! – сказал Ванечка, оценив внешний вид старшей сестры.
Заметив, как восхищенно брат и Андрей смотрят на Алису, Юля насупилась. Рядом с сестрой она сама казалась раскрашенной куклой.
– Чего вырядилась… как на траур? – недовольно пробормотала она. – Под Чёрную королеву, что ли, подделываешься?
– Стозеркально! – воскликнул Ванечка. – Я думал: кого же мне это напоминает?
– А есть повод для радости? – спросила у сестры Алиса. – К тому же тебе какая разница? На меня ведь все равно никто внимания не обратит. Крысы ведь никому не нужны, да?
До особняка князя добирались довольно долго. Сначала до города – на Сивке-Бурке. Потом – на водном такси до Университетского острова. Там вышла заминка: временный пропуск, который был у Андрея, чем-то не понравился страже. Пришлось выходить на граничной остановке, ждать, пока стражи свяжутся с князем по магзеркалу. На пятачке граничной остановки никого не было, кроме них. Девчонки в своих легких платьях ежились под холодным ветром с Невы и под любопытными взглядами пассажиров из проплывающих мимо рейсовых и туристических катеров и частных гондол.
– Чего мы тут как на выставке? – капризно сказала Юля, зябко кутаясь в розовую газовую накидку и провожая завистливым взглядом очередную роскошную гондолу. – Деда, князь же твой друг, почему он не прислал за нами гондолу? У него же их, наверное, много?
– Небось не баре, доедем, – пробурчал Михаил Иванович, бросая на внучку неодобрительный и одновременно обеспокоенный взгляд.
– Ну или хотя бы нормальный пропуск сделал… своему ученику, – добавила Юля и сердито посмотрела на Андрея, будто он был виноват в задержке.
Княжеский особняк был огромным и величественным. Гранитные колонны уходили в темную воду главного канала. У пристани и правда покачивалось несколько гондол. Юля завистливо покосилась на них и мечтательно вздохнула, оглядывая особняк.
Лакей велел им подождать в вестибюле с уходящей наверх мраморной лестницей, покрытой алым ковром. В особняке царила предпраздничная суета. Мимо то и дело пробегали горничные с букетами цветов и вазами и лакеи с серебряными подносами.
Андрей разглядывал белые мраморные статуи, украшающие лестницу. Они, кажется, были ничуть не хуже, чем в историческом музее. Вот Артемида в коротеньком хитоне, открывающем стройные колени, золотая лань жмется к ее ногам… Наверное, княжна Диана, ее тезка, будет на балу? Интересно, а она носит такие хитоны? Ей бы пошло. Андрей смутился от таких неожиданных мыслей. И вдруг, подняв глаза, увидел, как она спускается по лестнице. Девушка, про которую он только что думал. Князь, конечно, шел впереди. Арес, как обычно, хмурый, плелся в самом конце.
Юля, увидев его, просияла и выпрямилась. «А, вот о каком синеглазом красавчике говорила Алиса», – понял Андрей.
– Вы немного позже, чем я ждал, – заметил князь.
– Дык, это… – смутился Михаил Иванович. – С пропуском-то получилось что…
– Ничего, – князь улыбнулся и кивнул его внукам: – Добрый вечер, дети. Рад видеть вас, Андрей. – Он взял его под локоть. – Идемте, у нас мало времени. Артемида, ты поедешь с нами. Арес, развлеки гостей. Петроний, – бросил он подскочившему слуге, – гондола готова? Едем!
Юля посмотрела им вслед таким завистливым взглядом, что Андрею стало не по себе. Впрочем, он тут же услышал ее щебетание, еще более манерное, чем обычно:
– Арес! Так давно не виделись, я скучала…
– А… куда мы? – растерянно и смущенно спросил Андрей.
Гондола, плавно покачиваясь на волнах, отходила от пристани.
Артемида уселась рядом с Андреем на мягких бархатных подушках сиденья, и ее колено, обтянутое тонкой тканью белых джинсов, на миг прикоснулось к его ноге. Андрей поспешно отстранился, смущенно вспомнив, как только что представлял ее в хитоне богини. Настоящая Артемида была значительно красивее каменной, одна улыбка, из-за которой на щеках появлялись милые ямочки, стоила всей холодной красоты ее мраморной тезки.
– На золотой канал, там лучшие магазины, – ответил князь.